Кого только не было среди жадно таращившихся и пускающих вожделенную голодную слюну на замерших на крепостных стенах людей страховидл. Запах страха, горячей крови, сжигаемых трупов, болезней и разложения манил их все многие сотни миль. Звал и будоражил. Вот она заветная цель. Тысячи таких вкусных и беззащитных существ, которые оказались довольно легкой добычей. Приходи и бери. Жри, рви на части клыками, убивай, упивайся ужасом и болью. Но чудища замерли, не спеша сделать и лишнего движения. Они стояли, дрожа от нетерпения, стараясь не смотреть в небо, такое яркое в этот день от разгоревшегося пылающего солнца. Монстры шли быстро, останавливаясь лишь на краткие часы отдыха, когда совсем уж было нестерпимо находиться под ненавистным светилом. Зато ночью наверстывали упущенное время. Армия тварей продвигалась бы ещё быстрее. Но их тормозили сразу два обстоятельства.
Их было почти шесть тысяч, самых разных, от мала до велика, идущих на двух лапах и на четвереньках. Ведьмины гончие, шатуны, безликие, гули, мясники, хагеры… Пришедшая из иного мира армия нечисти была безымянной и многоликой. Прозвища им уже дали люди. Столпившиеся под стенами Ярограда твари сметали все на своём пути, любые деревушки и поселения. Трудности возникали только перед окруженными каменными стенами городами. А Яроград был одним из самых больших и защищённых. И пусть его обороняла лишь горстка защитников, мощные каменные стены и толстые ворота создали бы определённые проблемы для нечисти. Но и на этот случай у них был припасен козырной туз.
Нечисть торопилась. Всем расползающимся по захваченным имперским территориям чудищам был дан особый наказ. Продвинуться как можно дальше и захватить как можно больше. И на самых дальних и опасных направлениях армии продвигающейся нечисти сопровождали особенные сущности. Устраняющие любые неожиданная препятствия. Самые сильные и могущественные ведьмы, приближенные к Великому Ковену. И с Ордой, добравшейся до самого большого города северных земель сегодня, была одна из них.
Толпа чудищ, ворча, расступилась в стороны, образовав из отвратно воняющих гротескных, потных, кошмарных тел широкий коридор. Щёлкали зубастые челюсти, когтистые лапы с нетерпением толочили землю, алые, жёлтые, зелёные глаза горели неиссякаемой жаждой убийств, смерти и разрушения. А над всеми доступными чудовищам чувствами более всего довлели голод и лютая ненависть к людям.
Стоящие на стенах города защитники с изумлением наблюдали, как через раздавшееся море образин медленно катится удивительный, престранный экипаж. Более всего упряжка напоминала одноосную колесницу. Широкую, массивную, с высокими бортами и большими колёсами, из простого черного дерева, оббитого ржавым потемневшим железом. Окованные металлом деревянные колеса с противным скрипом катились по натоптанной земле. Колесницу тащили прикованные длинными цепями к экипажу чудовищные создания, напоминающие поджарыми, вытянутыми желто-зелеными телами огромных чешуйчатых ящериц, на длинных сильных лапах, только размером с хороших буйволов. На этом сходство с животными и заканчивалось. Вместо обычных хвостов сегментные отростки, увенчанные жалами и похожие на скорпионьи хвосты. А удлинённые головы более напоминали крокодильи, с разверзнутыми в непрерывном клацанье огромных клыков кошмарными пастями.
Два монструозных ящера без труда справлялись с тяжёлой колесницей. По обе стороны от экипажа вышагивали высоченные костлявые фигуры, затянутые в черные непроницаемые балахоны и позвякивающие кольчуги, по пятеро с каждой стороны. У первых в руках, затянутых в кольчужные печатки, были чудовищной длины арапники, которыми они лениво проходились по мускулистым спинам волокущих колесницу чудищ. Остальные, в таких же длинных, чёрных кольчугах, плащах и капюшонах, скрывающих лица, несли огромные, отливающие серебром косы, насаженные на причудливо изогнутые железные черенки. Хагеры. Погонщики нечисти. Одни из самых сильных, неуязвимых и страшных созданий в ведьминых полчищах.
Но прежде всего внимание людей было приковано к той, что невозмутимо стояла в колеснице, будто застывшая статуя, олицетворение смерти и разрушения. Колесница остановились. Ненастное море из чудовищных созданий, казалось, затаило дыхание. Ни одна из тварей даже мельком не смотрела на упряжку, словно боялись ненароком встретиться глазами со своей госпожой.
