– В то время офицер Ван был достаточно тверд, слова ей не давал. Но я хочу ее послушать. Несмотря на то что дилетанты по большей части несут абсолютную нелепицу и абсурд, тем не менее иногда они могут подкинуть весьма занимательные мысли.

– Я – та самая старшеклассница, – улыбнулась Яо Шухань. – Хоть это уже и не так.

– Сейчас она работает учительницей в библиотеке, – пояснил офицер Хун.

– Окончание школы, поступление в университет, окончание университета и возвращение в альма-матер – эти пять лет могут показаться вам вечностью, а для нас это всего лишь миг.

– В моем случае эти пять лет тоже пролетели незаметно. Но когда я вспоминаю о прошлом, все кажется таким далеким, будто я уже умерла. – Яо Шухань покачала головой. – Не говоря уже о событиях тех лет. Если вы не возражаете, я выскажу свою точку зрения. Слова дилетанта могут иметь небольшую ценность.

– Давайте послушаем.

– Во-первых, след от метлы. Если бы У Гуань пришла в школу с целью самоубийства, зачем заметать собственные следы?

– Мы обнаружили следы обуви убитой на неподметенных участках. На заметенной дорожке ее следов обнаружено не было.

– Значит, это убийца уничтожил улики, не так ли?

– Это весьма вероятно.

– Остается вопрос с отпечатками пальцев, – продолжила Яо Шухань. – Поскольку происхождение автоматического ножа еще неизвестно, существует очень много фактов, о которых можно только догадываться. Скорее всего, этот нож кто-то дал У Гуань, поэтому сверху на нем есть отпечатки пальцев другого человека. Если она в самом деле собиралась покончить с собой, не желая вовлекать никого в задуманное, очень возможно, что она бы стерла все отпечатки с ножа, а потом положила в карман пальто. Поэтому нет ничего странного в том, что на орудии нет отпечатков других людей. Однако вчера ночью шел снег, было очень холодно, она была без перчаток и зонта. В таком случае, когда она шла в школу, куда она могла деть руки?

– Положила в карманы?

– Я тоже так подумала, и к тому же смогла найти косвенное тому подтверждение. Сейчас в бюро пропусков я краем глаза заметила в отчете, что в кармане пальто У Гуань были обнаружены две купюры по сто юаней, на которых также были найдены отпечатки пальцев. Должно быть, она случайно положила их туда. Из пяти карманов на ее одежде два оказались пустыми. Класть руки в задние карманы джинсов было бы неудобно, обычно они не очень вместительные, а правый карман пальто, весьма удобный, когда было обнаружено тело, оказался совершенно пуст. Отсюда можно сделать вывод, что нож изначально лежал в правом кармане. В то время как У Гуань дошла до школы, она держала руки в карманах…

– Ты хочешь сказать, что на ноже должны быть и другие отпечатки пальцев…

– Верно. В этой ситуации на рукояти ножа обязаны были остаться и другие следы.

– В таком случае она должна была стереть все отпечатки с рукояти, после того как пришла в школу.

– А это еще интереснее. Предположим, У Гуань решила уничтожить отпечатки пальцев на ноже перед самоубийством. Как бы она тогда поступила? Правой рукой она достала бы нож, нажала на кнопку выкидного лезвия, которое выскочило бы, пальцами левой руки взялась бы за лезвие, а правой вытащила бы из правого кармана джинсов носовой платок, стерла отпечатки пальцев с рукояти, потом засунула платок обратно в карман и следом покончила бы с собой, нанеся себе удар противоположной рукой. Возможно, когда она изначально нажала на кнопку выкидного лезвия, механизм не сработал, но, когда она стирала отпечатки с рукояти и вновь задела кнопку, лезвие выскочило, и она поранилась, но в таком случае на рукояти должны были остаться отпечатки только четырех пальцев противоположной руки. В общем, вне зависимости от предположений, отпечатки на рукояти выглядят весьма подозрительно и не могут свидетельствовать о самоубийстве.

– Если это не самоубийство, то каким образом могли остаться эти девять отпечатков?

