Мина не умела выживать на улице; Николь просадит свои деньги, затем вернется к проституции; никто не защитит Мэдди от пристрастия к колесам. Единственное, что не давало последней покончить с собой – наглотавшись таблеток или перерезав горло бритвой, – постоянное давление и поддержка Айви.

Керри всегда заботилась о своей сестренке Брин, но Айви больше всего будет недоставать именно ее. Керри была ее опорой последние три года. Без нее Айви не выжила бы. Она надеялась, что, как только все уладится, Керри найдет ее в Канаде.

Двадцать четыре часа – и она запишет шантажистов, и как только это будет физически возможно, пленка будет передана человеку по имени Сержио. Айви не знала, настоящее ли это имя, коп ли это под прикрытием или бандит, но пока он не причинил вреда ни одной из них и вел себя так, словно они не были ему безразличны. И он уже помог ей спасти Сару.

Двадцать четыре часа – и мы свободны.

Айви тихо шла по коридору, по самой стеночке, избегая трещин в старых напольных планках. Света слабых лампочек вдоль плинтусов ей хватило, чтобы добраться до лестницы.

Она остановилась наверху. Что-то было не так.

Она слышала тихий храп из комнаты Мэдди, самой близкой к лестничной площадке. Вентиляторы под потолком во всех комнатах работали на полную мощность, поскольку дом семидесятилетней давности не перестраивался под кондиционеры, но сердце Айви забилось чаще не от звука. От запаха. Это был знакомый, но не уместный здесь запах.

Антисептик? Моющее средство? Что-то связанное скорее с больницей, чем с уборкой.

Спирт.

Вопросы завертелись в ее голове. Она впадает в паранойю? Айви на цыпочках вернулась в коридор и открыла дверь в комнату Керри. Ее подруга тут же проснулась.

– Айви?

– Тсс… Что-то не так. Мне кажется, нам надо валить отсюда. Только тихо. – Айви не надо было говорить об опасности, а Керри не задавала вопросов. – Я проверю внизу.

Она тихонько побежала вниз по лестнице. Едкий запах антисептика усиливался.

Под лестницей Айви повернулась проверить тревожный датчик. Он мерцал зеленым. Отключен. Она глянула на входную дверь – заперта, – но сигнализация была отключена.

Айви включала сигнализацию каждый вечер. Она не могла забыть это сделать.

Никогда.

Девушка прислушалась, нет ли чужих звуков – тяжелых шагов, тяжелого дыхания, – но ничего не было слышно.

Она быстро на цыпочках прошла по коридору к кабинету, достала пистолет из верхнего ящика своего стола и пошла обыскивать дом.

Шесть пар ног протопали наверху, и Айви поморщилась. Если кто-то есть внутри, он знает, что девушки проснулись.

Перед домом все было чисто, но перед дверью подвала по дороге на кухню она остановилась. Запах спирта не исчез, но сейчас Айви почувствовала еще и запах дыма. Она приложила ладонь к деревянной двери и тут же отдернула. Горячая.

Неужели котел? Они уже несколько месяцев не пользовались им. Бойлер? Из-под двери и из продухов в полу начали пробиваться одинаковые черные щупальца.

На какой-то миг Айви подумала, что все же забыла включить сигнализацию, и, может быть, этот огонь – не нападение, а случайность. Все равно ей придется вывести всех и вызвать газовщиков или пожарных. Ее природная подозрительность заставила ее выглянуть в окно, прежде чем отворить заднюю дверь. По тут сторону изгороди, отделявшей их двор от двора их старой соседки, она заметила вспышку света. Словно кто-то чиркнул спичкой.

Она моргнула. Затем снова увидела ее. Короткая вспышка – и всё. Может, ей просто пригрезилась в темноте какая-то фигура? Свет уличных фонарей во двор не попадал. Ей очень хотелось поверить, что она не видела ничего, кроме невинного света в темноте.

Но она понимала, что это не так.

Спирт горит.

Айви закашлялась, когда дым стал гуще. Огонь потрескивал в цоколе, напоминая ей, что этот старый дом сгорит быстро. К тому времени, когда она добралась до лестницы, Керри с остальными девочками уже спускалась вниз.

