Сима красивее!

Блин горелый, на секунду меня опередил!

А вот не надо тут, на чужих самок заглядываться!

Ну посмотреть-то можно?

Не-е, от посмотреть, до попробовать — один шажочек!

Ты гад ползучий! Ты проверь мою память, ведь НИ РАЗУ!!! Ни разу, даже мысль не мелькнула Симе изменить!

Вот и молодец! Своя самка — это ОБЯЗАТЕЛЬНО только свои детёныши!

Ну посмотреть на сиськи другой самки-то можно?

А зачем?

А вот сиськи Коко…

Ты плохой медведь! Но сиськи Коко — хороши… И ты и вправду от них отказался? Ух ты! Отказался? Уважаю!

Иди ты в жопу! И, чтоб ты знал, сиськи у Серафимы ваабще лучше! Охренительно лучше!

Чего завёлся-то? Я ж так, просто…

Задолбали уже всякие разные сомневаться в моих чувствах, и ты ещё!

Всё-всё, извини, был не прав!

Пока я спорил внутри себя сам с собой (вот давайте не будем с собой-то лукавить, Зверь это я и есть. Ну — крайняя, звериная, форма меня), весь ангар терпеливо ждал подолжения доклада.

Встряхнувшись (представляю, как это выглядело со стороны), я снова повернул морду к доске с картой и дыркой.

— Итак. «Дуют ветры всё на запад, а нам надо на восток». Это, конечно, песня, но максимально в данной ситуации точно описывающая казус. Цель видели на северо-западе, вот где сейчас дырка. Оттуда мы двигались на запад, периодически смещаясь на льды. Искомая мобильная база, будем пока называть её так, обнаружилась в этом квадрате. — Я максимально аккуратно прикоснулся к карте. И, можете себе представить, опять прорвал! И даже доску под ней царапнул! От волнения, видимо. Я на той исследовательской базе даже ключи когтями поднимал — и ничего, а тут, пень горелый, второй раз — конфуз! — Проследовав за ней, вот сюда, заранее прошу прощения за дыры…

— Не обращайте внимания, хорунжий, это сейчас несущественно. Продолжайте доклад!

— Есть, господин атаман! Итак, проследовав за предполагаемой мобильной базой, мы обнаружили вход в так называемую научно-исследовательскую базу Нидерландов.

— Простите, что перебиваю, — подняла руку, прям как примерная ученица, светлейшая княжна Смолянинова. — Два вопроса. Первый. А почему вы решили, что это база Нидерландов? Второе, почему такая странная ремарка — «так называемая научно-исследовательская»?

Так и знал, что не удержится! Всё выскочить да выпрыгнуть вперёд всех надобно.

— Ответы на ваши вопросы вы получите чуть позже. Продолжаю. Итак. После обнаружения входа в базу Нидерландов был зафиксирован несомненный факт кормления белых медведей (то есть, по-научному, Ursus maritimus) людьми. Ещё раз подчеркну. Кормления медведей людьми.

У тебя глаза светятся.

Да и похрен!

— В процессе препятствования кормления МЛШ «Саранча» был подбит. Выполняя процедуру срочной эвакуации, я был атакован выжившими медведями. Результат? Вот… — я обвёл себя лапой. — В результате спонтанной инициации база была захвачена. Охрана частично…

Я вспомнил разорванные тела и слегка запнулся. И услышал тонким медвежьим слухом тихий шёпот:

— Сожрал, поди…

— Я НИКОГО НЕ СЪЕЛ!!! — От моего рёва все в ангаре отшатнулись, кроме, пожалуй, Белой Вьюги. И губки этак искривила, как будто не верит, сучка ледяная! — Гарнизон базы частично уничтожен, частично изолирован в казармах. После необходимых процедур я прибыл сюда, за подмогой. На голландской базе есть рацио, но правильных кодировок я не знаю. В завершение. Прошу скорейшей экспедиции на захват этой базы, ибо там сейчас мой пилот и вассал фон Ярроу. Ранен, находится в местном госпитале, под весьма ненадёжным присмотром. Доклад окончен.

Я оглядел всех присутствующих. Судя по вытянувшимся лицам, я таки произвёл впечатление.

И тут… белая Вьюга решила, что без её вмешательства солдафоны поставленную проблему не решат, и задрала свой командирский нос выше прежнего:

— У меня всего один вопрос. А как вы докажете, что вы тот, за кого себя выдаете?

