Я не нашёлся, что на это сказать. С педагогической точки зрения это, наверное, правильно, но я бы предпочёл более мягкий вариант обучения, пусть даже не настолько эффективный.

— Не обижайся, Артём, — уже гораздо мягче сказала Арна. — Меня точно так же учили. Когда я чего-то не понимала со слов, мне делали очень больно, и я сразу понимала.

— Не обижаюсь, — буркнул я. — Но всё-таки попробую запомнить это так, без укусов. То есть я так понял, что ты не станешь помогать, даже если кто-то станет меня грызть?

— Из-за лёгких ран не стану, — подтвердила она. — Лёгкие ранения неизбежны, и при этом полезны. Они не опасны для жизни, но очень помогают расти. Старший егерь, с которым я начинала ходить на охоту, всегда говорил, что только удары молота делают из куска железа меч.

Не очень-то нравится мне идея, что из меня будут что-то делать ударами молота. И вообще, жизнь магиков я представлял себе совсем иначе — денег у них мешками, а если им что-то вдруг понадобится, то они это просто наколдовывают. Непонятно, правда, зачем им при этом деньги — наверное, просто чтобы были. А вот здесь в Полуночи жизнь магиков, похоже, строится совсем на других принципах, в этом плане они здорово отстали.

— А вообще, я начинаю думать, что мы напрасно тратим время, — заявила Арна. — Змеи для тебя стали слишком лёгким противником — по-моему, ты с них уже ничего не получаешь. Тебе нужен кто-то посерьёзнее.

Как ни печально было это признавать, но она всё-таки права: мне нужен сильный противник, с которым я действительно буду биться со всем напряжением сил и риском для жизни. Какой смысл бродить здесь и косить мелких змей, если с этого не будет никакой пользы? Ну, разве что головы змей сдавать, но раз мы решили не идти в город, то нам и головы ни к чему.

— На самом деле я уже некоторое время чувствую что-то большое, — неохотно признался я. — Где-то справа и ниже, не на этом уровне.

— Змея? — оживилась Арна.

— Мне-то откуда знать? — недовольно ответил я. — Может, и змея. А может, и нет — пониже наверняка водятся не только змеи. Миноги ведь точно есть — может быть, и что-нибудь сухопутное найдётся.

— В бестиарии написано, что внизу скорпионы встречаются, и ещё небольшие жуки, размером в руку. Скорпионы с ядовитым жалом, а жуки ядом плюются. Но в целом ничего серьёзного здесь не водится, Облачное очень спокойное место.

Ну конечно, ничего серьёзного — подумаешь, жуки размером в руку, плюющиеся ядом. Эка невидаль.

— В общем, ничего крупного здесь не водится, — продолжала она, — Если там что-то большое, то это просто подросший страж. Главное, надо понять, насколько подросший. Не хочется встретиться с ещё одной змеёй вроде той, что у озера.

— А уж как мне-то не хочется, — не удержался и всё-таки высказался я. — Но нет, там не настолько большое. Точнее не могу сказать.

— Думаю, ты справишься, — уверенно заявила Арна. — Если что, я помогу. Веди, Артём.

— Сделай свет ненадолго, — попросил я. — Надо по карте определиться где мы, и где ближайший переход вниз.

Переход нашёлся довольно далеко, и пока мы шли, я успел прикончить ещё пяток змей. Действительно, совсем слабые твари, но я всё равно не расслаблялся. Арна была бы очень рада провести педагогическую экзекуцию, и я был твёрдо настроен не давать ей такой возможности.

Хотя слабые ли они на самом деле? Может, это просто я стал сильнее? Помнится, когда мы только спустились в шахту в Белом, и на нас в первый раз напала змея, я толком не уловил движения — ни того, как бросилась змея, ни того, как среагировала Арна. Просто пара смазанных росчерков, и вот уже на полу лежат половинки змеи. А сейчас змеи вовсе не кажутся мне такими уж стремительными, и справиться с ними совсем не составляет проблемы. Похоже, Арна была права — я действительно стал и сильнее, и быстрее. Будь я таким как сейчас, там, у ручья, вряд ли у Феди получилось бы меня застрелить.

Спуск вниз оказался просто неровным проломом в полу. Я заглянул в дыру и ожидаемо ничего не увидел — внизу была беспросветная темнота.

