– Вы не считаете, что они работали вместе? – поинтересовался Панетта.

– Я разговаривала с ним двадцать минут. Не думаю, что паренек способен лгать. Он так и не ответил на мои вопросы о Сансет-парке, только спрашивал, что будет с его братом. Даже если младший и замешан, нам будет несложно расколоть его. К сожалению, заявился адвокат и отвел его домой. Теперь мать парня напугана, а мне нужно найти способ снова допросить его. Главное – что Уэйд Барнетт в тюрьме и пробудет там по меньшей мере до понедельника.

Они попрощались, и Панетта поехал назад в свой участок, а Сюзанна вошла в здание Главного управления ФБР. Ей подумалось, что единственный плюс работы в городке Хелена, которую ей предложили, был в том, что она бы знала в лицо всех, начиная с агентов и кончая уборщиками. Здесь же Мадо могла не встретить никого из знакомых до того, как доберется до своего офиса.

Вплоть до 9/11[19] Сюзанна работала в отделе по борьбе с особо тяжкими преступлениями. После теракта, потрясшего всю Америку и остро поставившего вопрос терорризма перед всем миром, многие из ее отдела были назначены на другие должности, связанные с контрразведкой и контртерроризмом. Из двухсот агентов с Сюзанной осталось тридцать два. Мадо любила шутить, что либо она была настолько плоха, что в других отделах никто не хотел ее брать, либо же настолько хороша, что никто не посмел назначить ее на другую должность.

Добравшись до компьютера, Сюзанна обнаружила кучу писем и сообщений. Это не было необычным, особенно с тех пор, как она присоединилась к оперативной группе, занятой расследованием убийств Душителя Золушек. Быстро рассортировав сообщения и ответив на самые важные, Сюзанна занялась друзьями убитых девушек. Она предпочитала разговор вживую, так как понимала, что язык тела зачастую способен сказать больше, чем слова. Хоть Аланна и встречалась с Барнеттом, Сюзанне не хотелось опять ехать в Нью-Хэйвен для общения с ее родителями. Она могла снова поговорить с ее кузиной Уитни. Та могла видеть убийцу в тот вечер либо кого-то, кто мог быть свидетелем. Сюзанне было интересно, закончила ли Уитни свой рисунок, и она сделала заметку, чтобы спросить ее об этом. Так или иначе, наличие свидетеля дало бы ей большое преимущество в суде.

Сюзанна разделила список знакомых убитых девушек на две части: те, с кем она хотела встретиться лично, и те, кому она могла позвонить. Кроме того, Мадо решила встретиться с Джошем Хейнсом лично. Он был первым, кто упомянул Уэйда Барнетта. Сюзанне было интересно, знал ли он о связи Барнетта с Джессикой. Люси Кинкейд считала, что Хейнс слишком остро отреагировал на смерть Джессики. Хоть они и являлись не более чем друзьями, но, похоже, его чувства к ней были куда глубже. Мог ли он убить Джессику, если б узнал, что она спала с Уэйдом?

Все это, однако, не объясняло, откуда взялись первые три жертвы.

Остаток выходных обещал быть не менее занятым, чем это утро, но, к счастью, Сюзанна чувствовала себя достаточно бодрой и полной сил. Больше всего ей нравился именно этот этап работы – сбор доказательств, которые приведут к осуждению преступника. Сюзанна надеялась как можно скорее разделаться с этим и представить дело в суд.

Для начала Сюзанна позвонила соседке Аланны, Джилл Ривз.

– Привет, Джилл. Это специальный агент Сюзанна Мадо из Нью-Йорка. Могу я задать тебе несколько вопросов?

– Конечно.

– По ходу расследования мы занялись любовными связями каждой из жертв. Ты говорила, что у Аланны не было приятеля на момент убийства. Верно?

– Да.

– А как насчет бывших парней?

– Я говорила детективу, что никто из ее бывших не был на нее зол из-за того, что они расстались.

– Ты знала, что у Аланны был роман с Уэйдом Барнеттом?

– Да, я знала об этом. И что? Вы ведь не думаете, что это Уэйд убил ее? – Голос Джилл звучал скептически.

– Когда они начали встречаться?

– Я точно не знаю, – медленно сказала Джилл. – Это действительно важно?

– Да.

