Беа прошла дальше, а перед Лайлой вдруг материализовались две женщины и мужчина в твидовой шляпе. Лайла признала в них троицу из холла со своего первого дня в «Примроузе».
– Привет. Я Флоренс Паркер, а вы, очевидно, новенькая. Добро пожаловать в «Примроуз». Вы пришли ровно к воскресному «счастливому часу». Это, кстати, моя идея. Я окончила курсы сомелье.
На Флоренс были брюки-палаццо цвета карамели; Лайла могла поклясться, что они от «Стелла Маккартни». Все во Флоренс – аккуратная стрижка-каре, расправленные плечи, стильные брюки – выдавало человека, привыкшего брать ответственность на себя.
– Мы видели, как вы въезжали на прошлой неделе, и хотели поздороваться, но в тот день старались держаться подальше от Сюзанны, потому что она задела чувства Эдвина, – сообщила вторая женщина, кивком указав на мужчину в шляпе. – Я Мэри Диксон Картер. Мы все с четвертого этажа.
На Мэри Диксон был свитер с весьма правдоподобно вышитой кошачьей мордочкой во всю грудь и шпильки «Баленсиага» с перышками.
Справа от нее как из воздуха возникла Зои.
– Вижу, вы уже познакомились с Лайлой.
Зои протянула Лайле бокал с вином; во второй руке она держала бутылку.
– О, я не могу, – ответила Лайла, возвращая бокал. – Мне надо домой.
Беа с подозрением наблюдала за ними с другого конца холла.
– Вино полезно для здоровья. Так нас учили на курсах сомелье, – высказалась Флоренс.
– Я сейчас правда сильно занята, – сказала Лайла на это.
Зои все-таки вложила бокал ей в руку.
– Хотя бы попробуйте. Пару глоточков. – И подняла бутылку: – Кому-нибудь подлить?
– Мне, пожалуйста, – попросила Мэри Диксон. – Я забыла купить вино, когда ходила за продуктами.
Уголки рта Эдвина опустились вниз.
– А у нас продукты закупала жена. Я недавно развелся.
– Эдвин, необязательно рассказывать об этом при первом знакомстве, – упрекнула его Мэри Диксон. – Выглядит так, будто ты в отчаянии.
– Я в отчаянии, – печально признал Эдвин.
Но не в таком, как я, – подумала Лайла. Она сделала большой глоток вина, торопясь прикончить бокал и сбежать как можно скорее.
Зои кивнула на бутылку:
– Что вы об этом думаете?
Эдвин вздохнул:
– Я думаю, развод – тяжелая вещь, особенно когда тебе шестьдесят шесть и ты против «виагры», что сильно ограничивает выбор кандидатур для свидания.
– Думается, ты из-за этого и развелся, – вставила Мэри Диксон.
– Это уж точно не помогло, – согласилась Флоренс.
Лайла обвела их глазами, даже не зная, что ответить. И, вероятно, поэтому не заметила, как Беа подкралась со спины и дернула ее за руку:
– Мам, что такое «виагра»?
Зои хлопнула в ладоши.
– Ну ладно! Флоренс, Мэри Диксон, Эдвин, я заметила, что Брок снова застрял у соленых орешков. Вы не проследите, чтобы он их все не съел, как на прошлой неделе? Только в этот раз, пожалуйста, без рукоприкладства.
Флоренс немедленно приступила к действиям: подхватила Мэри Диксон под руку и увлекла к столу. Эдвин со своей тростью поковылял за ними.
– Вы уж простите. Винные вечеринки тут проходят довольно бурно. – Зои понизила тон и заговорщицки договорила: – Они требуют, чтобы вино им наливали по самый край. Это объясняет частоту стычек.
Беа вмешалась снова:
– Я видела, как мама выпила целую бутылку прямо из горлышка. Это когда у нас был обыск.
Шея у Лайлы вспыхнула. Она искренне не могла разобрать, пытается Беа поставить ее в неловкое положение или просто поддерживает беседу. В любом случае ей захотелось провалиться сквозь землю.
Она заставила себя усмехнуться.
– Беа преувеличивает.
– Но я даже не упомянула вторую бутылку! – запротестовала дочь.
– Беа, почему бы тебе не посидеть на диванчике, пока я тут закончу? Начни новую книжку.
Лайла указала на диван возле стены. Надо было срочно занять Беа чем-нибудь, пока не последовали новые унизительные рассказы.