— И как туда спускаются? — с недоумением вопросил я.

— По верёвке, — ответила Арна. — Видишь следы на этом камне? К нему верёвку и привязывают.

Я никаких следов различить не мог — моя способность видеть в темноте до таких возможностей ещё не подросла. Арна моего ответа и не ожидала. Она достала верёвку из своего рюкзака и ловко обвязала её вокруг камня. Я нагнулся к камню, с удивлением рассматривая узел. И даже потрогал его — как мне и показалось вначале, это был булинь. Ну я, допустим, видел такие узлы, когда учился в Новгороде, а вот где она могла научиться их вязать? Интересный набор умений у здешних простых домохозяек.

— Спускайся, Артём, не тяни, — недовольно сказала Арна, и я ухватился за верёвку.

Дыра оказалась совсем неглубокой, и оставлять верёвку было необязательно — Арна, стоя у меня на плечах, вполне могла бы подтянуться, залезть наверх и привязать верёвку для меня. Впрочем, когда я ей это сказал, она отмахнулась.

— Нет смысла, — объяснила она. — Ты убьёшь этого большого, и мы сразу же вернёмся. Здесь тебе всё равно больше нечего делать, надо искать другое место.

Убьёшь, и вернёмся — оптимистично. Впрочем, деться мне некуда, хочешь не хочешь, а придётся соответствовать.

Мы почти дошли до большого стража, и я уже начал хорошо его чувствовать. Как ни странно, змей здесь совсем не было.

— Когда стражей слишком мало или совсем нет, есть два варианта, — объяснила мне Арна, когда я выразил своё удивление. — Либо совсем недавно прошёл большой рейд охотников, либо из стража начинает расти монстр. Он сначала отъедается на других стражах — как бы доказывает, что он самый сильный, и имеет право на дополнительную энергию. Это как раз наш случай, и это, кстати, вообще хороший признак.

— Почему хороший? — она явно ждала, что я спрошу, и я спросил.

— Когда страж окончательно вырастает в монстра, он перестаёт обращать внимание на мелких тварей, и они снова появляются. То есть вот этот, к которому мы идём, уже подрос, но ещё не стал чем-то действительно опасным. Ну, для обычного охотника он уже слишком опасен, конечно, для охотника и простая змея — вполне серьёзный противник. Если бы местная гильдия узнала, что здесь начал расти монстр, она сразу бы организовала рейд.

— Стоп! — прервал я её. — Он начал двигаться к нам. Похоже, он нас каким-то образом почуял.

— Отходим назад, — распорядилась она. — В тот зал, который мы только что прошли. Лучше встретить его не в тесном проходе.

Зал действительно хорошо подходил для сражения — достаточно большой и почти идеально круглый. По крайней мере, в нём можно было не бояться, что тебя зажмут в углу. За тремя большими валунами, разбросанными в беспорядке, в случае чего можно было укрыться. В общем, место было почти идеальным, и я немного приободрился. Главное, коленки у меня не тряслись, и это уже было неплохим достижением. Возможно, какой-нибудь великий воин перед сражением испытывает восторг и предвкушение, а простому кабинетному палеогеологу было страшновато. Я, пожалуй, был бы не прочь даже сбежать, но позориться перед девушкой хотелось ещё меньше.

Вдали послышался быстро приближающийся дробный перестук лапок. «Как-то непохоже это на змею», — озадаченно подумал я, и это, конечно же, была не змея. В проходе вырисовался силуэт, в котором безошибочно угадывался скорпион, вот только ростом он был мне по грудь.

— Не повезло тебе, — с отвращением сказала Арна.– По-моему, самый неудачный вариант.

— Ну он хотя бы ядом не плюётся? — безнадёжно спросил я.

— В бестиарии не написано, — неуверенно ответила она. — Но ты на всякий случай берегись.

— Ага, поберегусь, — рассеянно ответил я, пристально наблюдая за скорпионом.

Затем одновременно произошло два события: скорпион стремительно рванулся ко мне, а Арна быстро отошла в сторону. Она, очевидно, так и не оставила идею в педагогических целях организовать мне ранение. Ну, хорошо хотя бы то, что рассказала мне о своих планах, а то я сейчас надеялся бы на помощь, которая не придёт.