Неужели? Неужели она вернулась? Словно в темной, заброшенной комнате, в которой я до сих пор сидела, зажегся свет. Я оглянулась, ища то, что давно уже не чувствовала. Забытый и слабый еще вкус. Будто мой язык онемел, что ни пробуй, все одинаково, а теперь к нему стала возвращаться чувствительность.

— Мастер!

Голос Кита просочился сквозь меня, не оставив отклика. Я искала и никак не могла нащупать. Где же это? Как это было тогда? Что я тогда чувствовала, и как я делала это? Как в глупой присказке про сороконожку. И именно теперь я не знала, не могла вспомнить, как я это делала? Как?! Где же оборванный кончик нити, которая выскользнула из моих рук два года назад? Я знаю, чувствую, верю — она здесь и снова ожила.

Холод, как желанный, вошел в тело. Я обрадовалась ему, несмотря на то, что он был едва переносим. Все конечности будто утратили гибкость. Кажется, шорох загустевшей в венах крови можно услышать, если немного прислушаться. Нет. Просто здесь тихо. Тихо, так, что слышишь фоном ток собственной крови. Это серое помещение совершенно пусто, и звук замедленного дыхания — вот все, что в нем было. Сердце еще бьется, но уже медленнее.

И вдруг тысячелетняя тишина разбилась. Живой голос нарушил безмолвие, пропитавшее все насквозь:

— Кто ты?

Впервые я почувствовала, что находясь вместе с ней, существует еще и мое собственное тело. Словно под дых ударили. В голове сразу опустело. Я растерялась, не зная, что сказать и как.

— Ты... ты меня... ты знаешь, что я здесь?

Взгляд немного прояснился, и "наши" глаза оглядели пустое помещение, будто для того, чтобы убедиться, что круглая комната все еще пуста.

— Да.

— Раньше ты меня не замечала никогда.

— Раньше?

— Я вижу тебя очень давно.

— Видишь? — она посмотрела вверх, словно все еще желала найти.

— Я вижу твоими глазами. Чувствую то, что чувствует твое тело.

— Ты в моей голове?

— Да.

— Хорошо, что ты здесь, — после паузы сказала она. — Не хотелось быть одной.

Мы замолчали. Мне никогда не приходило в голову, что мы сможем поговорить. И сейчас я просто не знала, что спросить, о чем рассказать.

— С тобой все в порядке?

Её удивление было ощутимо очень хорошо, оно словно окутало меня.

— Нет.

— Ты ранена?

— Нет.

— А что тогда?

— Разве ты не знаешь?

— Я не знаю, что с тобой происходит в те моменты, когда мы не вместе. И я не видела тебя очень давно.

— Ты уже уходишь?

— Пока нет. Но это может произойти в любой момент.

— Жаль. Не хотелось быть одной.

После того, как она это повторила, я почувствовала сильную тревогу. И что с ней не так, она до сих пор не сказала.

— Скажи, что с тобой?

— Я умираю, — голос настолько обыденный, словно она говорила о чем-то совсем незначительном. Так человек говорит: "Я хочу пить", не столько мучаясь от жажды, сколько желая занять чем-то время.

— Ты сказала, что ты не ранена!

— Разве умирают только от ран? — её спокойный голос, совсем такой, как белый пар от дыхания в этой тихой до жути комнате, без выходов, испугал меня больше, чем смысл её слов.

— Ты в ловушке? Не можешь выйти отсюда?

— Выход там, — её глаза нашли точку на стене, казалось, цельной, и я знала, что она говорит правду.

— Тогда в чем дело?

— Нет сил. Еды. Не дойти обратно.

Я забыла! Кайс говорил, что она на поверхности совсем без всего!

— Кайс? — тут же спросила она. — Ты знаешь Кайса?

Кажется, она уловила мою мысль, как продолжение нашего диалога.

— Я видела его сегодня. Он очень волнуется за тебя.

Она слегка пошевелилась. Глаза заметались по сторонам и остановились на сцепленных на коленях руках.

— Ты настоящая?!

— Меня зовут Миия. Я живу в куполе. Сейчас здесь идет дождь.

— Дождь?

— Да. Вода, которая...

