Ведь я это не только Сумеречный Круг и вплетенные в него заклинания, я нечто иное, гораздо большее, чем просто набор боевых чар.

Магия это безусловно хорошо, но в первую очередь любого хорошего заклинателя формирует вовсе не набор его заклинаний, а его воля и опыт, ведущие по пути истинного познания. И осознание этого простого факта, всплывшего из глубины, помогло посмотреть на ситуацию с другой стороны, входя в подземелье сохранив хладнокровие.

Я переступил через порог и внимательно осмотрелся. На первый взгляд обычная пещера, неровный пол, такие же стены, сводчатый потолок. Но если приглядеться, заметны изменения, словно внесенные умелой рукой. Отбит мешающий проходу выступ справа, аккуратно стесан нарост на стене слева, поверхность на земле хоть и местами бугристая, но относительно ровная, позволяющая ходить не ломая ноги.

Словно кто-то пытался придать естественный вид, но все равно некоторые детали выдавали, что вмешательство все же было, пусть и на минимально возможном уровне.

— Маскировка, чтоб ее, — по лицу скользнула кривая ухмылка.

И где холодный злой ветер, от которого бежали разбойники? Видимо следовало пройти дальше.

Что и сделал, одновременно тщательно сканируя окружающее пространство на предмет проявления магии. Но ничего не было, пещера с ходу не выдавала своих секретов, прикидываясь обычной.

Свет яркого зимнего дня освещал внутреннее пространство, проход уходил прямо. Воздух холодный, но комфортный, без посторонних запахов. Я сделал еще несколько шагов, все дальше уходя от входа. Ничего не происходило, никакой магической или любой другой активности. Просто узкая пещера с неровными стенами и с полом, плавно уходящим под наклоном вниз.

Что там говорил почивший Шрам о скелете с доспехами? Должен лежать в нескольких десятках метров от входа?

Стоило об этом подумать, как взгляд нашел искомое. Груда костей валялась прямо на земле, на видном месте белел крупный череп. Последний бросался в глаза, приковывая внимание.

Вместо того чтобы броситься к находке, я оглянулся на светлеющий проем за спиной, расстояние, указанное главарем разбойников, на первый взгляд совпадало. Кажется оно, однако я не подходил ближе, настороженно сканируя пространство на появление магии.

Холодный злой ветер, заставивший даже матерых душегубов дрожать от ужаса. Где он? Или надо приблизиться к останкам вплотную? Поколебавшись, я так и сделал и теперь стоял всего в паре шагов от скелета, но все еще смотрел не на него, а больше по сторонам, ожидая появления неизвестной враждебной силы.

Внешне я напоминал ледяную статую, но внутри это был приготовившийся к атаке хищник, застывший, но с напряженной для смертоносного прыжка сутью. Так прошло несколько мгновений, но ничего не происходило. Чем бы не являлся холодный ветер, он не желал проявлять себя.

— Один ноль в пользу гостей, — тихо проронил я, и наконец внимательно взглянул на лежащий у ног скелет.

Судя по виду, пролежал он тут долгое время, десятилетия, возможно даже пару сотен лет. Трудно сказать наверняка, патологоанатом из меня не очень, Га-Хор тоже не увлекался изучением темпами разложения трупов. Кости сначала побелели, затем слегка потемнели, в основном от грязи и пыли. Судя по расположению, человек умер мгновенно, что наталкивало на интересные мысли насчет причастности указанного ветра, как потенциального источника смерти для неизвестного. Возможно, ему не так повезло, как разбойникам и он не успел удрать, прежде чем темная сила до него добралась, заставив сердце остановиться и выпив душу.

— Что-то это напоминает, — тихо пробормотал я, припомнив особенности охоты теневой сущности, прячущейся в развалинах древнего форта. То, во что превратился Га-Хор после смерти, тоже питалось подобным образом, выпивая жизненную силу из случайно оказавшихся поблизости путников.

Могла еще одна такая тварь прятаться здесь? Вполне. Я до сих пор не знал, откуда в свое время заклинатель получил знания, позволившие ему после смерти переродиться в другом состоянии. Откуда-то ведь он это взял, возможно у него нашлись последователи, не пожелавшие заканчивать жизненный путь даже после потери физической оболочки.

