И тут как щёлкнуло! Именно поэтому англы и сделали ставку не на магию, а на чистую технику, чтобы на этом поле неоспоримое превосходство приобрести! Что-то они тут затеяли исключительно техническое, да такое убойное, что недрогнувшей рукой обработали весь свой комплекс антимагией. Магические контуры, привода и линзы всякие так или иначе пострадать должны. Пусть в разной степени, но тут и пятиминутное преимущество на руку сыграет, а если уж полчаса!..

Поэтому они просто взяли и тупо засеяли антимагическим боеприпасом всё поле боя! А нам так досталось, случайно. Никто специально ни по Белой Вьюге не целился, ни по мне. С такой-то высоты поди разбери, что тут творится. Мы ещё и в развалинах каких-то обретаемся, разгляди-ка нас… Да что за звук дурацкий? Я раздражённо поморщился.

Вьюга скулит. Ей шибче всех досталось.

Ах ты ж, ядрёна колупайка! Я прислушался к остальным. Джедеф кашляет и что-то бормочет, кажется, Катьку утешает. Силён, бегемот! После такого удара уже оклемался. Айко стонет сквозь зубы. Всё же, она по магии мало Вьюге успутает. Однако, звериное свойство должно немножко спасать.

Глаза моргнули и закрылись. Ох, какое счастье! Думал, так и засохнут на корню…

Со стороны англов, с дальнего края их базы, послышался какой-то лязг и новый гул.

Так. Хватит лежать. Уходить надо. Это они пока не знают, что у них на базе Белая Вьюга орудовала. А вот если прочухают — гнать нас будут, как раненного зверя, тут к бабке не ходи. Не говоря уже о Катерине, Джедефе и нас с лисой.

Сел я со скрежетом зубовным. Кажную кость ломило. Кажную! По сравнению с этими ощущениями воспоминания об антимагическом ударе на Третьей Польской — так, цветочки. Зарычал… Нет, скорее, захрипел сквозь стиснутые зубы.

— Встаём, друзья мои. Иначе скоро сюда придут любители привязывать девочек и мальчиков к деревьям.

Эта фраза заставила Айко сесть прямее и слегка встряхнуться. Была она вся какая-то серенькая.

— Держишься? — спросил я.

— Держусь, — ответила она хриплым, не своим голосом.

— Давай на загривок. Придётся тебе, сестрица, Вьюгу придерживать. Ей, вишь, совсем худо.

— А у нас осталась одна последняя лечилка.

Точно! Катерину-то так и не напоили.

— Делим по-братски, — решил я.

— Мне не надо! — сразу запротестовала Катерина. — Мужу отдайте. Вон он посечён как…

На шкуре у Джедефа действительно было больше отметин, чем у нас с лисой. Всё же шерсть боевая — она даже без щитов немного держит.

— Надо всем! — отсёк я. — Он тебя потащит, а тебе ещё держаться надо. Да и истощение.

— Звуки ближе, — тревожно сказала Айко.

— Всё, время не теряем. По колпачку на нос. Всем нужна помощь. И уходим.

Исцеляющий эффект мигнул угасающей лампочкой. Ну, хоть что-то. Лапы, вроде, пободрее зашевелились, а то ведь колоды колодами были.

Я закинул на спину Веру Палну, и похромал с места нашей внезапной стоянки. Вьюга, по-моему, пребывала в шоке. Как её Айко ухватила за пояс, так она и болталась на спине, как мешок.

А вот Джедеф удивил. Оказывается, бегемоты бегают ничего так. Весьма быстро. И даже какую-то веревку, чтоб Катерина держалась, приспособить успел. Потому как те редкие волоски, которые у него в облике на шкуре можно было наблюдать, шерстью назвать невозможно даже с натяжкой. И держаться за них вообще невозможно. За уши? Так себе решение. Так что молодые супруги наскоро соорудили подобие сбруи, и мы мелкой рысью двинулись в обход развалин.

Вот такие всадники апокалипсиса получились. Бегемот и белый медведь. С дамочками на спине. Ага.

ЧУЖАЯ ТЕХНИКА

Только выбравшись в тыл наступающим от базы вражеским шагоходам, я понял, что дела-то наши — швах. Я имею в виду совместные войска египтян и русских. Разбили наших. Я огляделся и увидел отступающие ряды закопчённых шагоходов. Только и на поле боя остались груды пожжённого железа. Как там наши? Думать о том, что мои друзья сейчас догорают на этих долбанных песках…

— Они все живы! — проорал я в небо. Пророк я, ядрёна колупайка или где?

