Джаспер молча встал рядом с Лайлой.

– Мы знаем, что тебя не было на коктейльной вечеринке, когда София умерла. У нас есть свидетель, который видел, как ты входила через боковые двери.

– Не понимаю, о чем вы. – Хелена, похоже, нисколько не волновалась. Она прошла к небольшому антикварному бюро в углу комнаты.

– Уверен, если полиция внимательно все изучит, то свяжет тебя и со смертью Эмили тоже, – продолжал Джаспер. – А они изучат, после того как мы с ними поговорим.

– Это просто смешно, – спокойно парировала Хелена.

– Что вы делаете? – спросила Лайла.

Хелена выдвинула ящик бюро.

– Кое-что проверяю.

Что она могла проверять в такой момент? Лайла не доверяла Хелене. Эвелин оживленно болтала насчет того, что с самого начала была уверена – Хелена убийца. Лайла наклонила голову посмотреть, что задумала Хелена. Но кушетка перегораживала ей обзор.

Наконец Хелена развернулась. В ее ухоженных руках был маленький черный пистолет. Лайла окаменела.

– Он настоящий? С виду какой-то несолидный, – сказала Эвелин, но ее глаза непроизвольно расширились.

– Хелена, положи оружие, – велел Джаспер.

– Пожалуйста. Не надо, – прохрипела Лайла. Единственное, о чем она могла думать, – как Беа узнает о ее смерти. Лайла же пообещала не бросать дочь! – Мы никому не скажем.

Лицо Хелены превратилось в застывшую маску. Она обошла кушетку сбоку, жестом указывая Лайле и Джасперу сесть рядом с Эвелин.

– Я должна защитить себя. Вы угрожаете мне в моем собственном доме.

– Ты можешь всех нас убить. В клубе это, конечно, вызовет неодобрение, – промолвила Эвелин. Голос у нее был ровным, но Лайла заметила, как скрюченные пальцы Эвелин впились в подушку кушетки.

Лайла опустилась на сиденье рядом с Эвелин, обхватив ту за плечи. Джаспер присел с другой стороны.

– Я что-нибудь придумаю, – начала Хелена, уговаривая сама себя. – Все свалю на Лайлу. Она вломилась ко мне в квартиру, застрелила Эвелин и Джаспера, а потом покончила с собой. Полиция и так считает, что она убила Эмили.

– Что происходит? – спросила Элис, входя в гостиную из коридора. Она встала на краю великолепного персидского ковра, глядя прямо на Хелену. Ее лицо побледнело.

– Дорогая, тебя не должно здесь быть. Сейчас же уйди и дай мне разобраться с этим, – ответила Хелена. – Эти люди опасны. Они нам угрожают.

– Но пистолет у тебя, – напомнила Эвелин.

Хелена не сводила глаз с Элис. Для нее в комнате больше никого не было. Лайла внезапно поняла, что Элис – ключ к спасению. Хелена никогда не убьет их на глазах у дочери. Больше всего на свете она заботится о ней.

Элис, напуганная, отступила в коридор.

Лайла заговорила:

– Хелена замешана в смерти твоей сестры. Ее выдали ботинки: когда Софию нашли, на ней были лодочки «Шанель», а не привычные «Мартенсы». – Она развернулась к Хелене: – Вы сняли ботинки с трупа Софии. Вы были там, когда она умерла.

– Не была! – воскликнула Хелена. – Ботинки ничего не доказывают. Куча девушек носит лодочки «Шанель». Возможно, вы не одна из них, но София любила хорошую обувь.

Элис перестала пятиться:

– Нет. Неправда. София терпеть не могла каблуки. Носила только свои ботинки. Ты вечно кричала, мол, она могла бы обуваться и получше. Я прекрасно помню.

– Элис, сейчас же замолчи! – закричала Хелена.

Все замерли. В комнате повисла тишина. Элис уставилась на Хелену.

– Мама, что ты натворила? – прошептала Элис наконец.

Их лица были удивительно похожи: два бледных овала, зеркала друг друга. У обеих в глазах цвета янтаря стояли слезы. Рука Хелены с пистолетом дрогнула.

Лайла тихо заговорила:

– Она заслуживает узнать.

Хелена выпрямила руку, наставив пистолет на Лайлу. Сердце Лайлы заколотилось, ноги задрожали.

– Что случилось с Софией? – спросила Элис, делая шаг к Хелене.

– Я никогда не причинила бы вреда твоей сестре. Клянусь, – сказала Хелена.

