Кас захлопнул дверцу. Он волочил ноги, будто шел на гильотину, а не на школьную ярмарку. Помогать школе в наказание за драку, в которой он не был виноват, – это было для него верхом унижения. Аша пыталась его убедить, что это не пытка, а честь. Надо гордиться тем, что мистер Ньюхолл выбрал именно его водить будущих учеников по «Аберфалу». Это же вотум доверия.

– Мы же не дураки, чтобы в такое поверить, – сказал он.

В жизни Аши Кас играл главную роль. Всегда. Из того, что у нее есть, он – самое лучшее. С тяжелым сердцем она усадила его за стол после встречи с мистером Ньюхоллом и сказала: чтобы его не отстранили от учебы, надо написать письмо с извинениями Райану.

Кас остановился на полпути и повернулся. На миг в ней пробудился оптимизм, и Аша подняла руку, чтобы помахать ему, но Кас одарил ее хмурым взглядом и мотнул головой, чтобы уезжала.

– Ладно, – пробормотала она. – Боже.

Аша вздохнула, отъехала от бордюра и влилась в вялый поток машин. Она вела бы себя так же, если бы мама хоть раз отвезла ее в школу. Кас всегда любил их кемпер цвета мяты, но теперь хотел, чтобы у них была машина, как у нормальной семьи. Нормальной. От этой мысли у Аши даже пальцы на ногах поджались. Ей нравилось ездить на кемпере, с одеялами и пивом сзади. Она тешила себя иллюзией, что они могут за минуту собрать свой скромный скарб и махнуть куда глаза глядят. Кас называл его «машиной для бегства», и это было правдой – кемпер всегда стоял наготове. Но в какой-то момент стало очевидно, что Касу это совершенно не нужно. И, как выяснилось, Аше тоже. Но до нормальной машины дело так и не дошло. Вот, собственно, и все.

Она взглянула на часы. Время есть, можно пару часов поработать, прежде чем забирать Каса. Школа предложила Аше скидку в восемьдесят процентов от платы за учебу, но собирать каждый месяц нужную сумму было не просто. А ведь еще надо платить немалые деньги за форму, за походы в театр. Она работала сверхурочно в супермаркете, бралась за любые графические работы, какие подворачивались, но все равно с трудом сводила концы с концами. Зато сын учится в «Аберфале» – разве можно упустить такую возможность?

Она перестроилась в другой ряд, и тут раздался телефонный звонок. Взглянув на дисплей, она увидела – мама. По привычке взглянула на часы. Довольно рано, есть шанс, что мама еще трезва. Они не разговаривали уже больше месяца, общались в лучшем случае от раза к разу, но Ашу это вполне устраивало.

Мама существовала для нее в двух ипостасях – какой ей хотелось бы ее видеть и реально существующая. И кто виноват, что реальность всегда ее разочаровывала?

– Да?

– Привет, котик, это я.

Новая музыкальная система и громкая связь – это вся модернизация кемпера, на которую Аша согласилась.

– Привет, Тесса. Все нормально?

– Почему не называешь меня мамой?

– Почему не ведешь себя как мама?

На несколько секунд воцарилось молчание, Аша даже глянула на дисплей – не прервалась ли связь.

– Как дела? – спросила Аша.

– Эд снова потерял работу.

Аша закатила глаза.

– Я думала, вы разбежались.

Аша сохранила паузу, включила поворотник и свернула на кольце направо. Она представила, как мамина рука сжимает телефон.

– Ты занята? Судя по голосу, занята, – сказала мама.

– Я за рулем. Только что отвезла Каса в школу.

– Они и по субботам учатся?

– Нет. Он помогает на дне открытых дверей. Типа наказали за драку, но он просто должен показывать гостям школу, так что…

– За драку? – Кемпер наполнился маминым смехом. – Яблоко от яблони не далеко падает, так?

Похоже, тот факт, что Кас учится в «Аберфале», мама восприняла как личное оскорбление, но Аше было на это плевать.

– К счастью, – сказала Аша, – еще как далеко падает, и я – тому доказательство.

– Из-за чего подрались? – спросила мама.

