Пока разводил огонь, подтянулись остальные парни. Судя по всему, дамочки решили выйти все вместе — так сказать, торжественным строем. Ну и ладно их. Значит, успею нормально угли приготовить, салаты-зелень нарезать.

— Это ты хорошо, что салаты уже готовые не привёз, Петя.

— Н-да? Почему хорошо-то? Я, наоборот, хотел в ресторан заехать и там… — протянул он, — А папаня тоже велел свежих овощей взять. Я вот не понял. Смысл?

— О! Понимает генерал-губернатор! — одобрил я.

— Да ты поясни: почему? Хватит тут морду умную строить! — Пётр подвинулся ближе и стянул зелёный листик салата.

— Так! Для начала: руки загребущие — прочь от стола! А для продолжения: Петя, ты посмотри, я щас сам всё нарежу, оно сок даст, запахи-ароматы поплывут, всё свежее… А если ты из ресторана привёз — так им же минимум пять часов будет! Да растрясётся в дороге. Там не салаты-зелень, а размазня будет. Так что, папаня плохого не посоветует. Слушайся его!

— Вот ты зануда, Коршун!

— Великий князь, а чего Витгенштейн обзывается?

— Иди в жопу со своим Великим князем… — Сокол пребывал в меланхолии после «удачной» охоты и изволил грустить. Развалился на раскладном стульчике и потягивал, судя по цвету, все-таки чай. Ну не коньяк же, в самом деле?

— Ну спасибо на добром слове, чё уж…

— Обращайся. Ты мне вот что скажи: это твои архаровцы додумались на Багратиона ловушки понаставить?

— В смысле — мои? — я от удивления аж нож положил.

— Ну ты же кандидатов на охоту отбирал?

— Ничего не отбирал! — тут же открестился я. — Мне Попов кандидатов предложил, я мельком дела посмотрел… И кстати! Почему не ты, Сокол? По статусу тебе положено отбирать кандидатов, а не бедному мне. Валят всё на Илюшеньку, так ещё и претензии предъявляют! Ты смотри!

— У меня с охраной отношения не сложились. И тебе бы такие претензии… Он на охоте вспотел! А я в грязевой ловушке, твоими умниками на Багратиона поставленной, минут пять барахтался, пока вылез!

— Ого! Сочувствую. Но претензии все к Попову, — решительно перевёл стрелки я.

Теперь ясно, почему Ваня был такой «чистый». Ну и, опять же, причина настроения его становилась понятна.

— Так, в негу не впадаем! Пока дам ждём — давай, Пётр, присоединяйся, мясо на шампуры насаживай. Чтоб к приходу Серго всё готово было.

— Где есть будем?

— А щас этот столик к бассейну утащим, всё красиво разложим…

— Да-а…

Девушек и Багратиона пришлось ждать ещё час. Но видели бы вы их появление! Вот как из необходимо-доступного минимума одежды и всяких этих женских сумочек, зонтиков и прочей мишуры можно создать такой эффект? Клеопатры, въезжающие в Рим!

Очевидно, не на меня одного сие победное появление произвело оглушающее впечатление. Судя по отвисшим челюстям Сокола и Витгенштейна, девочки добились своего. И что было особенно приятно, Серафима на фоне княжон вовсе не смотрелась гадким утёнком. Поднабралась светского лоска, девчонки её по всяческим этим, сало-онам поводили. И вот — смотри: казачка, а выглядит совсем не хуже… а по мне так и красивше. Хотя, ежели в таком купальнике да в Иркутске где-нить покупаться… Боюсь, минут через пять пришлось б комментаторам рожи бить. Как у нас иногда казачки́ржут — «дикари-с, не поймут». Оно, конечно, потихоньку новые моды и у нас проникают. Но пока ещё слабо.

— Та-ак! — Сонечка деловито обозрела стол. — А почему мясо не готово? — я ж говорю, королевишны, блин!

— Вас ждали, чтоб горячее, с пылу с жару… Вот сейчас нам Серго и приготовит! — отмазался Витгенштейн.

— Ну, тогда кто как, а я — купаться! — заявила Маша и павой проплыла мимо нас к бассейну. Округленькая уже такая…

— Нас подожди! — Дашка и Соня тоже, плавно покачивая бедрами, прошествовали мимо. Одна Сима бросила на меня вопросительный взгляд, на что я улыбнулся и мотнул головой: иди, мол. А моя-то, сзади глянуть — считай, лучшее всех будет, а!