Ведьма молча смотрела на стены города, давая возможность замершим в страхе людям как следует себя рассмотреть. Казалось, она наслаждается ужасом, поселившимся в человеческих глазах, искажающим лица и сдавливающим ледяными пальцами сердца. Хагеры застыли по обе стороны от колесницы безмолвными истуканами. Даже тягловые ящеры перестали дёргать скорпионьими хвостами и фыркать. Они низко склонили уродливые головы. Вязкая белесая слюна стекая с острых клыков, капала на землю, собираясь в вонючие лужицы.
Со стороны ведьма выглядела как высокая стройная женщина среднего возраста, одетая в серое рваное рубище. Она стояла, выпрямившись как камышинка, опустив к низу руки со сжатыми кулаками, и вызывающе смотрела наверх. Худая и костлявая, с гривой рассыпанных по спине и плечам нечёсаных грязных волос неопределенного цвета, она напоминала нищую побирушку. Но лишь до той поры, пока потрясённый взгляд не перемещался на ее лицо.
Лицо властное, жесткое, абсолютно непроницаемое, с гладкой, словно мраморной кожей, чрезмерно высокими скулами, заострённым подбородком и огромными, неестественно большого размера глазами почти на пол головы. В глазах затаилась зрелость тысячелетнего существа и тлеющая злоба. Хитрость змеи и коварство паучихи. Глазищи ведьмы блестели точно агаты.
Большой рот с блеклыми тонкими губами перекосило в усмешке. Ведьма ощерила в ухмылке мелкие заостренные зубки и повела головой справа налево, словно оценивая размеры раскинувшегося перед нею и ее воинством огромного города. Потрясенно наблюдающие за нею люди обреченно ждали своего приговора. Некоторые думали, что, возможно, ведьма заговорит. Но похожее на женщину существо продолжало молчать, злобно и презрительно улыбаясь.
Вот она повернулась и, наклонившись к ближайшему хагеру, что-то ему сказала. Ее голос, резкий, изломанный, словно выплевывающий сплошные согласные буквы, был отчётливо слышен в обуявшей подступы к Ярограду тишине. Голос ведьмы звучал в приказном порядке. И высоченное страшное существо, без единого слова кивнув капюшоном-клобуком, повернулось в сторону огромной толпы монстров. Вскинув руки, хагер что-то зычно выкрикнул. И опять невозможно было разобрать ни слова.
Толпа чудовищ, хрипя, сдержанно порыкивая и ворча, послушно раздалась в стороны, пропуская вперёд еще одно невероятное шествие, при взгляде на которое многие из стоящих на стенах города людей не смогли сдержать криков ужаса. До самого последнего момента в одном месте толпа чудовищ стояла особенно плотно, будто сжимаясь в непроницаемое кольцо вокруг чего-то, скрытого от человеческих глаз. А теперь, повинуясь воле хозяйки и погонщика нечисти, расступилась.
— Твари, подлые, грязные ублюдки! — не своим голосом, не удержавшись, взвыл Егор, неверяще глядя на то, что открылось защитникам города. — Да как же так, да что же происходит?!!
Над стенами Ярограда пронесся порыв слившихся воедино возмущённых, испуганных и гневных голосов. Подгоняемые чудовищами, под присмотром нескольких хагеров, через ряды монстров шли пленные люди, которые до последнего скрывались среди уродливых тел нечисти. Около сотни человек, с трудом переставляя ноги, издавая жуткие стоны, двигались вперёд, пока их не остановили прямо перед колесницей мерзко ухмыляющейся ведьмы. Чудовища словно давали возможность защитникам города вдосталь насмотреться на своих соплеменников. Вот только сейчас эти несчастные мало чем напоминали разумных людей.
Абсолютно голые, измождённые, похожие на ходячие скелеты, грязные и израненные, покрытые коростой и запёкшейся кровью. С ногами, почти до щиколоток стертыми в кровь, с до мяса ободранной кожей, они шатались, едва не падая от усталости, голода и боли, похожие на оживших мертвецов. Мужчины, женщины, подростки. Скорее всего, их было ещё больше, но к стенам города нечисть пригнала лишь тех, кто не пал по пути, самых выносливых и крепких, способных идти. Именно пленные и были вторым фактором, замедляющим продвижение орды. Но эти люди, периодически пополняемые из взятых поселений, были крайне необходимы госпоже. И чудовища, сдерживаясь и пуская голодную слюну, даже не помышляли о том, чтобы загрызть кого из них.
