И американцы абсолютно точно не собираются вновь, как это было после предыдущей мировой бойни, уходить обратно за океан, замыкаться в своей традиционной изоляции, предоставляя Европе и Азии разбираться со своими проблемами самостоятельно. Нет, на этот раз они твёрдо намерены остаться везде, где только будет возможно, минимум экономически, установив контроль над ключевыми рынками и ресурсами. А желательно и в военном отношении, разместив свои базы и гарнизоны во всех стратегически важных точках планеты. Планы уже строятся в тиши заокеанских кабинетов, карты будущего мира уже вычерчиваются опытными аналитиками и стратегами.
Относительно маленькие цифры своих собственных граждан, нуждающихся в новом революционном протезе, увиденном членами американской делегации на русском Северном флоте во время недавнего визита, никого из заинтересованных лиц не смущают. Наоборот, опытные деловые люди, привыкшие просчитывать ситуацию на годы вперёд, сразу же поняли, что это настоящий технологический прорыв в протезировании, открывающий совершенно новые горизонты. И только в зоне безусловного американского влияния, а её примерные контуры уже достаточно понятны тем, кто занимается стратегическим планированием будущего мироустройства, таких несчастных людей, нуждающихся в протезировании, уже многие миллионы, если считать не только военных инвалидов текущей войны.
Вся Латинская Америка, находящаяся в орбите Вашингтона, значительная часть Азии, которую предстоит освободить от японцев, разорённая войной Европа, нуждающаяся в американской помощи, всё это огромный, практически неисчерпаемый рынок сбыта. И это будет стабильный, чрезвычайно высокодоходный бизнес на долгие десятилетия вперёд, может быть, на полвека. Тот, кто окажется первым в этой гонке, кто сумеет захватить и удержать рынок, положит в свой карман, возможно, даже многие миллиарды увесистых полноценных долларов США, обеспеченных золотом.
И с этим делом надо очень спешить, действовать быстро и решительно. История мировой науки и техники наглядно учит, что то, в чём у человеческого общества появляется острая насущная потребность, достаточно быстро появляется сразу в нескольких вариантах, причём практически одновременно в разных странах, у разных изобретателей, не знающих друг о друге. Об этом очень ярко и убедительно свидетельствуют две почти классические истории открытия и последующего исследования загадочной Антарктиды, запутанная история изобретения радио с её патентными спорами, и, конечно, самая свежая, буквально недавняя: создание чудодейственного пенициллина, уже спасающего тысячи жизней. Идеи буквально носятся в воздухе времени, и кто-то обязательно их реализует, воплотит в жизнь.
Приглашённые американские эксперты по протезированию, тщательно изучившие скудную, но достаточную для них информацию, полученную из уст членов делегации о советской разработке, однозначно ответили своим влиятельным хозяевам, что обязательно надо брать эту технологию у русских, естественно на приемлемых и выгодных для Америки условиях. Они абсолютно уверены, что немцы, у которых сейчас признанно сильнейшая в мире школа протезирования и ортопедии, на месте не стоят и интенсивно работают над собственными разработками. Неизвестно, как ещё карты лягут после окончания войны, какие технологии и секреты выплывут из германских лабораторий и конструкторских бюро. Германская медицина и техника всегда были на высочайшем уровне, и война не заставила их остановить развитие протезирования. Поэтому осторожные пробные шары, запущенные советской стороной через различные каналы, были приняты весьма благосклонно и заинтересованно.
Многочисленные ведомства, подчинённые и непосредственно курируемые Лаврентием Павловичем Берией, начали активно работать по всем имеющимся каналам связи, как официальным, так и негласным. Достаточно быстро они выяснили чрезвычайно важное обстоятельство: в этом деле у союзников появился ещё один, но очень серьёзный и весомый интерес, который может всё решить. Среди инвалидов войны по обе стороны Атлантического океана есть молодые люди, представители именно тех влиятельных семей, которые являются гласными и негласными истинными хозяевами в своих странах. Те самые люди, чьи фамилии крайне редко появляются на страницах газет и в публичном пространстве, но чьё негромко сказанное слово решает судьбы крупнейших корпораций и даже правительств целых стран. А личная, абсолютно секретная спецслужба товарища Сталина, возможно самая тайная и засекреченная из всех существующих в Советском Союзе, о которой реально никто не знает, сразу же вышла на прямой доверительный контакт с этими влиятельными людьми, минуя все официальные инстанции.