Я аж опешил.

— А я должен?

СБОРЫ

Магиня подбодрилась, стервозно уперев руки в боки:

— Конечно, должны! На базу, минуя мои тревожные метки, проникает медведь. Говорящий медведь! Непонятно какими методами убеждает присутствующих тут, что он, видите ли, хорунжий Коршунов! Потом рассказывает малоубедительную сказочку про какую-то исследовательскую базу. Я считаю, это ловушка, господа. И этот вроде как казачок, — она гневно ткнула в меня пальчиком, — засланный.

Теперь все буровили меня взглядами.

— Он пахнет так, как пах бы Илья Коршунов, если бы был медведем! — сердито сказал Серго.

— Ой, не смешите меня, тоже мне — довод! — отмахнулась Смолянинова, словно от надоедливой мошки.

— Илья, а скажи-ка мне вот что. Ты, когда со мной на «Красную Аиду» ходил, какие конфеты с собой брал? — Сокол, видимо, решил меня проверить по-своему.

— Мармелад от Смирновых. Только он просроченный оказался — твёрдый, почти до железного состояния… — а что, я тоже могу в шарады поиграть.

— Тетушка, это Илья. И я бы на вашем месте извинился…

— Слава Богу, ты не на моём месте, племянничек! И что это за идиотские вопросы о мармеладе?

— Я должен нарушить подписку о неразглашении? Данную лично государю, между прочим. Чтоб удовлетворить женское любопытство?

Княжна немного смутилась.

— Но эти ответы на вопросы из него могли выпытать? — не умеют некоторые сдаваться.

— И откуда эти неведомые пытатели будут знать, что я спрошу? И вообще, чтоя́буду тут? Что мы, втроём с князьями, тут будем, а? Это уже за гранью, тётушка! — Илья подошёл к княжне и, приобняв её, тихонечко прошептал на ухо (хорошо иметь медвежий слух!): — Верка! Не позорься! Извинись быстро! Иначе я дяде пожалуюсь! Ей-Богу!

Она текучим движением вырвалась и, повернувшись ко мне, твердо произнесла:

— Господин хорунжий, простите мне мои необоснованные подозрения. Была не права! За сим позвольте откланяться.

Она порывисто развернулась и почти уже ушла, когда её догнали слова Витгенштейна:

— Ваша светлость, а вы разве не желаете узнать поподробнее, что это за базу на ваших землях организовали? — Смолянинова обернулась. — Да ещё такую прям научно-исследовательскую, где медведей людьми кормят? Мне вот жутко интересно. Сейчас с господином атаманом согласуем мелочи и отправимся в спасательную экспедицию. Там, вообще-то, вассал Ильи и наш друг раненный лежит… В ненадёжном укрытии. Правильно я тебя понял, Коршун?

— Правильно, Петя. Я, ежели тут помощи и понятия не найду, сам побегу. Хагена посажу на загривок — и уж, как получится, сюда дотащу. Господин атаман, вы уж поспособствуйте, чтоб в нас сразу не стрельнули, а то всякое бывает…

— Ты тут юродствовать прекращай! Ишь, слезу ещё пусти! Особенно в нынешних твоих пропорциях трогательно выйдет! — Атаман сердито отмахнулся (я, так-то, вполне его понимаю — ему военными командовать надо, а тут эта финтифлюшка магическая в каждый вопрос свой ледяной нос суёт!). — Щас соберём кулак, мало никому не покажется! А ты проводишь их к этой твоей базе!

— Господа, в таком случае я с вами! — Ну, куда ж без неё-то? Белая Вьюга стояла посреди ангара и притоптывала ножкой. Что характерно, температура в помещении падала с каждым тук-туком… Пришлось мне вылезать из своего угла:

— Светлейшая Княжна, мне-то мороз в нынешнем обличии пофигу, а вот ребятам — лишним будет. Мороз — он только медведям во благо… — И улыбнулся так, благодушно.

Ага. Ежели тебе медведь улыбается…

Ну а чего она?

Протиснулся мимо совещателей бочком да и выперся на улицу — сильно жарко, дескать. На самом деле, я не мог уже слушать эти пустопорожние споры — да сколько, да чего, да куда… Да и жарко, действительно…

По итогу из ангара выскочил Иван, покрутился, не сразу различив меня в сугробах да сквозь пелену снежной взвеси, проорал:

— Короче, Коршун!..