Наплечники имперской гвардейской брони нашлись здесь же, спокойно лежали среди костей, словно так и надо. Слегка потускневшие, припорошенные слоем буро-коричневой грязи, на первый взгляд находившиеся в полном порядке. По крайней мере, беглый осмотр сквозь колдовской взор показал наличие вкрапленных в темный металл плетений. Структура не повреждена, что говорило о рабочей функциональности магического контура.

— Левый для защиты от стрел, правый для усиления удара, — задумчиво проронил я. Секунду поколебался, но затем все же наклонился и поднял один. Замер, настороженно прощупывая пространство, сосредоточив внимание на проход, уходящий в глубину пещеры.

Ничего. Мертвая тишина. Никакой магии.

Может Шрам обманул? Наплел всякий бред про вызывающий ужас ветер, чтобы…

Чтобы что? Отомстить перед смертью? Но это не месть, это ерунда какая-то, ведь про наплечники от гвардейской брони он тоже рассказал, и вот они, лежат, готовые чтобы их взяли.

Возможно дело в другом, и непонятная сила чувствует во мне мага и поэтому опасается? Хорошее объяснение, тешащее самолюбие, и от того смертельно опасное. Стоит вообразить себя могучим колдуном, способным справится с любой напастью, как эта самая напасть обязательно выпрыгнет из-за угла. Проверено жизненным опытом.

Я поднял второй наплечник, отряхнул. Рассеянный взгляд скользнул по черепу мертвеца, чьи кости усеивали землю. Интересно, а он сам был гвардейцем или только нашел доспех? Последние настоящие гвардейцы исчезли во времена Смуты, сразу после падения Старой империи, а это на секундочку, больше пяти веков назад. Какие бы преимущества колдовская броня не давала своим хозяевам, она не могла остановить течение времени. За пять столетий кости имели бы намного более потрепанный вид, если бы вообще сохранились. Хотя чего им тут сделается, диких зверей нет, растаскивать некому, лежат на земле, гнить особо незачем. Интересно, а кости вообще гниют? В смысле разлагаются…

Поймав себя на последней мысли, я ухмыльнулся, нашел, о чем думать, тем более переживать. Какая разница кому принадлежал скелет? Пусть даже настоящему гвардейцу, в данный момент это не имело значения. Сейчас главное понять, почему не проявляет себя зловещая сила, прогнавшая отсюда разбойников.

Именно умение сосредотачиваться на главном являлось одним из важнейших постулатов мар-шааг. Отринуть лишнее, сконцентрироваться на основном и тогда видение мира станет, как никогда четче.

— Подземелье, — тихо произнес я, резко поймав себя на мысли.

Не пещера, а подземелье, именно в таком ключе говорил Шрам рассказывая об этом месте. Но если засранец дошел только до лежащего на земле скелета в нескольких десятках шагах от входа, то он как узнал, что это именно подземелье, а не обычная пустотелая дыра в скале?

Понадобилось несколько секунд, чтобы придумать более или менее логичное объяснение. Разбойник не сам нашел пещеру, ему кто-то рассказал о ней, что в целом логично, учитывая, что даже близко ее не видно, надо точно знать куда идти, чтобы обнаружит вход.

— Значит паршивец все же соврал, точнее недоговорил, — я качнул головой. Поторопились, не следовало ублюдку резать глотку так быстро. С другой стороны, какое принципиальное значения имеет откуда Шрам прознал о подземелье?

Я аккуратно положил наплечники в холщовую сумку, скрывающуюся под плащом, взятую специально для этих целей. Рассеянный взгляд вновь скользнул по груде костей, отметив отсутствие чего-то примечательного или полезного. Если остальные части комплекта и лежали когда-то здесь, то их давно забрали более удачливые искатели приключений.

Повернувшись в сторону входа, я пару секунд стоял, размышляя и разглядывая освещенный проем. За ним раскинулся светлый зимний день, там ждал разбитый лагерь, горячая еда, приготовленная на костре, подогретое вино со специями и долгожданный отдых после бессонной ночи и многочасовой поездки верхом.