Такую собственную разведывательную службу создаёт, конечно, и нарком внутренних дел товарищ Берия. Но она, при всей своей мощи и возможностях, менее обширная и, конечно, далеко не такая секретная, как личная сеть вождя. Товарищу Сталину о деятельности бериевской службы известно абсолютно всё до мельчайших подробностей и нюансов, но Лаврентий Павлович необыкновенно умён, расчётлив и ещё ни разу за все годы работы не дал ни малейшего повода усомниться в своей безграничной преданности вождю и своими действиями или бездействием не вызвал даже самого малейшего его неудовольствия или подозрения. Берия прекрасно понимает негласные правила игры на самом верху власти и отлично знает свои границы, которые нельзя переступать.
Вечером девятого мая тайные эмиссары вождя, действующие через проверенные конспиративные каналы, доложили товарищу Сталину результаты первых осторожных переговоров, проведённых ими с американской и британской сторонами. Ответ был вполне ожидаемым вождём, предвидевшим такое развитие: однозначное, безоговорочное «да», и желательно реализовать всё это как можно побыстрее, не теряя драгоценного времени. Выяснилось поразительное обстоятельство: один из сыновей настоящих, теневых хозяев Соединённых Штатов, молодой человек из влиятельнейшего клана, уже дважды в отчаянии пытался покончить жизнь самоубийством, наложить на себя руки. Молодой человек находился в состоянии глубочайшей депрессии, утратил всякую волю к жизни, и его могущественная семья готова буквально на всё, лишь бы вернуть ему желание жить, надежду на будущее. Он воевал в Северной Африке, причём вполне добровольно, и во время февральской отчаянной попытки немецкого фельдмаршала Роммеля контратаковать превосходящие силы американских войск был очень тяжело ранен.
Молодой человек, конечно же, не был каким-нибудь рядовым танкистом или, паче того, простым пехотинцем, который идёт в атаку под пулемётным огнём. Такие люди с их происхождением и связями не идут в окопы, их всеми способами берегут от реальной опасности, находят для них тёплые и безопасные места. Он даже фактически не являлся кадровым военным в обычном понимании и носил офицерскую форму больше из какого-то личного форса. В действительности этот мажор, говоря в терминах 21 века, занимался серьёзными коммерческими делами в штабе американского генерала Эйзенхауэра, решая сложнейшие вопросы снабжения и военной логистики, где крутятся огромные деньги и можно делать состояния.
Но война есть война, она не щадит никого, и штабная машина, в которой он ехал, просто нелепо подорвалась на случайной противотанковой мине, когда группа прикомандированных к штабу «военных бизнесменов» покидала ставший вдруг опасным район.
Ранения различной степени тяжести получили практически все находившиеся в злополучном автомобиле люди, но самое тяжёлое и калечащее досталось именно этому молодому человеку из влиятельного семейства. Он в конечном итоге, несмотря на все усилия военных хирургов, потерял обе стопы, остался глубоким инвалидом. Военные врачи, среди которых были лучшие специалисты, сделали абсолютно всё возможное и невозможное, но медицина оказалась бессильна против таких страшных разрушительных повреждений.
Его близкий университетский друг, с которым они вместе беззаботно учились в Массачусетском университете, оказался в числе тех немногих американцев, которым посчастливилось ознакомиться с удивительным русским безногим асом, прославленным капитаном Сорокиным, и его поразительными протезами. Он сразу же, при первой же возможности, не теряя времени, подробно рассказал об увиденном чуде техники своему несчастному, впавшему в отчаяние товарищу, потерявшему веру в будущее. А самое главное, немедленно сообщил об этом его всемогущим родителям, которые тут же получили от сына жёсткий, не допускающий возражений ультиматум:
