В последнее время он делал это все реже. Но иногда воображаемый голос жены во время их домашних разговоров не мог заменить настоящий. Даже если слова всегда были одни и те же.

Он улыбнулся, слушая гудки, зная, что сейчас Фред и Джинджер навострят уши, услышав мелодию из сериала “Строго конфиденциально”. Он представил телефон в блестящем красном чехле, заряжающийся на столике у двери, где он всегда его оставлял, когда не листал его поздно ночью в поисках ответов, которые все никак не находил.

Телефон, который Алекс оставила в гримерке “Мажестик”. Телефон, на который той ночью позвонил ее убийца, заманив ее к ее гибели.

“Это Алекс, и я сейчас не могу говорить, потому что я где-то борюсь с преступностью или наношу серьезный ущерб бутылке красного. Так или иначе – гудок, сообщение, ну вы в курсе…”

Повесив трубку, Миллер выждал минуту, затем сделал второй звонок, желая узнать, как там Финн. Мэри сказала ему, что она ушла сразу после завтрака.

– Мы не смогли ее остановить, – сказала Мэри. – Она даже не позволила мне обработать синяки. Она такая упрямая, Деклан.

Миллеру не нужно было об этом напоминать. Он снова поблагодарил ее и поплелся вниз, где через два пролета у подножия лестницы его уже ждала Сю. По ней было видно, что она точно знала, где он был.

– Ты в порядке?

А еще она точно видела, что он плакал.

– Аллергия, – сказал он.

– Это на что же?

– С чего бы начать? На то, что моя жена мертва. На то, что люди, которым поручено найти ее убийцу, бесполезнее служебно-розыскной собаки с заложенным носом. А еще на несколько видов мягких фруктов, но, если только у тебя в кармане нет крыжовника, дело вряд ли в них.

– Ясно…

– Итак, – Миллер потер руки, – есть какой-нибудь реальный прогресс? – Он подождал. – Хоть какой-нибудь? То, что инспектор Салливан смехотворно называет медийным насыщением, дало что-нибудь полезное?

– Ну, там одна женщина хочет тебя видеть на ресепшене.

– О, неужто Анника Райс?

– Я не спрашивала, – сказала Сю. – Она хочет что-то показать тебе на своем телефоне.

– Надеюсь, какое-нибудь смешное видео с собакой, – сказал Миллер. – Или подборку смешных падений.

Сю уже собиралась задать очевидный вопрос, когда зазвонил ее телефон, и она отошла ответить.

– Потому что мне не помешало бы настроение поднять..

Женщине, терпеливо сидевшей напротив стойки регистрации, было, как он прикинул, где-то в районе тридцати пяти, хотя могло быть и лет на десять побольше. Миллер обычно мог определить, когда подозреваемый лжет, и гордился тем, что чаще всего замечал ту единственную деталь, которая выбивалась на месте преступления, но в определении возраста людей он разбирался примерно так же хорошо, как в квантовой физике или фокусах.

– Мне сказали, вы хотите мне что-то показать, – сказал он.

– Именно так. – Женщина встала и протянула руку, которую Миллер послушно пожал. – Надеюсь, это пригодится… я просто увидела сюжет на “Нашем Ланкашире” – ну, знаете, после национальных новостей, – и там показали фотографию человека, которого вы ищете. – Она поморщилась. – Такого не больно-то захочешь знакомить с родителями, верно?

– Совершенно, – сказал Миллер. Если только не хочешь от них избавиться…

– И я знаю, что в основном речь там шла о каком-то жутком убийстве… ну, “разыскивается по подозрению в” – так ведущий сказал, но там еще упоминался инцидент на железнодорожной станции, и тут меня осенило.

– Что осенило?

– Так я же была там. Несколько дней назад, как раз когда была вся эта суматоха.

– Вы были на станции?

– Я встречала сестру из Хебден-Бриджа. Я просто слонялась там, потому что поезд задерживался, как обычно, и когда все началось, я сняла все на видео. Так ведь сейчас принято, да? Эти парни бежали как угорелые, вот я и направила телефон, как обычно… и я хорошо видела, как один из них перепрыгнул через заграждение возле туалетов и огрел этого бедолагу портфелем по голове. Прямо как следует так приложил.

Миллер подошел ближе.

– Можно посмотреть?

Женщина нажала кнопку и подняла телефон так, чтобы Миллеру было хорошо видно. Поначалу съемка была немного хаотичной и размытой. Он услышал крики и увидел, как в кадре промчался Бэгнолл, но потом фокус переместился на второго парня. Миллер наклонился, чтобы получше рассмотреть, как парень бежит к барьеру и перепрыгивает через него, а портфель со смачным стуком врезается в голову человека, в котором он признал Уэйна Катлера. К сожалению, крупного плана раненого Катлера, которым можно было бы насладиться, не было, зато был отличный четкий крупный план друга Эндрю Бэгнолла.

Миллер поставил видео на паузу и уставился на молодого человека, которого искали и он, и Дрейпер, и, вероятно, Катлер.

И понял свою ошибку.

– Это поможет? – спросила женщина.

– О да, – сказал Миллер. – Я идиот, конечно… но вы оказали невероятную помощь.

– Да ну что вы – это мой гражданский долг.

Миллер достал телефон и начал искать номер.

– Большое вам спасибо… и вашей сестре тоже.

– Мне оставить свое имя дежурному, да?

Пока женщина шла к дежурному сержанту, Миллер уже разговаривал с Натали Бэгнолл. Он извинился за беспокойство и за то, что звонит без особых новостей. Затем спросил, не под рукой ли у нее та школьная фотография. Она ответила, что сейчас достанет.

Миллер ждал, наблюдая, как женщина оставляет свои данные дежурному сержанту. Он старался не слишком радоваться заранее, понимая, что впереди еще одно серьезное препятствие.

– Нашла, – сказала Натали.

– Так, вопрос на миллион, – сказал Миллер. – Фотография цветная?

– Да, но какая…

– Там есть рыжий парень?

– Что?

– Ну, в каждом классе обычно есть рыжий, верно? В моем точно был, так можно надеяться. – Миллер стал выжидать.

– Да, есть. С такой дурацкой ухмылкой на лице.

– Как его зовут, Натали?

Через полминуты после того, как Миллер повесил трубку, в приемную влетела Сю.

– Есть имя друга Бэгнолла. – Она размахивала телефоном. – Джеймс Холлоуэй – его брат перезвонил ему и…

– Кит Слэк, – сказал Миллер. – Вот как зовут парня, которого мы искали. Да, я знаю, ты хочешь пасть ниц и воздать мне почести, но в этом нет необходимости. Я бы догадался намного быстрее, если бы не делал поспешных выводов.

Сю просто уставилась на него.

– Я думал, что Энди Бэгнолл едва не назвал имя, когда пришел ко мне домой той ночью с портфелем. Но это было прозвище, понимаешь?

– Не совсем.

– Я должен был это учесть. Помнишь, что я говорил тебе о прозвищах? Я ведь говорил, что они важны.

– Ты выразился несколько иначе, но…

– Так вот “Джи…” – это не сокращение от Джимми. Это сокращение от Джинджер – Рыжий! – Он покачал головой. – Ошибка понятная, но как же я все равно на себя зол…

– Это неважно, Миллер…

– Теперь нам нужен только адрес…

– Миллер, есть адрес.

– А… Ну тогда ладно. – Миллер пристально посмотрел на нее. – Отличная работа, Подливка.

– Это было несложно.

– Что ж, в таком случае – к бэтмобилю!

Они направились к выходу. По пути Сю поймала взгляд женщины и улыбнулась слегка смущенно.

– Имеется в виду “хонда сивик”, – пояснила она на ходу.

Кита Слэка уже дважды вырвало после звонка того человека, и казалось, что в любой момент может вырвать и в третий раз.

Не то чтобы он не испытывал страха прежде. На самом деле пугался он довольно часто. Ему было страшно, когда он спер портфель, и это было еще до того, как он узнал, что в нем. Он даже немного боялся, когда пырял того пацана циркулем в задницу, – если подумать, он вообще боялся почти всю свою учебу в школе. Да и после того, как ушел оттуда, если уж на то пошло, даже когда строил из себя крутого.

Вопрос был только в том, насколько хорошо он свой страх скрывал.