За трапезой продолжали обсуждение каких-то возможных поворотов, Дарья давала девчонкам дельные советы, под конец побежала к себе и притащила целую связку ожерелий-накопителей, которые они дружно тут же начали рассматривать и делить между Соней и Машей. Серафима и Есения тоже принимали в этом живое участие.

Слегка отдавало базаром, впрочем — пусть.

— Слушай, Иван, — начал Джедеф, — и ты, Пётр, как вы не боитесь отправлять жён на сражение?

Петя с Соколом переглянулись, синхронно пожав плечами.

— А мы разве несём ответственность за погибших на площадке поединка? — живо уточнил Витгенштейн.

— Нет. Убивать не обязательно, но если кто-то погиб — на то воля богов.

— Ну и всё! — Иван цапнул с блюда ещё одну медовую лепёшку. — Буду я ещё за неизвестных мне крокодилов переживать! Сами напали — сами пусть отбиваются.

— Кстати, касательно правил, — спросил Серго, сочтя вопрос исчерпанным, — если противник сдался — он выходит с поля или как? Хотелось бы точно знать, что он нам же в спину не шарахнет.

— Да, должен выйти с каменного поля, — немного отрешённо ответил Джедеф.

— И потом мы можем помочь кому-то из наших, правильно? — Иван сыто пошлёпал себя по пузу. — Джедеф! Ты чего, братец, замёрз?

— А?.. Я немного задумался.

— Кому-то другому из наших помогать можно, говорю?

— А-а! Можно-можно. Таких запретов нет.

— Ну и чудненько. Ты, главное, продержись. Впрочем, у вас с Соней на двоих щиты мощные должны получиться. И без этих ваших шовинистских настроений. Девчонки у нас с таким потенциалом — у-у-у! Все во второй сотке рейтинга крепко места держат. Им боёвку сама Белая Вьюга ставила. Слышал такое имя?

— Такое слышал, — Джедеф немного иначе посмотрел на навешивающих на себя бусы и смеющихся морозниц. В его глазах готовность помереть геройски постепенно менялась на установку геройски выжить.

Спустя короткое время пришёл слуга с напоминанием, что через полчаса прибудут колесницы. За нами, значицца. Пошли мы по комнатам в порядок себя приводить. Сегодня я лично без дураков собирался в парадном мундире выйти. Потому что — что? Правильно. Договорённость об особом виде была только на свадьбу. А сегодня у нас?.. Поединок. Как хочу, так и наряжаюсь.

Серафима увидела меня — возмутилась:

— А ты почему мне заранее не сказал⁈ Ты, значит, будешь в нормальном, а я — в сетках?

— Так и ты переоденься.

— А время? Ладно — платье? А причёска?

— А ты паричок египетский используй. Если что, скажем, что компромисс.

— Ух, Илюшка! — супруга исчезла в своей комнате и захлопала там шкафами.

Я счёл за лучшее по-армейски быстро переодеться и выйти в коридор. Чтобы не раздувать, так скажем.

А в коридоре Витгенштейн прохаживается! Тоже, как я, при параде.

— О! Вот ты-то, Петечка, мне и нужен.

— Чего это? — с подозрением сощурился тот.

— А тряхнуть тебя хочу на предмет информации. Что за «Москва» и «Вещий Олег» такие.

Петя почесал нос.

— Ну… с «Москвой, я думаю, ты всё же потерпишь, пока мы хотя бы на борт 'Святослава Игоревича» погрузимся, — он выразительно пошевелил бровями.

Ага. Ясен пень — прослушки боится.

— А «Олег»?

— А «Вещий Олег» — модель новая. На нём некоторые Бидарские разработки обкатаны, усилители контура рубиновые стоят. Ну и ещё кое-что. Типологически близок «Алёше Поповичу», но класс определён средний. С прочими подробностями…

— Понял, всё потом.

Домой полетим — уж я его растрясу. Должны же были ещё какие-то мощные преимущества иметься, иначе бы Сокол ни за что не согласился сменить старую от и до известную машину на новую, практически необкатанную. Да ещё и двигается этот «Вещий Олег по-другому. Если он в типе 'Алёши» — значит, антропоморфный. Силуэт, опять же, сразу больше — это ж вражинам легче?