– Я тебе верю. Но кто-то убил Софию двадцать один год назад, и я думаю, ты знаешь кто, – ответила Элис.

– Не продолжай! – взмолилась Хелена. Пистолет заходил ходуном, но она все еще крепко держала его в руке.

– Я должна узнать правду. Я хочу двигаться дальше. Я пыталась, но я не могу, – сказала Элис.

Хелена пошатнулась. Она посмотрела на Элис, и ее лицо помрачнело – похоже, она приняла решение.

– Ты была еще маленькая, когда София умерла. Все, что ты видела, – забавная, красивая, очаровательная старшая сестра, которая баловала тебя. Да, она была и такой, но не была совершенством. Иногда София принимала ужасные импульсивные решения. В шестнадцать лет она влипла в крупные неприятности. После этого все изменилось. Она стала проблемной, вечно задерживалась где-то допоздна и прогуливала уроки. Мы нашли доказательства, что она принимала запрещенные вещества, и все знали, что София много пьет. Она была отчужденной, холодной. Я надеялась, это просто такой период.

– Я не помню, чтобы София попадала в серьезные неприятности, – протянула Элис, сбитая с толку.

– Ты и не знала. Никто не знал, – ответила Хелена.

– А что произошло? – громко спросила Эвелин, не удержавшись.

Лайла ткнула ее локтем, призывая молчать: Хелена все еще держала пистолет. Нельзя было злить ее или привлекать ее внимание.

– Пожалуйста, – попросила Элис. – Я хочу знать всю историю.

Хелена сглотнула.

– София случайно… она случайно убила Мелани Ливингстон.

Лайла шумно вдохнула. Поглядела на Эвелин с Джаспером – у них на лицах читался такой же шок. Она вспомнила, как Конрад рассказывал ей, что скалы огородили после несчастного случая, а Тедди упоминал о гибели Мелани.

– Это правда была случайность, – быстро произнесла Хелена. – В этом я ей поверила. Вроде бы на скалах за «Примроузом» подростки устроили вечеринку и сильно напились. Мелани собралась уходить, и София последовала за ней. Они поругались – похоже, Мелани распускала какие-то слухи о Сюзанне. Мелани первая толкнула Софию, а та толкнула ее в ответ. Было темно, обе были пьяны и стояли слишком близко к обрыву. Мелани потеряла равновесие и упала.

– Я помню Мелани. Ее бабушка с дедом устроили роскошный погребальный прием со шведским столом. Мне тогда показалось, это немного чересчур, если хотите знать мое мнение, – прошептала Эвелин.

– После падения Мелани София сразу прибежала домой. Она не стала звать на помощь – была в шоке. Я не могла допустить, чтобы несчастный случай разрушил ее жизнь. У меня и мысли не было обратиться в полицию. Мы не могли допустить расследования убийства. Если бы она села в тюрьму, ее жизнь была бы кончена. Даже если бы ее не приговорили, репутация пострадала бы безвозвратно. Я заставила ее пообещать никому не рассказывать о случившемся. Это должно было остаться в секрете. Мне казалось, София с этим справится. Я думала, что спасаю ее жизнь. – Хелена замолчала, на секунду погрузившись в собственные мысли. – Я не знала, что с ней сделает чувство вины.

– Вот почему она хотела обратиться к психиатру, – тихонько сказала Лайла, сложив два и два.

– Я не могла позволить ей пойти к психиатру, чтобы эта история не выплыла. Сказала, что она должна обо всем забыть и двигаться дальше, – ответила Хелена.

– Мама! – в ужасе воскликнула Элис.

От осуждения дочери Хелена совсем сникла.

– Знаю. Я совершила ошибку. Мне надо было помочь Софии справиться с угрызениями совести, а не делать вид, что Мелани осталась в прошлом. Я была уверена, что со временем София придет в себя, но ее поведение становилось все более деструктивным. Она убедила себя, что Бог наказывает ее. – Хелена прикрыла глаза. По щекам текли слезы. – За пару дней до смерти София попала в неприятности с поддельными чеками. Конрад об этом узнал.

– Я понятия не имела, – прошептала Элис растерянно.

– В ночь коктейльной вечеринки Конрад договорился встретиться с Софией и все обсудить. Я была ужасно взвинчена – не знала, как справляться с ней. Подумала, может, ему удастся ее утихомирить. Но она пришла к нему уже обдолбанная. Плакала, умоляла дать ей денег, чтобы расплатиться с дилером.