- Привилегии?

- Лучшие условия для жизни, работы. Если не вдаваться в подробности.

Она немного подумала и медленно кивнула, принимая эту информацию.

- Может быть, тебе не очень это понятно. Но это ещё одна из тех вещей, что ты не знаешь. Ваша спартанская жизнь, очень сильно отличается от того, как живут обычные люди. Они не знают что такое голод, холод, большинство никогда не болели, и больше царапины никаких повреждений не получали.

- Я знаю.

- Нет. Ты не знаешь. И даже не представляешь, насколько ты этого не знаешь. Ваша работа предполагает, что вам приходится через все это проходить. Но из того что я вижу, получается, что даже пока вы не на маршруте, с вами обращаются...

Я никак не мог подобрать слово, она ждала, очень внимательно слушая.

- Это не допустимо! - отчаявшись подобрать определение, я просто сказал то, что чувствую. - За то, что вы делаете - вы должны получать всё только самое лучшее. Однако это совершенно не так.

Она снова отвела глаза, и видимо обдумывала то, что я сказал. В конце - концов, она тихонько вздохнула.

- Я не понимаю. Безопасность во время отдыха вот всё что имеет значение. Мне не нужны привилегии.

- Но ты даже не знаешь, о чем говоришь.

- Хорошо. Я не знаю. Разве это важно?

- Очень важно. Выращивать и использовать, а потом списывать за ненадобностью. С егерями обращаются именно так. Относятся к вам, как к расходному материалу и это не правильно. А вовсе не ты.

Она вдруг положила ладони мне на грудь и отодвинулась максимально возможно.

- Ты бы занялся такой работой. Сам? Просто потому что выбрал её?

- Нет. Скорее всего - нет.

- А ты знаешь кого-то, кто на это согласился бы?

Я задумался, перебирая в голове своих знакомых и однозначный ответ, что я нашел, мне не пришлось озвучивать. Эмма поняла меня без слов.

- Даже за привилегии?

Я снова промолчал.

- Возможно, я не знаю точно, но то, как егеря живут в куполах, не так уж и неправильно?

- Почему?

- Чтобы не ощущать так сильно разницы между - здесь и там.

Не то, чтобы это не приходило мне в голову раньше. Но смириться с таким подходом от этого было не легче.

- И ещё одно. Ты всегда был так расстроен, когда узнавал о моих повреждениях. С другими было бы так же?

- Ты думаешь, что и это часть вашей программы выживания? - я сразу понял, о чём она говорит.

- Пока я не встретила тебя, работа для меня была гораздо легче. Постоянно думаешь о том, чтобы скорее вернуться. Это сложно, когда не знаешь, удастся ли увидеть того, по кому скучаешь. Начинаешь отвлекаться, торопиться, бояться. С этим очень сложно справиться. Это снижает шансы.

- Шансы?

- Выжить и дойти.

- Ты... жалела, что встретила меня?

- Нет!

- Но я всегда мешал тебе?

- Нет, - после небольшой паузы, кажется, она сама несколько удивилась этому ответу.

- Для кого-то то, что его ждут, может стать стимулом к благополучному возвращению?

- Мне... хотелось вернуться скорее, - медленно выговорила она.

26 глава

- Я рад это слышать. Мне всё время кажется, что я для тебя на втором месте, - и немного вымученно улыбнулся. - Если не на третьем.

- Я не знаю,- она  смотрела на меня прямо, не пытаясь увильнуть или смягчить как-то свои слова.

- Не знаешь?

- Не знаю, на каком ты месте. Не знаю, что ты ждешь от меня. Чего мне ждать.

- Я тоже этого не знаю.

- Разве это не странно?

- Да, наверное странно. Но такова суть любых отношений. Никто не знает, что с ними станет в будущем.

- Правда?

- Правда.

Я ждал, что она удивится, замкнется, да что угодно! Но она засмеялась. По-настоящему, пусть и негромко, но это был настоящий смех! Лицо будто осветилось. Нет, скорее, будто внутри неё замерцал свет, просачиваясь сквозь кожу, глаза и освещая всё вокруг. Никогда не видел, что бы кто-то настолько менялся от смеха. Я дышать боялся в этот момент, чтобы не спугнуть и насмотреться вдоволь на её лицо.