– Думаю, они встретились тем летом, когда Аланна гостила у своей кузины. Она не очень об этом распространялась, так как Уэйд был намного ее старше.

Сюзанна задумалась. На тот момент Аланне было семнадцать, а Уэйду – двадцать три.

– Судя по всему, они действительно любили друг друга. Когда мы переехали в Нью-Йорк за неделю до начала занятий, они были неразлучны.

– Ты знаешь, почему они расстались?

– Нет.

– Ты ведь была ее лучшей подругой.

– Знаю, но Аланна не хотела говорить об этом.

– Кое-кто сказал мне, что Уэйд изменил Аланне.

– Изменил? Как?

– Полагаю, у него был секс с другой девушкой.

– Это не было бы проблемой для Аланны.

– Ты хочешь сказать, что измена ее богатого, красивого дружка ее никак не смутила бы? – недоверчиво спросила Сюзанна.

– У них было что-то типа открытых отношений.

– Что ты имеешь в виду, Джилл?

– Ну, открытые отношения, это когда…

– Я знаю, что это, – перебила ее Мадо, – почему ты сказала «что-то типа»?

– На тех вечеринках, что они посещали, все друг с другом трахаются. Аланна и Уэйд делали то же самое. Похоже, им это реально нравилось. Но у них был уговор, что «открытость» их отношений распространяется только на эти рейвы.

– То есть, если б Уэйд занялся сексом с кем-то не на рейве, это считалось бы изменой?

– Именно так. Но, так или иначе, Аланна не сказала мне, почему они разошлись. Я думаю, она была очень расстроена. Потом пригласила меня в «Дом с привидениями»… – Голос Джилл дрогнул. – Но Уэйд послал ей письмо, в котором извинялся за свое поведение.

– Ты читала это письмо? – спросила Сюзанна.

– Только пару строк.

– Оно у тебя? Или, может, среди вещей Аланны?

– Нет, она порвала его… О! Я вспомнила! Когда она разорвала письмо, она сказала, что может вытерпеть много чего, но не ложь.

– Спасибо за помощь, Джилл. Я позвоню тебе, если будут еще какие-нибудь вопросы.

Сюзанна положила трубку и задумалась о соседке Джессики. Лорен говорила, что та упоминала Уэйда Барнетта, но она никогда не встречала его и вряд ли знала, что у Джессики была связь с ним.

Сюзанна позвонила кузине Аланны, Уитни Моррисси, но та не брала трубку, поэтому Мадо оставила сообщение, в котором назвала номер своего мобильного телефона. Часы показывали четыре часа пополудни, и ей еще предстояло сделать много дел. Сюзанна взглянула на телефон и увидела сообщение от Шона Рогана: «Мы зайдем к вам в офис. Он звонил несколько часов назад, и она обещала ему перезвонить».

Мадо сняла трубку и набрала номер Шона.

– Роган.

– Это Сюзанна Мадо. Я получила ваше сообщение. Извините, но мне сейчас нужно идти. Простите, что забыла вам перезвонить. Мне предстоят разговоры с близкими убитых, поэтому просто скажите мне…

– Мы с Люси скоро будем у вас, – перебил ее Шон. – Мы должны вам кое-что показать.

Сюзанна попыталась унять вспыхнувшее раздражение.

– Шон, я ценю вашу помощь, но если это не связано напрямую с расследованием, вам придется подождать.

– Это связано с расследованием. Встретимся через десять минут.

Роган повесил трубку. Сюзанна уставилась на телефон, потом со всей силой швырнула трубку на рычаг.

– Если вы сломаете еще один телефон, следующий вам достанется уже не бесплатно, – заметила подошедшая секретарша. – Вам звонок по четвертой линии, из Вашингтона. Судя по всему, что-то важное.

– Спасибо. Кстати, позвоните охране и попросите их проводить Шона Рогана и Люси Кинкейд ко мне, когда они появятся. Судя по всему, у них имеется какая-то важная информация по расследованию, которую они отказались сообщить по телефону.

Телефон зазвонил, и Сюзанна подняла трубку, попутно осмотрев ее, чтобы удостовериться, что та не сломана.

– Агент Мадо, отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями.

– Агент Мадо, это помощник руководителя Ганс Виго из Вашингтона. Надеюсь, я вам не помешал?