Вот и финал спектакля.

- Им подобных было на самом деле гораздо больше чем сейчас. Ещё три века назад гарнизон насчитывал около тысячи егерей. Они медленно, но верно вымирают. Если бы не случившаяся катастрофа, возможно, мы бы уже исчезли, как вид и они нас заменили. Но к счастью, жизнь в куполах позволила взять под контроль рождаемость. Выявить ещё на стадии нахождения в утробе матери подобных им совсем не сложно. Дальше обычная схема. Изымание и воспитание из потенциально опасной особы полезного и беззаветно верного службе егеря. Высокая смертность в ходе прохождения службы, позволяет контролировать популяцию. Ни одна до двадцати пяти не дожила.

Я будто впервые его сейчас видел. Он гордится этим достижением? Предлагает разделить его гордость за хорошо проделанную работу?!

41 глава

- Вчера ты искал информацию по ним и наверняка заметил, что с именами наблюдается странность. На самом деле это маркеры. Эти имена им присваиваются после того как предыдущая владелица погибла. Твоя Эмма Вандерсен уже сто шестнадцатая по счёту. Если не ошибаюсь.

Я уже почти вернул контроль над руками, успешно притворяясь обездвиженным. Но, его небрежное замечание... это было уже слишком! Меня будто под дых ударили. Я не сдержал резкий выдох.

- О, ты уже приходишь в норму.

Сказав это, он поднялся с таким видом, будто только что закончил приятную беседу, и пришло время откланяться.

- Я оставлю тебя. Тебе нужно время, чтобы усвоить сказанное и смириться с этим. Хорошо подумай над тем, что я рассказал. И не делай глупостей. Если тебе нужны подробности или подтверждения моих слов, приходи в любое время.

Он направился к выходу, я с трудом повернул голову вслед и, едва ворочая языком, всё-таки смог вытолкнуть:

- Где она?

Он остановился и застыл, стоя спиной ко мне. Тяжело вздохнул и обернулся.

- Тебе не нужно больше думать о ней.

- Где?

Я услышал ещё один вздох и укоризненный взгляд направленный на меня, с примесью жалости даже.

- Её уже нет в куполе.

Я не слишком этому удивился. Но ещё один вопрос я обязан был задать.

- Форма?

- Что? - кажется, он не ожидал от меня настолько прозаичного вопроса.

- Её форма... где она?

- Ах, ты беспокоишься, что её выставили на мороз раздетой? Не волнуйся. Другие егеря могут найти её труп. Зачем им ненужные мысли, почему она неподобающе одета?

Это прозвучало несколько легкомысленно. Будто мы говорили о светском рауте, где кто-то явился в наряде, не соответствующем дресскоду. Забавное недоразумение. Как же смешно! Как это на самом деле смешно!

Лицо моего отца вдруг изменилось. Он смотрел сначала внимательно, а потом его выражение стало меняться демонстрируя все большее и большее изумление. Он не ждал такого от меня. Совсем не ждал. Боже, как же смешно!

- Ха - ха - ха!

Не в силах больше сдерживаться, я захохотал во все горло. До слез, до боли в мышцах живота. И никак не мог остановиться. Как же это смешно!

- Ха - ха - ха!

Пощёчина прекратила приступ смеха. Вот только шея ещё плохо работала, и повернуть голову так, чтобы я мог его видеть, оказалось сложнее, чем в предыдущий раз.

- Не ожидал от тебя истерики. Наверное, не стоит всё же оставлять тебя одного.

- Не переживайте, отец. Это не истерика. Я просто очень рад.

- Рад? Чему?

- Что ваши руки по-прежнему чисты. Холод сделает за вас всю грязную работу. Это такой гуманный и надёжный способ.

- Мальчишка!

Когда стих грохот захлопнувшейся за ним двери, я все ещё улыбался.

Чистоплотность не доведет до добра, отец. Не в этот раз. Раз не захотели убивать сами, придётся расплатиться. Хотя такой проверенный способ устранения, скорее всего, стал привычным. Уничтожать, не прилагая усилий, и никаких следов не остаётся. Кроме трупа, занесённого снегом, который некому видеть.