— Я знаю. Я видела дождь в Строосе.

— Там, где живут странные люди и Агна?

— Ты и о них знаешь?

— Я видела, как ты к ним попала. А потом наша связь прервалась. Сегодня вижу впервые после двух лет.

— Мне нравится дождь, — ее мысли словно теряли четкость. — Значит, я все правильно сделала. Зима скоро кончится.

— Мы не знаем, почему это происходит. Может быть, неполадки с куполом.

— В куполе больше не нужны. Они отключились после того, как система охлаждения была остановлена. Это часть процесса расконсервации.

— Я не понимаю...

Её взгляд снова заскользил по пустым бетонным стенам.

— Это комната управления. Зима на поверхности была создана искусственно, и теперь она закончилась. Все жители куполов смогут жить на поверхности. Ты можешь сказать ему об этом?

Я была настолько опрокинута этой новостью, что не сообразила сразу, о ком она говорит.

— Кому?

— Кайсу.

— Я... я не смогу. Мы встретились случайно. Не могу же я прийти во дворец...

— У тебя нет коммуникатора? — её спокойный голос немного привел меня в себя.

— Коммуникатор?

Я была настолько не в себе, пытаясь все охватить и разом, что даже о такой простой вещи не подумала. Она продиктовала данные.

— Да, могу. Но мне придется оставить тебя.

— Хорошо.

Я готова была уже разорвать связь, но все же не могла не спросить:

— Ты дождешься меня?

— Конечно.

Уверенность в её голосе не дала мне повода в ней усомниться.

— Ты слышишь меня?

Я еще была там, но уже видела то, что окружало меня. Взволнованное лицо Кита передо мной, Мастер рядом. Здесь было жарко! Просто удушающе! Я пошевелила плечами и поняла, что на них давит что-то. Сразу несколько одеял превратили меня в настоящий кокон, я стала выпутываться, но Кит остановил меня.

— Не надо! Ты холодная, как лед.

— Нет. Жарко. Уже не нужно. Это не мне холодно.

— Что это значит? — спросил Мастер.

Кит понял. Сразу. И перестал мне мешать. Через несколько секунд заминки, видя, что самой мне не справиться, стал помогать.

— Эмма? — тихо спросил он между делом.

— Да. Мне нужно связаться с Кайсом.

— Он...

Его лицо не изменилось, он не смотрел на меня, целиком, кажется, занятый тем, что делал. Но это слово и то, что он не стал договаривать, кольнули меня виной. Я поймала его руку, стараясь поймать взгляд, наклонилась.

— Ей нужна помощь.

— Миия? Что происходит? — Мастер устал ждать, выуживая информацию по крупицам из наших жестов, слов и эмоций.

— Не сейчас, — я мельком улыбнулась ему, надеясь на его понимание.

Вызов прошел. И ответ почти мгновенным был.

Кайс выглядел... О, так много всего! И все в одном взгляде! Надежда, радость, тревога... и все не для меня. Взгляд потух. Ревность и обида царапнули по сердцу. Так нелепо! Но это правда, и с этим я ничего не могла поделать.

— Миия? Откуда...

Он почти сразу понял, что я — это не она! Надо же! Даже так, через средства связи, он не спутал нас на этот раз. Словно вся наша одинаковость разом испарилась для него. Волшебство на него больше не действовало.

И еще до того, как я успела справиться с собой, и не единого слова еще не произнеся по факту, он снова проявил поразительную догадливость.

— Неужели?!

— Да.

Он дрогнул. Приблизившись максимально возможно, вглядывался в меня с надеждой вновь зажегшейся. И я ясно видела, что он пытается сдержаться, но есть вещи выше наших возможностей. Мучить его дольше было просто невозможно.

— Она жива. Но ей нужна помощь.

— Где...

— Она сказала, что отключила систему охлаждения. Купола отключились из-за этого.

— Я понял, что это последствия отключения, — он опустил глаза и отодвинулся, видно было хорошо, как по его лицу как судороги мгновенно сменялись множество мыслей, эмоций.

— Ты знал? — я изумилась, сама не знаю, чему больше. Тому ли, что он сказал об этом так небрежно. Или тому, что о таких вещах вообще можно говорить походя.