– На заднем дворе кто-то есть, – сказала ей Айви. – Выводи всех из передней двери, я сейчас подойду. – Она протянула Керри пистолет и пошла назад в свое логово.

Керри приказала девочкам выходить с парадного крыльца, затем схватила Айви за руку и потянула к себе.

– У тебя нет времени.

Айви вырвала руку.

– Мне нужны мои вещи!

– Какой с них толк, если вы с Сарой погибнете?

Но их свобода была заперта в ящике ее стола. Документы, паспорта и деньги. Внезапная дрожь у них под ногами сказала Айви, что надо бежать, но она закрыла глаза, желая отрезать себя от всего этого, как в тринадцать лет.

– Айви! – Керри снова встряхнула ее, но прежде чем та успела принять решение, маленький взрыв бросил их на пол.

Айви похлопала себя по карманам, но осознала, что она в шортах, а ее ключи наверху. Ключи от ее стола. Выбора не было.

Девушка оглянулась в последний раз.

Она должна все бросить.

– Ханна? – Сара схватила ее за руку, когда Айви и Керри вышли наружу. Айви скривилась, услышав свое настоящее имя. – Это папа?

От преподобного Кёрка Эдмондса можно ждать любого зла.

– Не знаю, – сказала она. – Бежим!

Айви и Керри выпихнули остальных девочек из прихожей во двор.

У Керри имелся пистолет. Она была начеку. Девушки знали, что на заднем дворе чужак, но это не означало, что перед домом никого нет. Или что через ограду трудно перепрыгнуть.

Сара вцепилась в руку Айви, когда все метнулись через двор. Они спрячутся в полузаброшенном гараже почти глухой миссис Нил и подумают, что делать дальше. Может, она позвонит той социальной работнице, которая практически умоляла позволить помочь им… Айви ненавидела просить о помощи, но прямо сейчас у нее ничего не было. Все ее планы, средства – все погибло.

Небольшой взрыв, за которым последовала волна горячего воздуха, придал им окончательное ускорение и выпихнул на узкую уличку. Второй, более громкий взрыв бросил их на колени на лужайке миссис Нил. Айви прикрыла голову, ожидая, что на них обрушится огонь или посыплются обломки, но почувствовала только опаливший кожу жар.

Сара закричала и так вцепилась в руку Айви, что та снова пришла в себя. Пошатываясь, она встала и в последний раз посмотрела на свой дом. Густой серый дым не мог скрыть пламени, лизавшего окна.

Все ее надежды сгорали там, внутри.

Айви окинула взглядом улицу. В окнах горел свет, соседи выбегали из домов. Скоро понабегут чужаки, приедет полиция, пожарные…

Айви знаком показала всем идти на подъездную дорожку к дому миссис Нил, где их не будет видно. Сквозь звуки пожара вдалеке послышались сирены.

Айви не могла разговаривать с полицейскими. Она врала всем соседям. Она не была студенткой колледжа. Ее не существовало. У нее были фальшивые документы – тоже ненастоящие. Но что было еще хуже – если отец заявил об исчезновении Сары, то ее фото и отпечатки пальцев есть в базе данных полиции. Она должна защитить Сару.

– Нам надо разделиться, – сказала Айви. – Надо залечь на дно, пока не узнаем, кто это сделал.

– Разве это не несчастный случай? – Лицо Сары было перемазано копотью и грязью, но ее большие голубые глаза были такими доверчивыми, такими невинными… Даже после всего, что ей пришлось испытать от рук этого ублюдка, она оставалась невинной.

– Нет, – сказала Айви. – Это не случайность.

Брин молча плакала. Николь была в ярости.

– Все погибло! – Она подняла свой рюкзак. – Две сотни баксов и кое-какая одежка – и всё!

– Ты осталась в живых, – отрезала Керри.

– Джослин обещала помочь нам, – сказала Айви. Она надеялась, что не ошибается в социальной работнице. Но она не доверяла Сержио, и хотя не думала, что это сделал он, уверенности у нее не было.

Почему те, на кого она работала, пытались убить ее? Дрожь прошла по ее спине. Может, одна из этих девчонок, ее друзей, – Иуда? Она переводила взгляд с лица на лицо. Боль. Страх. Смятение.

Айви полностью доверяла этим девочкам.