Если Эмма получила форму, её шансы выжить многократно возрастают. Конечно, без еды ей будет трудно. Но теперешний её маршрут не должен быть очень долгим. И она умеет выживать.

Если бы мой отец знал, что на самом деле помог ей сделать то, чего она хотела! Ха - ха - ха! Из купола она выбралась, и теперь ей осталось только найти и отключить установку. Я в этом не сомневался ни капли! Кто знает, смог бы я её отпустить? Возможно и нет. Но вмешавшись именно сейчас, мой отец только поспособствовал её планам. Всё решилось без меня.

Зима закончится, и скрыть это будет невозможно. Мы выберемся из куполов. Люди расселятся по планете, как раньше. И девушки со сверхспособностями больше не будут егерями. Никто не сможет их контролировать. Если они рождаются до сих пор, значит, процесс не остановить. Природу не обмануть. Ха - ха - ха!

Осталось дело за малым. Мне просто нужно подождать. Эмма скоро вернётся. Я знаю. Я верю, что она не оставит меня. И умереть она не может. Она такая ответственная. Наверняка попытается других егерей на маршрутах перехватить. Они ей поверят, как только увидят, что зима закончилась. Должны поверить. Нужно будет подумать, как помочь тем, что сейчас в казармах находятся. Для этого ещё есть время. Я не дам их уничтожить. Наверняка кто-нибудь попытается от них избавиться. Мой отец - это только верхушка. Наверное, о реальном положении дел знают не так мало людей, как мне представлялось.

Надо просто дождаться. Она скоро вернётся. Я верю.

У нас впереди столько дел. Я вместе с ней хочу увидеть другие купола.

И проблем с переселением будет много.

К тому же те люди, о которых рассказывала Эмма. Интересно будет и их увидеть.

Строить новую жизнь. Так много интересного. Все хочу увидеть. С ней...

Боковым зрением я заметил движение. Осторожно повернувшись, я ждал не меньше минуты, пока мышонок, прячущийся за ножкой обеденного стола, высунется из-за неё.

- Возвращайся скорее. Я жду тебя.

Парадокс Мпембы. Есть такой эффект, и под него не подходят основные законы физики и термодинамики. Смысл его заключается в том, что горячая вода может замерзнуть быстрее, чем холодная.

Я думаю, что это очень мне подходит.

Я как та самая вода. Холодная, потом вскипевшая и мгновенно замерзшая.

Хотя, все состояния воды не меняют своей сути. Будь то лед, снег — все равно это всего лишь её производные. Они одинаковы — одни молекулы, цепочки, состав...

Но я отвлеклась и забыла представиться.

Здравствуйте, меня зовут Миия. Мне двадцать лет. Я самая обычная девушка. Мои родители уже умерли, и я сирота. А еще я не знаю, что такое лето.

Почти забытое обозначение времени года. Потому что там, где я живу, всегда одинаковая температура, влажность, нет ветра, не бывает дождя. Эти обозначения времен года скорее внешние. Если однажды нам перестанут об этом напоминать, мало кто заметит разницу.

Здесь ничего не бывает. Ни лета, ни осени, ни весны. Все смены сезонов отменены. Только один властвует и определяет нашу жизнь. Зима. Вечная зима на поверхности, из-за которой мы живем в защищенных куполах.

Никто и никогда не знал и не узнает, какая она на самом деле. Наш мир замкнут, и выйти из него наружу мы не можем. Потому что выжить на поверхности просто вне человеческих возможностей.

Я так хорошо это знаю. Холод, пронизывающий настолько, что, кажется, кровь вот-вот загустеет и остановит свой бег по сжавшимся венам. Ветер сильный настолько, что будто наждаком пытается слизать с твоих костей мягкую плоть. Сбивающий с ног, чтобы перемолоть тебя. Снег — ослепительный настолько, что больно смотреть. Жалящий, сковывающий и бесконечный. Лёд — лживо хрупкий, прозрачный, бритвенно-острый и матовый.