– Волосы?

– Волосы нужны для анализа на наркотики, а также некоторые токсины, которые остаются в волосах месяцами после того, как ушли из крови.

– Когда, по вашему мнению, Кирстен получила эти порезы?

Жанна открыла папку.

– Врач сказала, что травмам от пяти до семи дней от того времени, когда девушка поступила к нам в пятницу.

Таким образом, скорее всего это произошло в ту ночь, когда была убита Джессика.

Шон повернулся к отцу Фриско.

– В вашей церкви есть камеры?

Священник покачал головой.

– Как вы считаете, почему ее принесли в вашу церковь, а не в какую-либо другую? – спросил Шон.

– Вы намекаете, что это мог сделать кто-то из моих прихожан? Я тоже думал об этом. Почему бы сразу не отнести девушку в госпиталь?

– Полагаю, потому что кто бы ни принес ее в церковь, он не хотел, чтобы его видели с ней, – заключил Шон.

Кто-то, кому было что терять. К тому же этот человек явно беспокоился о Кирстен, так как оставил ее внутри церкви, где ее смогли бы найти. Этот человек либо жил поблизости, либо был католиком.

– Как она была одета? – спросил Шон. – Могу я увидеть ее вещи?

– Она была одета в теплую новую одежду и закутана в одеяло, – ответил священник. – На блузке была этикетка. Сначала я подумал, что девушка могла украсть ее, но затем увидел гарантийную наклейку, которую используют в некоторых магазинах.

Эта наклейка могла сказать Шону, кто купил блузку и когда она была куплена.

– Мне нужно осмотреть ее одежду, одеяло и все остальное, что было на ней, – заявил он.

– Я принесу их, – сказала Жанна и ушла.

– Тот, кто ее оставил, – задумчиво проговорил священник, – явно не хотел, чтобы девушка умерла.

– Я думаю, тот, кто сделал это, хотел помочь ей. Затем ее состояние ухудшилось, и он запаниковал.

– Кто бы это мог быть?

У Шона была одна идея на этот счет, но ему нужно было узнать кое-что еще, прежде чем звонить агенту Мадо.

Для начала он решил добраться до Эвелин.

– Простите, святой отец, но мне нужно позвонить матери девушки и сказать, что мы нашли Кирстен.

Люси готовила агента Мадо и детектива Панетту к допросу Денниса Барнетта. Сначала она убедила Сюзанну, что следует проводить допрос в Главном управлении полиции. Кинкейд считала, что оживленная атмосфера и присутствие людей в униформе и при оружии окажет воздействие на Денниса и его будет легче склонить к подчинению.

Люси предупредила, что не следует запугивать Денниса каким-либо образом – учитывая его умственное состояние, компетентный адвокат убедил бы суд, что любые признания, которые мог сделать подозреваемый, недействительны.

– Его коэффициент интелекта недостаточно низок, чтобы признать его слабоумным, и даже если б он был таковым, прокурор не отменил бы обвинения. Уже были подобные прецеденты, – сказал Панетта.

– Его коэффициент интеллекта достаточно низок, чтобы адвокат мог утверждать, что любые признания были сделаны из-за страха и что Деннис просто говорил то, что вы хотели услышать, – возразила Люси.

– Сколько допросов вы провели, мисс Кинкейд? – спросил детектив.

Люси не ответила. Панетта прав, она не была полицейским. У нее совершенно не имелось опыта в такого рода делах. Что она вообще думала, когда согласилась присутствовать на допросе в качестве психолога? У нее не было ничего, кроме степени магистра в криминальной психологии.

– Мы не будем его запугивать, – сказала Сюзанна, – но я хочу услышать от него признание.

– Деннис привык угождать. Вам придется убедить его, что для того, чтобы вы остались им довольны, он должен говорить только правду.

– Почему вы так думаете? – спросила Сюзанна.

– Я читала ваш доклад о разговоре с Деннисом в квартире его брата. Он хочет быть хорошим и делать то, что от него ожидают. К тому же я считаю, что из-за его связи с братьями Деннису будет легче, если допрос будет вести детектив Панетта.

