Вот и сейчас, словно с того утёса…

Петя всю дорогу бегал то в техническое помещение, то в багажный отсек, так я и не успел у него спросить — что за код такой и какие под ним скрываются неведомые маги? Серго отмалчивался, объясняя тем, что подписку давал о неразглашении, если кто и может пояснить — то только сам Пётр, как командир нашей экспедиции. И вот Петя примчался, но заговорил совсем о другом, разворачивая перед нами листок и тыча в него карандашом:

— Смотрите. Рядом с «Объектом» — сторожевая башня. Сначала мы к ней, нужно забрать определённое оборудование. — Пётр посмотрел на нас по очереди: — Ясно? Возражений нет?

— Петенька, мы пока ещё не начали, прекращай такие вопросы задавать. Ты командир, мы подчинённые, просто командуй. — Серго положил на плечо пулемёт. Вот кстати, зачем он ему?

— Непривычно, Волчок, — кривовато улыбнулся Витгенштейн.

— Привыкай. Не всё тебе в княжеской компашке обретаться. Господа, у меня вообще создалось впечатление, что наши отцы-командиры готовят нас каждого к сольной программе. Причём, я сейчас про отцов в прямом смысле.

— Паранойя, Серго, ещё никого до добра не доводила!

— Ага. А на меня уже свесили всех «тяжёлых» волков. Вроде как близкое знакомство с твоей матушкой, — Багратион толкнул меня плечом, — всё такое. Вроде как мне не откажет и стараться будет лучше. Я пытался объяснить старейшинам, что «Евдокия Максимовна» и «что-то сделать спустя рукава» — это понятия несовместимые. Но — «Изволь исполнять!».

— Не плакайся, Волчок, — нахмурился Петя. — Лично меня уже эти бумажки папенькины тоже задолбали. И, главное, выдаст целую кипу — и потом пытливо смотрит: чего, мол, понял из этого? А чего может быть общего у доклада от старейшины золотарей и количества потребляемой муки? А?

— И чего? — не сдержал любопытного вопроса я, невольно отвлекшись от свербевших вопросов по поводу таинственных кодов.

— Воруют, — кратко ответил Петя.

— Да это понятно, что воруют. Но где связь?

— Потом выкладки покажу. Ты представляешь, оказывается есть взаимосвязь между потреблением хлеба и количеством гов… экскрементов. Один умник подсчитал.

— Обалдеть! Но кому в голову придёт считать…

— А вот пришло. У аналитиков у всех голова маленько того…

— Ну, я только с одним близко знаком, и хочу подтвердить… — Серго опять ткнул меня в бок, кивая на Петю, и заржал.

Впрочем, Витгенштейн тоже улыбнулся. Только как-то криво.

— На месте, — глухо грянуло из динамика.

— Господа, ваша задача прикрыть меня.

— Да не беспокойся, Пётр, прикроем в лучшем виде! — Я поднял с пола свой пулемёт. Ничего так, увесистый. Магазин, аж на сто патронов, славно можно повоевать. А учитывая, что в нашей тройке их аж две штуки… Берегитесь, супостаты!

Мы выпрыгнули за борт следом за Витгенштейном. Нет, понятно, что на тросах. С тридцати метров иначе — дураков нема. Когда я отцепил сбрую, Петя уже стоял на одном колене, выцеливая возможных врагов. А никого не было. Вообще.

Обещанная Петром сторожевая башня оказалась… сторожевой башней. Такой, как наши предки строили — из толстенных лиственничных брёвен. Я, по-честному, ожидал чего-то более современного. Только когда подошли — увидел, что каждая пядь брёвен узорной резьбой покрыта. Сплошняком. И такая мощь от этих брёвен пёрла, ядрёна колупайка… Такая «простенькая деревянная» башня, по прочности как бы не твёрже железа будет. Но сколько ж эта резьба стоит? Это ж как башню из золота на берегу Илима поставить. Зачем?

— Ждите меня тут, — Пётр подошёл к воротам и приложил к ним ладонь.

— А?..

— Внутри мне ничего не грозит. Ждите.