– Я думаю, все было так: У Гуань взяла в руки нож и нажала на кнопку выкидного лезвия, которое выскочило. Потом нож отнял у нее убийца. Тот был в перчатках, поэтому не оставил отпечатки. И наконец, У Гуань сама выхватила нож резким движением. Кстати говоря, были ли ее ладони испачканы кровью?

– Нет, – ответил техник-криминалист, – на них обнаружились только маленькие брызги.

– В таком случае, боюсь, это не самоубийство. И вероятность того, что она сама вытащила нож, весьма мала. Возможно, когда нож был занесен для удара, она единожды схватила его рукой. В общем, у У Гуань не было причин для самоубийства.

– Таким образом, у нас остаются две версии, – продолжил за Яо Шухань офицер Хун. – Убийца либо прошел в школу вместе с У Гуань, либо оставался на территории с вечера. Однако какова вероятность, что убийство мог совершить кто-либо из проживающих в общежитии? Есть ли у них возможность покинуть комнату ночью? После случая с Тан Ли то окно наверняка закрыли решеткой.

– Способ всегда найдется. – Фэн Лукуй достала телефон. – Я все же позову к нам самого сведущего относительно общежития человека. Несмотря на то что у меня рука не поднимается нарушать ее сладкий сон, в данном вопросе нам вряд ли кто-то поможет разобраться лучше, чем она.

Узнав о смерти У Гуань, Гу Цяньцянь надолго погрузилась в молчание. Даже когда офицер Хун попросил ее продемонстрировать, как можно открыть боковую дверь рядом с парковкой для велосипедов, она лишь молча кивнула. Чтобы справиться с ней, требовалось приложить немного усилий. То, что было естественно для спортсменки Гу Цяньцянь, вызвало бы затруднения у простой ученицы. К тому же открывавшаяся дверь создавала немало шума, который совершенно точно должны были слышать парни, чьи комнаты располагались поблизости.

Над боковой дверью имелся навес, под которым не было снега. Навес и стоянку для велосипедов едва ли разделял один метр. Это расстояние можно было легко перепрыгнуть. Навес построили только в позапрошлом году, до этого пространство рядом с парковкой пустовало. Руководство школы изначально планировало соорудить в этом месте подземный гараж, но позднее учащихся на велосипедах становилось все больше и больше, подземный гараж стал неактуален, поэтому было принято решение в пользу навеса для велосипедов, который вплотную примыкал к бюро пропусков.

Были выходные, поэтому под навесом стояло совсем немного велосипедов. Если бы человек вышел из общежития через боковую дверь, одним прыжком оказался под навесом для велосипедов, а затем направился к выходу из школы, то не наступил бы ни на миллиметр снега, поэтому ему не пришлось бы волноваться о том, что на снегу останутся следы ног. Благодаря такому пути проживавшие на территории школы ученики могли совершить преступление.

После того как все вошли в общежитие, Гу Цяньцянь осторожно вытащила ригель, выровняв его с замком, закрыла дверь, а затем изнутри показала, как нужно ее толкнуть, что оказалось делом относительно легким. После этого они проследовали по коридору в комнату отдыха, расположенную точно посередине первого этажа. Ранее полиция посредством внутреннего радио уже оповестила всех учащихся, оставшихся вчера на ночь в общежитии, о необходимости собраться в комнате отдыха. Офицер Хун не сразу вошел внутрь, а сперва огляделся. Дверь комнаты отдыха была обращена к главному входу в здание общежития. Между ними располагался небольшой холл. На западной стене холла располагалась еще одна небольшая дверь и окошко – дежурное помещение коменданта общежития, которая в настоящее время также находилась вместе с учениками. С обратной стороны на стене висела школьная доска, на которой была записана различного рода информация. В правом нижнем углу находился список тех, кто вчера ночью остался ночевать в общежитии: Дун Эньцунь, Се Чуньи, Чжэн Фэнши, Гу Цяньцянь, Мэн Тэнфан, Ду Сяоюань. Небольшая железная перегородка справа от комнаты отдыха разделяла общежитие на мужскую и женскую половины. Рядом с проходом висел считыватель электронных карт.