Люси бросила взгляд на Вика, тот недоверчиво покосился на нее. Она продолжила:

– Всю свою жизнь Деннис с почтением смотрел на своих старших братьев. Он пытается подражать им и повторяет всё, что они говорят. Вы могли заметить это во время разговора с ним. По его словам ясно, что Си Джей не одобряет образ жизни Уэйда, но сам Деннис не согласен с ним. Он считает Уэйда своим наставником и защитником. Уэйд хочет, чтобы Деннис был нормальным. Он водит его на вечеринки и прочие мероприятия. Он злится из-за того, что Деннис такой медлительный и неуклюжий. Деннис готов на что угодно, чтобы угодить Уэйду. А тот скажет что угодно, чтобы защитить Денниса. Если Уэйд невиновен, но считает, что его младший брат совершил эти убийства, он скажет, что сам совершил их.

– Если он невиновен? – покачал головой Панетта. – Так бывает только в фильмах. У меня люди постоянно признаются в чем угодно только потому, что им не хватает внимания. Но я никогда не слышал, чтобы кто-то сознавался в том, чего не совершал, если только его не запугивали.

– Уэйд боится. Он боится, что если Деннис сядет в тюрьму за убийства, вина сожрет его. Он будет винить себя за то, что не смог вовремя предотвратить это.

– Или же они оба окажутся за решеткой, если делали это вместе, – сказала Сюзанна. – Скорее всего, в ожидании смертной казни.

– Уэйд будет чувствовать себя виноватым за то, что не смог защищать младшего брата, – добавила Люси.

– Деннис всего на пять лет младше его, – возразила Сюзанна.

– Мать возложила воспитание Денниса на плечи старших братьев. Си Джей принял роль отца, а Уэйд стал матерью. Си Джей делает деньги и заботится о благе семьи, Уэйд же развлекает Денниса.

Люси чувствовала себя неловко. Ей было нелегко объяснять свои идеи копам. Она привыкла к тому, что могла сначала обсудить их с Гансом или своим братом Диллоном.

– Я читала отчет, а также всю информацию, которую смогла найти по Барнеттам в Сети, – продолжала Люси. – Мне стало ясно, что после гибели отца именно Си Джей заменил его. Ему на тот момент было четырнадцать лет. Он заставил Уэйда быстро повзрослеть. Именно поэтому Уэйд одновременно ответственен, но в то же время инфантилен. Он занимается восстановлением исторических достопримечательностей, филантропией и общественной деятельностью и в то же время фанатеет от бейсбола и спит с кучей женщин. К тому же он завидует Деннису.

– Почему? – удивилась Сюзанна.

– Потому, что Деннис может оставаться ребенком всегда. Уэйду же пришлось повзрослеть раньше, чем он был готов к этому.

– Так как вы считаете, Деннис виновен? Или, может, они оба виновны? – спросила Сюзанна.

– Если Деннис виновен, он признается. Он расскажет нам, был ли Уэйд замешан в убийствах. Деннис боится проблем. Я не могу сказать точнее, пока не увижу его с матерью. Но тот факт, что при разговоре с вами он не попросил вызвать мать, заставляет меня считать, что у него нет сильной связи с ней. Я считаю, что именно братья вырастили Денниса. У меня есть предположения на этот счет, но я не буду уверена, пока не поговорю с нею или не увижу их вместе.

Дверь приоткрылась, и в комнату просунулась голова Хикса.

– Пришли Барнетт и его адвокат, – сообщил он.

– Проводите их в соседнюю комнату, – сказал Панетта.

Хикс вручил детективу папку.

– Это прислали из лаборатории вчера вечером. В пятницу ФБР интересовалось этим отчетом. – Он бросил взгляд на Сюзанну.

– Я не звонила по поводу отчета из лаборатории, – сказала Мадо.

Люси откашлялась.

– Я звонила. Это результаты анализов порошка из легких первой жертвы. Поскольку они не были прикреплены к отчету о вскрытии, я решила, что их либо забыли прикрепить, либо они потерялись.

– Они сделали анализы вчера, – сказал Хикс и подмигнул. – Полагаю, ваш сексуальный голос заставил их двигаться шустрее.

– Приведите подозреваемого, – приказал Панетта, открыв папку с отчетом. Он перелистал его и передал Люси. – Черный порошок на девяносто восемь процентов состоит из угля и на два процента, по всей видимости, из резины.