– Отлично. – Беа посмотрела на Зои. – У меня такое ощущение, что потом у нас с мамой состоится разговор насчет бутылок и вина.
Зои смешливо приподняла брови.
– У меня тоже.
Беа прошла к диванчику, устроилась поудобней, достала из рюкзака библиотечную книгу и погрузилась в чтение.
– Она забавная, – заметила Зои с улыбкой.
– Тут не поспоришь, – кивнула Лайла.
– Как дела в квартире? – поинтересовалась Зои.
– Продвигаются, – ответила Лайла слабым голоском.
Вчера она открыла тумбу письменного стола и обнаружила там груду из как минимум тридцати блокнотов на спирали, исписанных подробными заметками обо всех выходах и возвращениях жильцов «Примроуза». Лайла уже начинала думать, что Глория, помимо страсти к накопительству, страдала от агорафобии. Кажется, она все свободное время проводила в наблюдениях за соседями и коллекционировании разной дребедени, начиная с пробок и заканчивая высохшими ручками.
– Я слышала, квартира сильно захламлена. Вы как, обживаетесь? Мне вы можете рассказать. – Зои сопроводила свои слова ободряющим кивком.
– Честно говоря, там ужасный бардак. Я понятия не имела, во что ввязываюсь, – не подумав, призналась Лайла.
Зои наморщила лоб.
– А кто-нибудь может вам помочь?
– Мы не знаем в Ричмонде ни одной живой души, – вздохнула Лайла, но тут же поправилась, поняв, насколько жалко это звучит: – Но все в порядке. Мы справляемся. Честное слово.
Зои поцокала языком.
– Какая жалость. Бедняжки!
Лайла сжалась, смущенная ее прямотой, мечтая сменить тему. Она заметила Хелену с Элис, стоящих возле рояля, в сторонке от толпы. Крошечная Элис с ног до головы была закутана в кардиган цвета овсянки.
– Как у них дела? – спросила Лайла, кивнув в сторону матери с дочерью.
– Не могу сказать. Хелена живет в «Примроузе», а Элис сейчас у нее гостит, но я редко их вижу. Они обе были очень близки с Конрадом. Муж Хелены умер, когда Элис была еще крошкой, и Конрад заменил ей отца. Но мне кажется, Хелена не в восторге от его идеи с наградой. Я слышала, как Брок ее спрашивал, сообщил ли уже кто-то что-нибудь насчет Софии. Она явно рассердилась и не захотела это обсуждать. Хотя Брок, конечно, изрядно нагрузился вином, и у него заплетался язык… может, она просто пыталась от него отделаться.
Зои ухмыльнулась.
– Я ее не виню, – кивнула Лайла, вспомнив его острые желтые зубы.
Зои снова поцокала языком, потом посерьезнела и заговорила тише:
– Все знают, что Хелена терпеть не может шумихи вокруг Софии. Она волнуется, что это плохо подействует на Элис. Той и так досталось. Она недавно порвала с женихом… и разрыв был тяжелый. Хелене даже пришлось привлечь адвокатов, чтобы получить охранный ордер [85].
Хелена тем временем взяла Элис под локоть и повела к лифту. Одного роста, склоненные головами друг к другу, они двигались абсолютно синхронно. Лайла залюбовалась их родственной гармонией. Потом глянула на Беа и пожелала, чтобы и у них когда-нибудь сложились такие же отношения. На данный момент это казалось маловероятным.
Зои вгляделась в лицо Лайлы, словно принимая решение.
– А давайте-ка вместе поужинаем. Вам нужна передышка.
Лайла отпила вина, выигрывая себе время подумать. Приглашение ей польстило; мало того, она с удивлением поняла, что хочет пойти. Может, причина заключалась в том, что она давным-давно никуда не выбиралась, а может, Зои просто проявила к ней искреннюю доброту. Она потянулась за телефоном, чтобы позвонить няне, которую обычно приглашала посидеть с Беа, но вдруг сообразила, что в Ричмонде никакой няни у нее нет.
– Я не могу. У меня Беа, – сказала Лайла.
– Моя сестра учится в колледже совсем рядом. Уверена, она не откажется присмотреть за девочкой. – Зои кивнула, словно они обо всем договорились. – В рабочее время я не пользуюсь мобильным, но дам вам мой номер.
Лайла все еще колебалась.
– Или могу написать в директ в «Инстаграме» [86], – предложила Зои. – У вас же есть аккаунт, да?
