Я тоскливо вздохнул и посмотрел на кошку, которая валялась, широко раскинув лапы. Валялась на диване — лежать на полу она не любила.

— Слушай, надо же тебе какое-нибудь имя дать, — вдруг озаботился я. — Как-то неправильно тебя просто кошкой называть. Нужно подобрать красивое имя для красивой кисы.

Кошка согласно муркнула, а Арна с интересом посмотрела на меня, оторвавшись от укладывания тетрадок в рюкзачок.

— Может, Мурка? — недолго думая, предложил я.

Кошка сморщила нос и фыркнула, всем своим видом показывая, что предложение её не устроило.

— Арна, у тебя есть какие-нибудь идеи? — попробовал я свалить ответственность.

— Имя должен дать хозяин фамильяра, — очень серьёзно ответила Арна. — И вообще, Артём, я давно заметила, что ты слишком легко относишься к именам. Это неправильно, особенно для магика.

— Кстати, об именах, — заметил я, — у меня в студенческой карточке почему-то стоит имя Артём, а не Тим. Просто имя, без фамилии.

— А у меня Арна, — кивнула она. — Это я так попросила — когда почтенная Мирна Дель спросила меня, какие имена мы хотим взять, то я ответила за себя и за тебя, что хотим старые. Но если хочешь, можешь поменять своё имя на другое, ещё не поздно. Только имей в виду, что оно будет уже окончательным. А почему фамилии нам не указали, я не знаю. Наверное, всё-таки не хотят облегчать работу тем, кто за мной охотится.

— Не понял насчёт окончательного имени, — с недоумением сказал я.

— Когда одарённый становится магиком, он может сменить имя. В основном это сделано для простолюдинов, которые не хотят позориться с холопским именем. Они обычно что-то очень пафосное выбирают — если тебе встретится кто-нибудь с именем вроде Ильменар Громовой Раскат, то он наверняка из холопов.

Мне сразу вспомнился Повелитель Пламени из Серого Камня в Вольности, до которого мы, правда, так и не дошли.

— Но магик не может менять имена, потому что у магика уже образуется крепкая связь имени с душой, и меняя имя, он таким образом отказывается от части своей силы, понимаешь? Так что, если тебе не нравится имя Артём, ты можешь его сменить, но сначала как следует подумай, потому что это будет навсегда.

— Меня устраивает моё имя, — отказался я.

— Меня тоже устраивает моё, — кивнула она. — И мне надоели эти бесконечные фальшивые имена, в которых я уже запуталась. Нас и с ними прекрасно находят.

— С настоящими именами находили бы гораздо лучше, — хмуро заметил я.

— Возможно, — кивнула она. — Даже скорее всего так. Но это в прошлом — у магика фальшивого имени быть не может.

— Не может так не может, — недовольно сказал я.

Эти рассказы про связь имени с душой для меня выглядели крайне сомнительно. Хотя что я знаю о магиках? Вполне возможно, что для них это действительно важно. Во всяком случае, пока я не выяснил точно, что это пустое суеверие, лучше не рисковать.

Кошка нетерпеливо мурлыкнула.

— Мы думаем, думаем, — сказал я ей. — Может, Диана?

Кошка посмотрела на меня с сомнением.

— Это имя что-нибудь означает? — спросила Арна.

— Это богиня охоты у древних римлян, — объяснил я. — Если оно что-то и означает, я не знаю что.

— Имя богини — это не очень хороший вариант, — с сомнением сказала Арна, и кошка согласно муркнула. — Она же дар высшей сущности, и давать ей имя другой высшей сущности… Это может плохо кончиться.

— Тогда Маруся, — решительно заявил я.

Хорошее имя, по-моему — не такое хорошее, как Мурка, но тоже ничего, и похожее к тому же.

Кошка неуверенно фыркнула; Арна оценивающе на неё посмотрела, тоже что-то прикидывая в уме.

— А что это имя означает? — спросила она.

— Старое имя, никто уже не помнит, откуда оно пошло. У христиан мать бога так звали, но само имя гораздо старше.

— Мать бога — это солидно, — согласилась Арна. — Она же не высшая сущность?

— Да вроде нет, — задумался я, пытаясь вспомнить. — Нет, точно не высшая сущность. Сын высшая сущность, а она просто при нём. Да к тому же это имя не только её. Если этих Марусь всех вместе собрать, они на всём Дельфоре не поместятся.

