— Да, — он на секунду прикрыл глаза и выдохнул, прежде чем вернуться к главному: — Она сказала, где конкретно находится?

— Комната управления. Серая круглая комната. Пустая. Больше я ничего не видела.

— Если дождь пошел сегодня, значит, примерно сегодня она туда и добралась?

— Скорее всего. Когда мы увиделись на крыше, я ощущала, как ей тяжело идти. Но не сразу поняла, что это она.

Его выражение на мгновение стало усталым. И что-то еще... Не сразу поняла. А потом словно вспышка — осознание. Да ему же больно! Просто слышать о том, что ей было тяжело!

Я жадная, злая. Все мои чувства к нему — эгоизм чистой воды. Я не пыталась этого приукрасить, оправдать даже для себя самой. Я хотела его отобрать. Для себя. Но в этот момент испытала противоречивое чувство, ощутила глубокую благодарность. За то, что переживает за нее. За то, что любит её так сильно.

— Дойти туда нереально. Даже егерям, — тускло сказал Кайс, словно помертвев лицом. — У нее ничего нет. Она не дождется помощи.

— Вы серьезно? — Кит вмешался неожиданно, и я вздрогнула, потому что совсем забыла, что здесь со мной еще кто-то есть. — О чем вы вообще говорите? Что за система охлаждения?!

Кайс собрался гораздо быстрее, чем я ожидала, и ответил:

— Зима на поверхности создана искусственно. Эмма вернулась для того, чтобы отключить систему. Теперь мы можем выбраться на поверхность и жить там.

— Хорошо. Я просто верю на слово, и этого, — он указал на прозрачные стены, по которым все еще стекали капли небывалого дождя: — я отрицать не могу. Но даже если зимы не будет, как мы можем выбраться на поверхность? Там же помимо холода есть помехи, электромагнитный фон, радиация — с ними что? Какой в этом смысл?

Я совсем не подумала об этом! А ведь он прав! Но Кайс не дал мне и слова вымолвить.

— Помехи!

Он сказал это таким голосом, что мы уставились на него в ожидании продолжения.

— Помехи — это следствие, побочный эффект! Это из-за работы установки они возникали!

— Если она выключена, их больше нет? — тут же уловил его мысль Кит.

— Именно!

— Мы можем отправить Эмме помощь! Долететь на ауто совсем недолго! — внесла в это озарение каплю хорошего и я.

— Нет, — тут же разочаровал Кайс. — Ауто не понимается на такую высоту. До крыши на нем не добраться.

— А ограничение работает сейчас? — уточнил Кит. — Раз уж купол отключен, возможно такое?

Ауто не поднимались дальше определенной высоты. Все мы это знали. Зона полетов несколько километров вверх. Но никогда выше. Они просто не слушались команд, достигнув предела разрешенного. Там, где начинало действовать ограничение, они двигались в любом направлении, кроме верха.

— Да, это проверили едва ли не в первую очередь, — ответил Кайс. — Все по-прежнему.

— Если нельзя долететь, то как еще?! Должен быть какой-то способ?

Слушая лихорадочный голос Кайса, я такого разочарования не испытывала, кажется, никогда. Совсем рядом, близко решение, и его нельзя использовать!

— Почему обязательно на ауто? — подал голос Мастер.

Я обернулась к нему, зажегшись надеждой. Он что-то придумал! Он обязательно найдет выход и поможет!

— Вы что-то можете предложить? — Кайс смотрел на него внимательно и напряженно.

— Пи-би, — позвал Мастер вместо ответа.

Милашка робот тут же отозвался, подлетев и обдав нас сквозняком от пропеллера.

— Роботы! Правильно! — воскликнул Кит. — Не только ауто летают!

— Грузовой бот! — воскликнули мы с Кайсом одновременно.

— Сколько груза они могут поднять? Как далеко они могут лететь? Заряда хватит? Наверху сейчас около 20 градусов мороза, метель, это помешает?

На вопросы, посыпавшиеся от Кайса, ответил, как ни странно, Кит.

— Самый небольшой — 250 килограмм. Ограничений по дальности и высоте у них нет в принципе. Заряд практически вечный. И они хорошо работают в холоде. То есть, он на них вообще никак не влияет.