Одни вопросы…

В коридор одна за другой начали выплывать наши дамы. Серафима, смотрю, от паричка отказалась, только обруч золотой поверх своих кудряшек пристроила. Да и другие дамы тоже по привычной моде нарядились. Дарья даже на причёску сподобилась, а Мария — наоборот, простой косой в узел скрученной решила обойтись, дескать, в бою иначе неудобно. Они с Соней вообще в простой полевой форме были. И где только взяли? Или всё время с собой возят, для особенных случаев?

— Колесницы поданы! — объявил вошедший слуга.

— А Сокол и остальные где? — удивился я.

— Так на крыльце стоят, пошли оглядеться, — Петя приободрился, оглядел наш цветник: — Дамы — вперёд!

Однако на крыльце ни Сокола, ни Серго не было.

— Они будут своевременно! — заверил нас неизменно-бодрый Дашков. — Или немножечко позже.

— Грузимся! — махнул нам Джедеф, наряженный, как и вчера, по-египетски, но попроще, без килограммов золота. — Мы не можем себе позволить опоздать.

ВСЕ ЛИ ГОТОВЫ?

За ночь вокруг каменной площадки сколотили огромные трибуны — получилось нечто вроде стадиона. Шустро, однако! Как тут не поверить в то, что пирамиды возвели голыми руками. И все, все трибуны были битком забиты болельщиками. Судя по флажкам с намалёванным на них богом-крокодилом, понятно, кого они пришли поддержать. Нет, официально-то — всё отлично. Картинка в полном соответствии с именем правящей династии. Если в подробности не вдаваться, ага.

На противоположной стороне поля уже стояли на каменной площадке четыре шагохода и кучка людей у их опор. Как и было обещано, «Скорпиона» Мина мы узнали сразу — таких отливающих синевой пластин брони больше не было ни у кого. Не говоря уже о внешнем магическом контуре, натурально ослепляющим своим сиянием. Это ж сколько в него вкачали?

Наши колесницы начали притормаживать с отведённой нам стороны площадки, и тут земля начала подрагивать — всё сильнее и сильнее!

— А вот и наша лягушоночка в коробчонке скачет! — довольно засмеялась Маша.

«Вещий Олег!» Судя по ощущениям, уже близко.

Из-за угла трибуны выдвинулся шагающий человекообразный корпус. Команда Мина тотчас прекратила зубоскалить и напряжённо на него уставилась. Посмотреть было на что — машина впечатляла обводами. И хоть манонакопители и магические контуры напоказ выставлены не были, «глаза» «Вещего Олега» светились тяжёлым багровым светом, неприятно напоминая ратнаияк в ярости.

Впрочем, осознав, что шагоход у нас только один, противники немного успокоились и даже начали делать в нашу сторону какие-то знаки. Глумились, поди?

— Ну-ну, — сказал Петя, — посмотрим, чем сердце успокоится.

И пошёл занимать своё место в кабине. Я тоже хотел двинуть, но тут:

— Илья Алексеевич, погодите! — из распахнувшегося люка «Вещего Олега» выскочила Айко и побежала ко мне.

— О! — обрадовался я. — А чего ты вот так? — я имел в виду, что явилась она против своего обыкновения в полной видимости.

— А это чтоб никто заранее не напрягался, — хихикнула она.

— Тоже верно. Неожиданность — наш конёк.

— Куда идём?

— А вон, глянь! Прав был старый фараон, Мин центральное место не уступит никому. А направо от него, если с нашей стороны смотреть, два «Скорпиона» потянулись. Значицца, это наши и есть — один твой, другой мой, два весёлых гуся!

— Я бы и против огненной магички не против была встать, — доверительно поделилась Айко, чинно вышагивая рядом со мной. — Давненько у меня не было по-настоящему серьёзных противников. Но князь Дашков аж взбеленился. Огонь против огня, раз на раз и всё такое.

— Подозреваю, что ему тоже скучно.

— Похоже на то, — покивала Айко. — ладно уж. Мой тогда левый.

— Да не вопрос! Обоих только не забирай, обижусь.

Она усмехнулась, слегка кося взглядом на трибуны и чуть морщась от свиста и улюлюканья разошедшейся толпы.

— То вроде смирно сидели, а тут, гляди ты, разорались. Или командует ими кто?

— Может, кинуть на них «немоту»? — лениво поинтересовалась лиса.

— Да ну! — отмахнулся я. — Орут себе, есть не просят — да и ладно.

Она хмыкнула: