Я видела, как кулаки Эммы сжались, и она опустила голову.

Всё бесполезно! Они никого не будут слушать... И мы, и они останемся здесь навсегда...

— Я не приказываю вам! Вы не должны никого слушать! Вы не обязаны умирать вот так! — закричал Кайс от бессилия.

Ветер развеял его слова, разбившись об их непоколебимость. Никто из них не пошевелился. Все было бесполезно. Надежды больше не было.

Не я одна была той, кто надеялся на них, рассчитывал, что появится хоть какой-то шанс и заставлял себя передвигать ноги, терпеть нечеловеческий холод для того, чтобы дойти. Кто совсем рядом в голос застонал. Словно из них выдернули стержень — люди стали падать, не в силах больше стоять прямо.

Кайс обернулся, глядя на нас с отчаянием. Нечем помочь, нечем успокоить и придать сил. Как же он в этот момент себя чувствовал! Забрав на себя всю вину и ощущая в полной мере бессилие. Зная наперед, какой конец ждет всех тех, кто был здесь.

Расстояние между нами и егерями, посреди которого стоял, сгорбившись, Кайс, хватило для того, чтобы два ауто опустились, никого не задев.

— Помощь нужна? — выскакивая на хрустнувший снег, знакомым голосом спросил закутанный в толстую зимнюю одежду человек.

— Эйнар! — Кайс пошатнулся, улыбнувшись ему так, словно готов был разрыдаться от облегчения.

Я смотрела на появившиеся, будто из неоткуда ауто и ничего не чувствовала. Говорят, что когда замерзаешь, такая смерть даже приятна. Ты вдруг перестаешь чувствовать холод, становится тепло и уютно. Настолько, что ты засыпаешь. Не помню, чтобы со мной что-то подобное случилось, когда я сама совсем недавно замерзала. Да, очень хотелось спать, но этого сна я боялась, сопротивляясь ему изо всех сил. А что же теперь? Я замерзла и теперь навсегда останусь в этом прекрасном сне, где кто-то пришел и спас нас всё-таки?

Второе ауто открылось, и оттуда уже не так картинно выбралась девушка. Оглядевшись, пошла к Кайсу и остановилась в паре метров от него, словно не решаясь ближе подойти.

— Ты тут откуда? — не сдержав колотившую его дрожь, процедил Кайс.

— Не сердись, — подошел к девушке доктор Эйнар. — Вообще-то мы здесь ради егерей. Нильсин видела их во дворце и узнала, что от них решили избавиться. Вот ты что здесь делаешь? Еще и в таком виде?

— Избавились не только от них, но и от меня.

— Он не мог! — девушка прикрыла ладонями рот.

Кайс, колотясь от холода, даже голову не мог держать прямо. Весь облепленный снегом и инеем, в тонкой рубашке, полоскавшейся на ветру, белыми до синевы губами выговорил:

— Как видишь, смог.

— Хватит светских разговоров, — слишком жизнерадостно влез доктор. — Ты так стучишь зубами, что боюсь уже за целостность эмали. Мы не рассчитывали на такую толпу, но все же умереть вам не дадим.

— Погоди, — с трудом поднял руку Кайс. — Егеря не подчиняются мне.

— То есть как?! — воскликнула девушка.

— Кажется, меня лишили всех прав.

— Тоже мне проблема, — оскалился в усмешке доктор и, обхватив девушку за плечи, слегка подтолкнул её вперед. — Я сюда принцессу привез зря, по-твоему?

Как же туго я соображала в тот момент. Это же и есть Нильсин, принцесса и сестра Кайса! Мне все еще с трудом верилось, что все происходит взаправду. Лучшего момента, чтобы появилась эта пара, просто нельзя было придумать.

Доктор мягко развернул девушку лицом к егерям.

— Вольно, — дрожащим голосом, но не от холода, а от эмоций, с которыми она, по всей видимости, едва управляла, выкрикнула неуверенно.

По рядам егерей словно вздох едва слышный пробежал. Они не сдвинулись с места, но едва заметное движение прошло по рядам.

— Эмма Вандерсен, — уже более уверенно произнесла Нильсин. — Примите командование.

— Разойтись. Проверить и доложить о состоянии, — четко и уверенно сказала Эмма.

— Остальные за мной, — выкрикнул Эйнар, возвращаясь к своему ауто.

