Не вписываясь совсем в окружающий пейзаж, позади виднелось огромное грузовое ауто. Как пасть разверстая открытые двери. Наверное, их привезли сюда на нем.

— Что это значит?! — обернулся Кайс.

Я видела, что его сжатые в кулаки руки слегка подрагивают.

— Если я не услышу удовлетворяющего меня ответа, всех егерей выставят из куполов с приказом не возвращаться.

— Но зима...

— Даже если зима закончена, — словно не слыша сына, продолжил свою мысль его величество: — они не выживут без питания. И все те, кто сейчас на маршрутах, тоже, если им некуда будет вернуться. Я уже говорил, необходимость в них отпала.

— Как ты можешь...

Мне пришлось поймать Кайса за руку, выпав из образа и заслужив убийственный взгляд от мужчины, наблюдавшего за нами.

— Я не могу включить установку. После завершения процесса она просто исчезла. Наверное, это было что-то вроде одноразового оборудования, которое не собирались больше использовать. Если вы не верите мне, я могу показать.

Поспешно выговорив все это, я сильнее сжала руку Кайса, умоляя поддержать мою ложь. Так вдохновенно врать было просто наитием! Мне оставалось только ждать.

Его величество не меньше минуты держал паузу, обдумывая услышанное.

— Хорошо. Ты покажешь.

Не заметила никаких дополнительных движений, но высокие двустворчатые двери распахнулись, как по команде. Несколько человек вошли, и нас с Кайсом разделили. Его не трогали, но и лишили возможности ко мне подойти. Я не видела смысла сопротивляться. Для поддержания нашей легенды, я должна была сейчас вести себя тихо и послушно.

Я снова на поверхности. Второй раз всего за одни сутки, даже часы. Вот только ощущения совсем другие. Со мной никто не разговаривал, на руках наручники. Я думала, меня хотя бы спросят, куда нужно лететь, но и это не понадобилось. Оказывается, у ауто есть какой-то невидимый глазу след. А на поверхности отыскать тот единственный и вовсе не составило проблемы. Я просто надеялась, что Кайс догадается, куда меня повезли. Вот только уверенности у меня совсем не было. Если мне удастся спрятаться от моих охранников, сколько придется ждать в холоде бетонных, пустых стен? Не ждет ли и меня участь Эммы? Я тоже засну вечным сном?

Оглядывая через распахнутую дверь из зависшего над снегом ауто перерытый нашими следами снег, старший из моей охраны впервые задал вопрос мне:

— Куда вы шли?

— Там проход, — сказала я чистую правду, указав туда, где снег был истоптан больше всего.

В мое отсутствие поднялся ветер, уже успевший немного присыпать и сгладить следы недавнего нашего здесь пребывания. Я не сразу смогла вдохнуть нормально, ощутив его непривычное касание и свежесть. И солнце ослепило, так как опустить мне на лицо очки и маску никто не подумал, а скованными руками это было не очень удобно делать. Но ждать, пока я освоюсь, никто не собирался, меня довольно грубо дернули за руку и повели по старому следу.

Мы остановились шагах в пяти не доходя до кромки чистого и не истоптанного снега.

— Если попытаешься что-то сделать, мы просто оставим тебя здесь.

Меня подтолкнули в спину. Идти со скованными перед грудью руками было не очень удобно. Странное чувство накрыло от этих слов. Разве эти люди не понимают, что оставив меня вот так, они все равно, что убьют меня? Медленно, но верно. И что страшнее — замерзнуть, умереть от голода? Или все же видеть перед собой этих спокойных людей, не отличающихся от всех тех, что я видела до сих пор, совершенно ничем. А вдруг та комната не откроется для меня? Что, если только из-за того, что там внутри была Эмма, я смогла в нее попасть? Что же мне делать? Что делать? Как же страшно!