— Откуда ты знаешь?

— На моей работе таких ботов используют постоянно.

— А про холод? — все еще сомневался Кайс.

— Морозильные камеры. Нам доставляют лед из них.

— Ты можешь достать несколько штук? Лучше подстраховаться. Вдруг что-то случится.

— Вряд ли. Они примитивные донельзя. Там просто нечему ломаться.

— Лучше подстраховаться, — упрямо повторил Кайс.

— Хорошо. Штук пять хватит? Кстати, можно следить за ними. Камеры у них тоже есть. Самые простые, но неубиваемые. Ни разу не слышал, чтобы их меняли.

— Да. Камеры — это просто отлично! Привезите их... Где вы сейчас?

Мастер назвал адрес.

— Я сам вас заберу. До связи.

— Осталось самое главное, — внес еще одну лепту Мастер. — Насколько я понимаю, ботам нужна точка конечного маршрута? И где же она?

— Миия, нам нужно спешить, — словно не услышав вопроса, Кит потянул меня за руку, заставив подняться и, взяв за плечи, повел к выходу.

— Куда? — все же спросила я, но он мне не ответил.

Я успела только оглянуться, но ничего сказать уже не смогла. Кит отвел меня к моей комнате, велев переодеться во что-то потеплей. Втолкнул меня внутрь, а сам остался за дверью. Я не сразу сообразила, о чем он говорит. Слишком много и быстро все происходило, я не успевала ухватить все детали. Мы же должны дождаться Кайса? И что значит, "потеплее"? Мы же не собираемся... И тут же замерла. Или собираемся?! Я думала, ботов можно отправить и из купола, но, возможно, Кайс решил подстраховаться и отправить их, выбравшись наружу? У него есть доступ? Должен быть, он же принц! Какие запреты для него, в принципе, могут существовать?

Лихорадочно разыскивая что-то не только теплое, но и удобное, я пыталась представить, а что же там снаружи сейчас. Уже почти утро. Я увижу снег и, возможно, солнце?

Конечно, я уже видела все это, но сейчас все же по-другому. Я так разволновалась, что едва ли не силком остановилась и заставила себя дышать ровно и не думать о том, что, возможно, еще и не случится. Может так получиться, что я неправильно все поняла. Эмма сейчас самое важное, а любование видами можно оставить и на потом. Теперь, кажется, такая возможность появилась для всех жителей куполов.

Кит постучал, напоминая о себе, и я забегала по комнате, на ходу одеваясь.

Мастер тоже был за дверью, чуть в стороне, не задавая вопросов, наблюдал за тем, как мы уходим. До ауто пришлось бежать под каплями уже сильно поредевшего, но еще не прекратившегося дождя. Прежде чем мы смогли подняться, неожиданно включился автомат и проговорил нам целую речь о безопасности и настоятельно рекомендовал не пользоваться ауто без крайней необходимости.

— Что за спешка? — когда мы, наконец, поднялись в воздух, спросила я.

— Твой Мастер, кто он?

Я даже не нашлась, что сказать сразу.

— Он мой учитель, наставник.

Два слова, почти ничего, по сути, не выражающих, но найти что-то, имеющее больше смысла, я была просто не готова. Это был неожиданный вопрос, и его подтекст мне совсем не понравился.

— Мне кажется, что он думает, что он что-то большее.

Я в изумлении уставилась на него:

— Кит? Ты...

Сказать слово "ревнуешь" вслух я не смогла. Это так нелепо и не к месту прозвучало бы, что я просто не могла такого произнести. Физически.

— В любом случае, не стоит, по-моему, его в это втягивать.

— Почему?

— Скажи, то, что сделала Эмма, было распоряжением наших властей? Королевской семьи?

Я хотела ответить, но поняла, что мне, в общем-то, нечего. Я просто не знала! Из тех обрывков, что я видела, того, что сказал Кайс, что можно было понять? Столько провалов в этой истории, что все расползалось, и скорее паутину напоминало, и все мы в ней запутались.

— Я не знаю.

— Мне кажется, то есть именно мне, — еще раз подчеркнул Кит: — что это не так. И то, что мы сейчас пытаемся делать, тоже, если и не противозаконно, то и не совсем одобрено.