– Оказывается, наша семья – не бог весть какое приобретение, когда изучаешь свою родословную для школьного проекта.

– Это как понимать?

– А то ты не знаешь.

– Я, что ли, виновата, что у него нет отца? – сказала она.

Каждый телефонный разговор с мамой – движение по минному полю. Туда не ходи, здесь будь начеку. Аша иногда спрашивала себя: зачем они продолжают подвергать друг друга этой пытке?

– От Джорджи новости есть? – спросила Аша, переходя на более безопасную почву.

– В Испании.

– В Испании? Что он там делает?

– Не знаешь, потому что не звонишь ему. Живет там с какой-то… женщиной. Говорит, что управляет баром, хотя сомнительно. Кто в здравом уме доверит ему чем-то управлять?

С пассажирского сиденья раздался писк – Касу на мобильник пришло сообщение. Другие ребята ему пишут – это хороший знак. Не то чтобы он совсем освоился, но она сказала ему – наберись терпения. Они в Корнуолле уже год. Скоро все устаканится.

– По крайней мере, перестал мозолить тебе глаза, – сказала Аша. – Нашел кого-то – и слава богу.

На идущей впереди машине вспыхнул стоп-сигнал. Аша беззвучно выругалась. Впереди люди выходили из машин.

– Не знаю, что такого я сделала, – сказала мама, – что мои дети готовы бежать на край земли, лишь бы от меня подальше.

– Так уж и не знаешь?

– Конечно, долго это не продлится. Как обычно, – сказала мама. – Готова спорить на десятку: через месяц он вернется домой.

– Вдруг удивит тебя для разнообразия?

Телефон Каса снова пискнул. Какая популярность с утра.

– Черт! – выругалась Аша.

– Что такое?

– Телефон. Кас оставил свой телефон в машине, значит, позвонить мне и сказать, когда за ним заехать, не сможет. Придется вернуться в школу, отдать ему телефон.

– Как-нибудь разберется.

– Что?

– Говорю, сам разберется. Будешь все делать за него, ничего в жизни не добьется.

– В этом вся твоя родительская методика, да? Предоставила нам возможность самим себя кормить, одевать, вовремя добираться до школы.

– Тоже мне идеальная мама. А кто тибрил товары в магазине?

– При чем тут это? При чем? Пачка печенья для Джорджи, потому что все деньги ты истратила на водку, так что не надо…

Раздался щелчок, и мама повесила трубку. Аша положила голову на руль. Она ничего не могла с собой поделать, маму надо было обязательно уколоть. Наверное, надо почаще прикусывать язык, но всякий раз, когда она сдерживалась, она словно изменяла себе. Она ненавидела это чувство тревоги, когда они разговаривали. Возможно, Джорджи поступил правильно, и, не обещай она Касу, что сниматься с места они не будут, она бы к концу дня заказала билеты в Испанию.

Аша откинулась на спинку кресла. В боковое зеркальце она видела – сзади собралась пробка. Во встречном направлении не ехала ни одна машина: видимо, авария заблокировала обе стороны дороги. Она нажала кнопку на двери, и окно опустилось. Позади кто-то посигналил.

Она взяла телефон Каса. Как только движение восстановится, она сделает разворот и поедет обратно в школу. Кас сказал, что видеть ее сегодня в школе не хочет, но у нее появился повод проведать его и убедиться, все ли в порядке. Он запаникует, когда поймет, что мобильника нет. Заволнуется, не потерял ли. Она просто о нем заботится, вовсе не досаждает чрезмерной опекой.

Телефон в ее руке снова пискнул. На этот раз высветилось сообщение от Райана. Того самого, с которым Кас подрался. Аша начала читать сообщение с чувством неловкости, ведь она старалась в личное пространство Каса не вторгаться, но слова вспыхнули на экране прямо перед ней.

День был теплым, но Ашу бросило в дрожь. Она подалась вперед, ремень безопасности натянулся. Перечитала сообщение еще раз. И еще раз.

Позже ее спросят, зачем она просматривала сообщения Каса? И она ответит: ни один здравомыслящий человек не удержится от соблазна разблокировать телефон своего ребенка, особенно если увидит на экране то, что увидела она.