Наверное заметив что-то, по-моему, лицу, она спросила:

- Почему ты так смотришь?

- Ты невероятно красивая, когда смеешься. Если кто-то увидит тебя такой, боюсь у меня будут проблемы.

- Проблемы?

- Тебя обязательно попытаются украсть у меня.

- Кто?

- Другие парни. Те, кто сразу в тебя влюбится, как только увидит такой. И захочет присвоить.

Она совершенно серьезно обдумала мои слова и так же серьезно ответила:

- Я редко смеюсь. Никто не увидит.

Я тоже серьезно обдумал её слова.

- Просто не смейся ни для кого кроме меня, хорошо?

- Это легко, - согласилась она. - Ты смешной.

- Я смешной?!

- Ты говоришь смешные вещи, значит ты смешной.

- Что я сейчас сказал смешного?

- Что меня может кто-то украсть.

- Но я правда думаю, что ты слишком красивая! И боюсь, что тебя у меня попытаются увести.

- Вот видишь - ты смешной! - и, наклонившись близко - близко,  проговорила: - Разве можно меня увести, если я не захочу уходить?

- Эмма.

- Что?

- Ты знаешь, что сводишь меня с ума?

- Нет. Но я начинаю догадываться.

Разве мог я предположить, что когда-нибудь встречу её? Как я мог хотя бы мечтать о девушке, которая несколькими словами способна перевернуть во мне всё. Красивая, умная, желанная... Особенно сейчас... Помогите мне Боги, что же мне с ней делать? Все мысли стремительно покидали меня, оставляя одни желания. Она хотя бы догадывается о том, что нельзя так делать? И как мне удержаться, когда она такая? На ум пришло только слово - пряная. Очень похоже на неё. Уникальный вкус, который согревает и помогает раскрыть новый вкус самых обычных вещей. С ней и вправду многое видишь по-другому, как в первый раз. Однажды попробовав, больше никогда не забудешь и ни с чем не спутаешь.

- Разве ты не хочешь меня сейчас поцеловать?

Я так задумался, любуясь ею, что забыл обо всем.

- Хочу. Но боюсь.

- Боишься?

- Боюсь, что не смогу остановиться.

Подумав, она спросила:

- Почему я чувствую себя разочарованной?

Я сгреб её в объятья, прижав голову к плечу.

- Просто давай посидим так. И не говори ничего. Мне правда сейчас нелегко.

Она застыла, не пытаясь отодвинутся. Мы просидели так несколько минут.

- Ты хочешь погулять?

- Где?

Мне показалось, что её голос звучал напряженно? Я немного ослабил руки и она подняла голову. И правда. Смотрит, будто ожидая чего-то плохого.

- Ты же почти не бывала нигде кроме казарм?

- В госпитале, - напомнила она.

- А где ещё?

Она пожала плечами, всё также глядя на меня, будто опасалась чего-то.

- Есть много интересных и красивых мест. Хочу показать тебе.

- Мы уже гуляли, - и отодвинулась, ещё больше склонив голову, смотрела исподлобья.

- Разве?

- В госпитале.

Я не сразу сообразил, о чем она говорит. Сад! Мы гуляли в саду вместе. Почему она заговорила об этом? И что ей не нравится, откуда такое чувство, будто я предложил ей что-то плохое?

- Да, действительно. Но это несколько другое. Тогда мы встретились случайно.

- Случайно?

- Нет. Я тебя искал, - не признаваться было глупо, но все равно смущение от этого было не меньше. -  Но сейчас я хочу пойти с тобой на свидание.

Эмму это сообщение почему-то сильно удивило. Ещё и глазами повела по сторонам прежде всем спросить:

- Ты уходишь?

- Я должен уйти?

Что я сделал не так? Почему она меня прогоняет?!

- Свидание. Разве это не когда два человека встречаются?

- Да.

- Но ты здесь. Значит ты уйдешь, и мы встретимся где-то ещё?

У меня в груди защемило. Такое милое и наивное незнание элементарных вещей придавало ей еще большее очарование. И в то же время эта огромная разница опять вышла на первый план. Сколько же потеряно в её жизни простых и приятных вещей? Сколько ещё она упустила? Это так несправедливо! Кто больше неё заслуживал спокойной и радостной жизни?