— Так много их? — удивилась Арна.

Я потряс головой, закатывая глаза, что должно было выразить просто бессчётное количество.

— Невероятно много, — авторитетно подтвердил я. — Очень мощное имя, вот прямо очень.

Кошка громко замурлыкала.

— Нам нравится, — согласилась Арна.

— Значит, так тому и быть, — с облегчением подвёл итог я. — Маруся, мы идём учиться, тебя взять не можем. Тебя отозвать?

Маруся недовольно рыкнула.

— Порычи ещё на меня, — нахмурился я. — Ладно, оставайся дома за хозяйку, веди себя хорошо. Пошли, Арна.

— Смотри на указатели, Артём, — распорядилась Арна. — Нам нужен бледный селадон.

— Что нам нужно? — непонимающе переспросил я.

— Светло-серый с зеленоватым оттенком, — вздохнув, пояснила она. — Начинай сам разбираться в цветах. Как ты будешь ориентироваться без меня? Здесь без этого сразу заблудишься. Дорожки в любой момент могут измениться, и ты даже канцелярию не сможешь найти.

— Ну а вот эта дорожка не наша?

— Нет, — терпеливо объяснила Арна. — Нам нужен чистый зеленовато-серый, а здесь есть лиловатый оттенок, видишь? Лиловые тона относятся к низкоэнергетическим преобразованиям, а раз присутствует селадон, то это дорожка ведёт куда-то к начальным курсам преобразований. Нам туда тоже понадобится потом, но сейчас у нас занятие по базовым формациям.

— А если, допустим, человек не различает цвета?

— Магики различают намного больше цветов, чем простецы. Если человек вообще не различает цвета, то он точно бездарный, и ему здесь не место. Хватит болтать, Артём — ищи селадоновые цвета, а то застрянем тут.

— Зачем такую дурь выдумали? — проворчал я, крутя головой. — Чем обычные надписи их не устроили?

— Здесь всё постоянно меняется, — рассеянно объяснила Арна, тоже напряжённо осматриваясь. — Мне говорили, что даже здания могут переместиться. Наверное, как раз поэтому удобнее цветами обозначать. Ага, вон зеленовато-серые указатели, нам нужен который побледнее и с одной чертой.

— Ты-то откуда во всём этом разбираешься?

— Я в самый первый день заблудилась, меня тот убийца так и подловил, — объяснила она. — И я срочно стала с этим разбираться. Здесь в самом деле можно месяцами блуждать, если не знаешь, куда идти.

— Понятно, — вздохнул я, двигаясь за ней.

Она шла быстрым шагом, уверенно ориентируясь по совершенно непонятным мне разноцветным значкам. Минут через пять наш путь закончился у прямоугольного здания. Точнее, оно было бы прямоугольным, если бы не закручивалось винтом. С числом этажей тоже было непонятно, потому что окна на нём были разбросаны совершенно хаотично.

— Нам на второй с половиной этаж, — заявила Арна, внимательно изучив россыпь разноцветных геометрических фигур в крохотном холле.

Мы поднялись по крутой винтовой лестнице, а затем ещё на один пролёт лестницы обычной, и, наконец, упёрлись прямо в большую двустворчатую дверь.

— Нам сюда, — уверенно сказала Арна, открывая дверь.

За дверью обнаружилась не очень большая комната с шестью столами и обычной классной доской. Наверное, все учебные классы одинаковы во всех мирах, хотя столов здесь было маловато — когда я учился в Новгороде, в нашей группе было семнадцать человек. За столами уже сидели два парня и девчонка, которая сразу помахала Арне.

— Рина, привет! — радостно сказала она.

— Привет, Леста, — помахала ей в ответ Арна. — Только я больше не Рина. Я теперь Арна.

— Сменила имя, — понимающе кивнула Леста.

Оба парня одинаково ухмыльнулись. Было совершенно понятно, что они подумали, но скандалить было глупо.

— А где наши остальные? — поинтересовалась Арна.

— Эсту в третью группу определили, — грустно ответила та. — Они здесь не любят, когда родственники вместе учатся. А Ивис не пережил инициацию. Он всё хвастался, что у него зелёный символ, помнишь? Чем выше символ, тем сложнее инициация, вот он и скопытился.