Девчонки явно не желали оставаться у стола, наивно подозревая, что их могут припрячь к готовке. Ну, а что? Княжна ты или нет, а бутерброды-то в полевых условиях намазать уметь должна. Хотя какие это полевые условия? Дом, баня, бассейн… Охота, тоже мне!

— Я сейчас окунусь — и за мясо, ладно? — Серго, завершавший кавалькаду, сгрузил с себя звякнувшие складные зонтики и вприпрыжку побежал за девушками к бассейну.

— Ну вот, всегда так. Чуть что — мы крайние. Мне, что ли, всё это готовить? — пробурчал Витгенштейн, патетически обводя руками разложенные на столе продукты.

— Петя, не ной! Чего тут готовить-то? Мясом Багратион займется, а тут нареза…

Я не успел договорить как от бассейна вначале донёсся вопль Симы:

— Стой! Нельзя! Маша, наза-а-ад! Там яд!

А потом раздался дикий рык и женские вопли.

Я осознал себя уже у бассейна, причём в обеих руках по ножу, рядом, тяжело дышал Иван с топором в одной руке и малым огнем в другой…

На бортике водоёма лежала Маша, поддерживаемая полуобратившимся Серго. Вокруг них сгрудились девчонки. Я нашёл взглядом Симу:

— Что, любимая?

— В бассейне яд! Сильный! Серго поймал Машу, она ногой задела…

— ТРЕВОГА! АХТУНГ!!!

Вот кто сомнениями вообще не страдал, так это Хаген. Он ТАК орал, что через мгновение появившийся Попов аж отшатнулся в сторону.

— Прекрати уже! — я дернул его за руку.

Через несколько секунд вокруг княжон сомкнулось кольцо телохранов. И откуда они все взялись? Только что никого не видел, не слышал.

— Антонов, пробу!

— Есть!

— Марию в дом, осмотр, доклад! — распоряжался полковник.

— Она отравлена, положение кри…

Дожидаться окончания фразы Попов не стал и рванул с шеи какой-то, видимо, артефакт. Стеклянная снежинка треснула в его руке, и рядом возникла знакомая линза. Я непроизвольно постарался закрыть собой Симу.

— Доклад! — коротко рявкнул Император.

— Отравление контактным ядом. Яд неизвестен.

— Сейчас…

Император повёл рукой, и из ещё одной линзы портала буквально выпала Императрица. Обвела взглядом всю картину и метнулась к Маше, которая полулежала на коленях у Сокола.

— Мне нужно…

— Сейчас всё будет, — перебил супругу владыка.

А потом начался просто лютый крындец. Император за несколько мгновений показал, что не зря он считался одним из самых сильных магов мира. В считанные секунды баня и часть построек перестали существовать. Совсем. На ровной, как стол, площадке появился огромный шатёр, в которую тут же унесли Марию и Серго. Багратион, оказалось, тоже зацепил отравленную воду ногой. Потом из порталов стали выпадать разные люди. И, видимо, такой способ «транспортировки» был для них привычен, поскольку никто не задал ни одного вопроса. А все как один сразу бежали в шатёр. Я так понял, это был экспресс госпиталь…

— Правильно думаешь, — напряженно улыбнулся император.

Блин, я опять вслух всё говорю…

Последней из портала выпала Есения Боброва. Я, может, и не обратил бы на неё внимания, но она появилась в смешной розовой пижаме в мишках. Видимо, спала? Но к чести Есении, она тоже, не задавая лишних вопросов, бросилась в шатёр.

НЕ ЗАБАЛУЕШЬ

— Господа, это становится утомительным. — Император потёр двумя пальцами переносицу. — Ваше уникальное умение находить себе неприятности буквально на ровном месте вызывало бы только восхищение. Если бы последствия не приходилось разгребать другим.

Он повернулся к Попову:

— Как можно было пропустить полный бассейн отравы? — император слегка наклонил голову. И этот спокойный жест пугал до ужаса…

— Ваше императорское Величество, — неожиданно вышла из-за меня Серафима. — Когда мы приехали, вода была чистой! — и осеклась.

— Хм, продолжай девочка, продолжай, — мягко подбодрил её император.

— Девочки… извините — княжны!.. мне маленькую экскурсию сделали, провели тут везде. И бассейн показали. Тогда вода была чистой.

— А как ты определила?

— Я, — Сима запнулась, — я вижу яды. Вода чистой была!