Страх с каждым шагом парализовывал меня. Я готова была уже развернуться и все сказать, как есть — что в комнату им не попасть, и я просто их обманула, чтобы потянуть время. И ввалилась в темноту точно так же, как в прошлый раз, взвизгнув и повалившись на колени. Мое хриплое дыхание разбивалось о глухую тишину, паника накрыла окончательно, и я едва не заскулила. Вернуться? Или ждать? Меня найдут? Кайс обещал, что не бросит меня! Или он вернул себе Эмму, и я уже для него не так важна? Нет, Кит не позволит! Но где он сейчас, сможет ли встретиться с Кайсом?! Сколько я смогу ждать? Столько вопросов и все без ответов. Мне казалось, все они против меня, навалившись единым комом, стремясь раздавить. Весь мой выбор на самом деле — в темноте или на ослепительно чистом свету умереть. Холоду не были помехой не та, не эта сторона.

Сколько я там лежала? Не знаю. Мой коммуникатор зазвонил. Я подавилась собственным всхлипом. Я же совсем о нем забыла! Меня даже не обыскивали! Вытащить его заледеневшими уже руками оказалось не просто. И он замолчал до того, как мне удалось это сделать. На мгновение я застыла, придавленная тишиной, а потом, ломая пальцы, еще быстрее стала вытаскивать его. А коммуникатор зазвонил опять, вливая в меня надежду мощным посылом.

Я не удержала его в руках, увидев, что это Кит. Пелена слез застила глаза, руки дрожали, я всхлипывала без конца. Выскользнув, коммуникатор, улетел куда-то и исчез словно. К счастью, сигнал вызова все еще был слышен, а вот его подсветку словно поглотила тьма. Но я знала, что он где-то рядом. Поползла на звук, ощупывая пол, как ослепшая.

И нашла его, одновременно оказавшись в круглой комнате. Он именно туда улетел. А я, погрязнув в истерике, не додумалась перейти в освещенное помещение.

— Кит! — я не смогла справиться. До сих пор стыдно, но я просто провыла его имя, захлебнувшись рыданием.

— Где ты? Ты в порядке? Что с тобой?

Я пыталась выговорить хоть что-то, но слезы все не унимались, кроме судорожных всхлипов ничего выговорить не могла. Сколько я так рыдала, не знаю. Кит что-то говорил, успокаивая. Я не помню что, но все же это помогло. Или я выплакалась, немного избавившись от страха и волнения.

— Я в порядке... - наконец, выдохнула дрожащим голосом.

— Где ты?

— Меня отвезли туда, где мы нашли Эмму.

— Они снаружи? — сразу сообразил он. Какой он все-таки умный и догадливый! Мне гораздо легче стало от этого его вопроса. Он надежный и поможет мне. Обязательно!

— Они сказали, что если я попытаюсь что-то сделать, они оставят меня здесь. Наверное, снаружи никого уже нет.

Он произнес что-то сдавленно и несколько секунд молчал. Потом я услышала, как он выдохнул, прежде чем спросить:

— Ты не ранена? Сможешь дождаться меня? Там очень холодно?

— Да, — одно слово на все три вопроса.

— Я скоро прилечу за тобой. Только... только, пожалуйста — не засыпай!

Я зажала рот рукой и закивала, хотя он не мог этого видеть. Слезы поверх руки потоком новым полились, капая на его имя.

Эта истерика была всего лишь откатом. Я не героиня и не предназначена была для того, чтобы кого-то спасать. Я же самая обычная! Даже если что-то случалось, я всегда твердо знала, куда обратиться и как быть. Само мироустройство надежно защищало мое спокойствие и покой. Я даже не ожидала, что настолько полагалась на это чувство безопасности, казалось, составляющее основу жизни в куполе. Ничего плохого со мной не могло произойти, никто не причинит мне вред. Я в это верила.

Вызов прервался до того, как я смогла что-то еще выговорить. Мне оставалось только ждать. И не заснуть. Кит просил об этом, я должна сделать то, что он просил. Просто обязана.

Это обязательство взбодрило меня немного. Я поспешно попыталась утереть лицо, будто возможно было скрыть следы истерики этим. Мне хотелось и казалось важным, что когда он прилетит за мной, я вновь буду красива и нравиться ему как прежде.

Поднявшись на ноги, оглядела пустые стены. Выходить наружу не стоило. Даже если там никого нет. Мне подумалось, что здесь не только безопасней, но и чуточку теплей. Конечно, это скорее психологическая установка — раз есть стены, значит, есть защита, хотя бы от ветра и снега.