Без магических щитов вести бой дюже сложно. А мы с потерей Вьюги и помочь-то не сможем.

— Туда! — я махнул лапой вправо. Небольшой просвет в наступающей технике, ну и прикрытие виде нескольких чадящих остовов. Глядишь, не сразу и заметят. Я побежал, прикрывая своей тушей бегемота. Может, пронесёт?

Ага. Хрена там танцевало! Мы не успели отбежать от базы даже на двести метров, как вокруг взметнулись взрывы. Пока Айко умудрялась отбивать основное, но рано или поздно… Я упал за дымящийся остов «Детины». Сбросил облик и положил Вьюгу. Рядом тяжело дышал Джедеф.

— Какой план? — Бегемот тоже сбросил облик и вопросительно уставился на меня.

— Вскрываем шагоход. У него в правом манипуляторе съёмный пулемёт. Может, целый… Без магии мы — просто большие зверюги. А так хоть что-то будет.

— Ну не совсем… Я могу… — попыталась влезть Айко.

— Катерина и Вьюга, — перебил я её, — теперь это просто девушки. Хуже того, это — просто девушки, представляющие особый интерес для англов в виде пленниц. Им тут не место!

— Это да-а… — скривилась лиса.

— А чего это ты за меня решаешь? — Екатерина вдруг тоже решила высказаться. Вот же не вовремя всё…

И тут прямо над нами, перешагивая поверженного «Детину», воздвигся огромный корпус «Скорпиона». Наша разношёрстная кучка замерла и сжалась. Пилот поводил передними манипуляторами, но… Ха, а нас-то он не видит! Мы ж прямо у него под брюхом! Главное, чтоб не раздавил. Я придержал вскинувшуюся Айко.

— Можешь вскрыть его, только аккуратно? — прошептал я ей на ухо. Хотя чего шептать-то? В шагоходе нас всё равно не слышно.

Лиса предвкушающее улыбнулась. Я уже немного научился различать её эмоции в боевом облике… Хотя всё равно там такая улыбочка, обосратушки. А потом она сменила облик и прыгнула вверх. Вообще сюрреализм, конечно. В боевом облике, вся грязью и кровью уляпанная — и вдруг чистенькая, кимоно с розовыми цветами. Красотка. И вот эта красотка в несколько длинных прыжков оказалась на спине «Скорпиона». Отсутствие магических щитов сейчас играло исключительно в нашу пользу!

Чего лиса там делала, мне снизу видно не было, но вдруг шагоход дёрнулся. Огромную машину качнуло, потом что-то проскрежетало и Айко откинула боковой люк.

— Илья Алексеевич, а как тут лестница выдвигается?

— Я не понял, это она шагоход, того?.. — пробормотал по-русски Джедеф.

— Ага, того-этого. Айко могёт! Полезли! Внутри всяко безопаснее.

С грехом пополам мы забрались в машину. Правда, вначале пришлось куски тел пилотских повыбрасывать. На брезгливую мину Веры Палны лиса развела ручками:

— Некогда было аккуратствовать.

— Да понятно всё, — мимо меня протиснулась Катерина. — Джедя, ты этой дурой управлять умеешь?

— Конечно. Это же стандартный «Скорпион» класса «Максима», правда, по-моему, англской постройки. — Бегемот ткнул пальцем в англские надписи.

Надо будет потом посмотреть, как у египтян с ихними этими рисунками надписи выглядят.

Пока Джедеф укладывал себя в странное, похожее на кровать кресло пилота, я огляделся. Мда. Не рассчитана эта машина на такое количество праздных пассажиров. Это тебе не «Кайзер». Вот там места было — хоть пляши! Или недоброй памяти «Кайдзю».

Место для стрелка оказалось заляпано кровью, но меня немного смутило не это, а кусок головы с полувыпавшим глазом.

— Блин горелый, куда это теперь? Вера Пална, выкиньте, пожалуйста…

Судя по звукам, она не только черепушку выкинула, а и завтрак свой тоже.

— Джедеф, мы биться не будем! Выводи нас куда-нибудь!

— А-а-а?

— С нами один из двадцатки! Без магии! Восстановимся и вернёмся, уж поверь!

— Исполняю.

Екатерина примостилась за мужем и принялась разминать ему плечи.

Красавчик, здорово устроился! Я оглядел панель стрелка. Мда. Это хорошо, что тут на англском, а то начитал бы я египетских иероглифов. Ага. Ежели судить по индикации — крупнокалиберный был с половинным запасом выстрелов. А вот пушки — всё. Закончились. Ну и мелкашек аж три. Зачем? Да неважно, нам не бой вести, а валить надо.