И быстро зашёл внутрь. А мы стоим с Серго, как те сосны на лысой сопке. Я переглянулся с Багратионом и удобнее перехватил пулемёт. А сам взором скольжу. Папенька обучал, что вот такое лёгкое касание взором быстрее всего замечает движение. «Расфокусируй взгляд — быстрее заметишь!» Вот и стою — расфокусирую. Но пока никакого движения не увидел, лишь трава вод ветром колышется. Вообще, с холма, на котором сторожевая башня стояла, открывался отличный вид. Чуть внизу — несколько домов, вроде как бараки, потом огромные ржавые ворота прямо в склоне сопки. Тот самый «Объект №18». И колючая проволока вокруг. И ни живой души не видно. И Зверь никого не чует.

— Меня знаешь, что беспокоит, Серго?

— И чего? — лениво процедил Багратион, поводя стволом. — Что же может такого сильномогучего медведя тревожить, поделись?

— «Номер восемнадцать». Значит, есть ещё «семнадцать»? И прочие по порядку? И почему этот так спрятан? Тут же вокруг никого на пятьдесят километров. Да и то, если бы не наш карьер железный, то и все двести были бы! Глухая тайга вокруг. Пара поселений удэгейцев да, может, рыбаки ещё сезонные — и всё.

— Знать, надо было спрятать понадёжнее. Вот сами в него зайдём и всё узнаем.

— Так-то да. Подождём Витгенштейна, — согласился я.

— И не надо уже никого ждать, — раздался глуховатый Петин голос сзади. Я рывком повернулся. Хорошо, он загодя говорить начал! Иначе так бы и срезал Петеньку очередью. А чего он?

Князь Витгенштейн был облачён в полный латный доспех. Ага. Я такой в музее видел, когда с папенькой и маман в «Оружейной палате» в Москве были. Только этот ещё и серебром был покрыт с ног до шлема. И резьбой диковинной. Как бы не такой же, что брёвна башни покрыты.

— Это тебе кто помог? — подозрительно спросил Серго. — Я-то знаю, такое вздеть в одного — почти невозможно. Особенно за такое короткое время.

— Да, ты прав. Помогла тут одна…

— В смысле «одна»? — не остановился Волчок.

— В башне предположительно последняя выжившая из гарнизона стражница. Она и подала сигнал тревоги. Я коротенько её опросил… Пошли к воротам, по пути всё расскажу.

И что характерно — пошёл.

Мы с Багратионом догнали его и шли чуть позади, справа и слева.

— Петя, у меня вопросы, — настойчиво начал я. — Почему вам всё понятно, а мне — нихренасеньки? Что ещё за «объекты» и нахрена мне под боком такое? Коды какие-то…

— «Объект номер восемнадцать», — сурово ответил Петя. — Для содержания особо опасных магических существ. К сожалению, построен он здесь был не просто давно, а очень давно. Такие базы строились специально, максимально далеко от населённых пунктов. И вообще от людей. Тайга, тундра, пустыни. Собственно, благодаря этому «Объекту» железный фон от особо крупного рудника и был обнаружен. Компас вблизи него с ума сходит. Потом уж Кирилл Фёдорович проверил, подтвердил.

— А перенести этот «Объект» подальше от Железногорска?

— Сложно — раз. Переселить сидельцев — так подобного типа он единственный на всю империю. Да и не подавал он до сих пор признаков возможного нарушения режима. Фридрих вот вообще уверен, что это — диверсия против его Эльзы. Кто-то решил помочь вскрыть «Объект», зная, что заключённые гарантированно доберутся до ближайшего поселения и с большой вероятностью уничтожат его целиком, — лицо у Пети совсем осунулось. — И я всё больше склонен с Фридрихом согласиться. Смотрите!

Едва в нашей видимости оказались ворота, как тут же стало видно, что их взорвали. У нижнего края воротины чернело вывернутое внутрь рваное отверстие.

Пётр присел около него.

— Всё-таки диверсия. Жаль. Я так надеялся, что это банальный бунт.

— И чем это хуже? — Спросил Серго.

— Злой направленной волей, а не спонтанной случайностью.

— Понятненько. И прежде чем войти, я хотел бы знать: что за «В-2» нас там ждут?

«В-2»

Витгенштейн обернулся и удивлённо посмотрел на Багратиона. Тот пожал плечами, одновременно разведя руки, мол — не положено.

— Илья, там вампиры.

— Вамп… КТО?!!

— Упыри. Неумершие и прочая гадость.

Пару секунд я переваривал информацию.

— Друг мой Пётр, ты мне другое скажи, а почему мы одни? Что, у России других самоубийц не нашлось? Даже Иван на рудник не один полетел, а мы тут…