Они привезли с собой одеяла. Одежды, подходящей для пребывания здесь, в куполе просто не было. Разве что форма ерегей. Люди зашевелились, кажется, как и я, до сих пор не до конца поверившие, что помощь пришла и уже здесь. Потащили вперед тех, кто уже не мог встать. Кит оставил меня, быстро вернувшись с одеялами для нас. Сначала укутал меня, а потом только сам завернулся в тонкую ткань. Термодатчики тут же заработали, и тело наконец-то ощутило так необходимое ему тепло. Силы окончательно покинули меня, я улеглась прямо на снег, в одеяле это не было смертельно и опасно, и укрывшись с головой, вдыхала тепло, впитывала его всеми порами. Едва слыша, что происходит вокруг. Шум голосов то затихал, то становился громче. Сквозь них дробью доносились иногда четкие и резаные слова егерей.

— Миия, ты в порядке? — Кит растолкал меня, заставив высунутся из теплого кокона, что окутывал меня.

— А ты?

— Вот, попей, — он сунул мне кружку саморазогревающуюся.

Нахохлившись и прижавшись другу к другу боками, мы пили восхитительно горячий напиток, глядя вокруг. Многие лежали, совсем как я только что, сжавшись в комок, укутанные. Доктор, растеряв весь свой легкомысленный вид, ходил между ними, проверяя и что-то разъясняя. Те, кто достаточно пришел в себя, раздавали кружки и помогали доктору. Эмму я нашла возле ауто. Она сидела на капоте, накинув одеяло на плечи, и о чем-то говорила с несколькими егерями. Остальные расположились чуть в стороне, сидя прямо на снегу. Просто кучей, уже без этого выверенного порядка.

— Можешь встать? — спросил Кит.

Я кивнула. Ледяной порыв тут же проник снизу, задувая, но все же это было терпимо уже. Кайс расположился во втором ауто, туда мы и пошли.

— Нужно разделить людей на группы, — услышали мы его голос, обращенный к тем, кто сидел внутри рядом с ним.

— Куда ты хочешь нас вести? — не церемонясь, спросил Кит.

— К порталу.

— Зачем группы?

— Никто не дойдет туда самостоятельно. Даже для егерей это проблема, они не сильно пострадали, но еды не хватит на такой долгий путь. Будут ждать здесь, пока мы на этих ауто не перевезем всех.

— Разве портал не перенесет нас обратно в купол?

— Эмма говорит, что его можно переключить.

— Тогда зачем такие сложности?

— Что ты хочешь предложить? — нотка усталости все же проскользнула в голосе Кайса. Но без враждебности, просто он признал, что Кит может предложить что-то дельное и не хотел тратить время на споры.

— Ауто есть и в других куполах. Главное, добраться до них. Послать сюда один грузовик будет быстрее.

— Я думал о том, чтобы вывести всех, включая егерей, подальше от куполов.

— И бросишь людей, что живут там?

— Они подчиняются моему отцу. А я изгнан, если ты забыл, и лишен всех прав.

— Ты все еще член королевской семьи. Кто бы и что бы ни говорил.

— Это переворот.

— А это, — не оборачиваясь, указал Кит назад, — называется убийством. Такому человеку ты хочешь оставить всё? Раз уж тебя, родного сына, он не пожалел, что будет с остальными?

— Он думает, что я и мои люди погибнут. Егеря тоже. Ему больше незачем...

— Егеря рождаются, — чуть повысил голос Кит, с нажимом говоря. — Ты понимаешь, что теперь им даже этого не позволят!

— Кайс, — ухватив Кита за руку, чтобы немного успокоить, подала голос и я. — Ты не все знаешь. Есть такие, как Эмма, но есть и такие, как я, те, кто не сразу проявляются. И твой отец о них знает.

— Почему ты так думаешь?

— Рассказали, — процедил Кит. — Их подавляют лекарствами, через пищу и наверняка как-то еще. Не удивлюсь, если окажется, что таких, как Миия, гораздо больше, чем мы думаем. Возможно, они и сами не знают, кем являются. Что теперь с ним будет?

— Энергобатончики, — произнес Кайс, глядя на нас расширенными глазами.

— Что? — мы непонимающе переглянулись.

— Основной рацион егеря на маршруте. Их пичкают ими постоянно.

— Нельзя бросать все сейчас, — сказал Кит то, что все и так понимали.