Едва дойдя до этой страницы, Клейн тут же вспомнил дворец из своего недавнего сновидения.

Их архитектурные стили совпадали практически идеально. С той лишь разницей, что дворец из его сна венчал сам горный пик, выглядел еще более величественно, а на самом возвышении находился исполинский трон, явно не предназначенный для людей. И на этом самом троне копошился, медленно извиваясь, омерзительный клубок прозрачных личинок.

«Теперь я могу с уверенностью сказать: мой сон напрямую связан с древними руинами на главной вершине Хорнакиса… Должно быть, это и есть та самая Страна Ночи, о которой упоминалось в дневнике семьи Антигон…» — Клейн едва заметно кивнул и захлопнул книгу.

В этот момент Азик уселся в кресло напротив. Потерев крошечную родинку под правым ухом, преподаватель поинтересовался:

— Ну как? Нашел что-нибудь полезное?

— Вполне, — с улыбкой Клейн указал на исписанные листы блокнота. — Я исписал целую кучу страниц.

— Ума не приложу, с чего вдруг ты так заинтересовался этой темой, — со вздохом заметил Азик, а затем вдруг сменил тон: — Клейн, в студенческие годы в Баклунде мне довелось прикоснуться к искусству гадания. Не могу сказать, что стал великим мастером, но кое в чем разбираюсь. И знаешь… я заметил в твоей судьбе некую… дисгармонию.

«Чего? Гадание? Вы пытаетесь рассуждать о гадании со мной?» — будучи истинным «Провидцем», Клейн с забавной улыбкой посмотрел на преподавателя:

— И в чем же заключается эта дисгармония?

Азик на секунду задумался и произнес:

— За последние два месяца ты ведь частенько сталкивался с различными совпадениями, не так ли?

— Совпадениями? — памятуя о былой доброте мистера Азика, Клейн не стал отмахиваться от его слов и инстинктивно погрузился в воспоминания.

«Если уж говорить о совпадениях, то самым вопиющим случаем была недавняя облава на похитителей. Мы вломились к ним в убежище, а прямо в квартире напротив внезапно обнаружились следы дневника семьи Антигон, который мы безуспешно искали уже несколько дней!»

«А еще Райел Бибер… Он так и не удосужился покинуть Тинген, второпях решив переварить дарованную дневником силу прямо здесь. Из-за этого Запечатанный артефакт „2–049“ с легкостью взял след. Это тоже слегка выходит за рамки здравого смысла… И пусть объяснение мистера Хассена звучало вполне убедительно, меня все равно не покидало чувство, что тут не обошлось без вмешательства удачи…»

«Да и история с Селеной… Подглядела секретное заклинание у Хайнаса Винсента, но терпела до самого дня рождения. И именно там, прямо у меня на глазах, решила его опробовать… Какое поразительное стечение обстоятельств! Иначе мы бы ни за что так быстро не вышли на Хайнаса, и он бы не скончался так внезапно…»

Серьезно обдумав всё это, юноша ответил:

— Насчитал три случая. Не так уж и много, да и происходили они не слишком часто. К тому же я не заметил никаких следов чужого вмешательства или манипуляций.

Азик едва заметно кивнул:

— Как говорил император Россель: «Единичное совпадение — это удел каждого. Два совпадения — вполне нормальное явление. Но если их набирается три, самое время задуматься, не кроются ли за этим какие-то скрытые мотивы».

— И что же вы можете в этом разглядеть? — осторожно прощупал почву Клейн.

Преподаватель усмехнулся и покачал головой:

— Я вижу лишь легкую дисгармонию, и ничего более. Не забывай, я ведь не настоящий предсказатель.

«Тогда к чему были все эти рассуждения… Странный он какой-то, мистер Азик… Вздумал играть в прорицателя прямо перед настоящим „Провидцем“…» — Клейн мысленно вздохнул. Воспользовавшись моментом, когда преподаватель поднялся со стула, он незаметно ущипнул себя за межбровье, активируя Духовное зрение.

Его взгляд мгновенно уловил ауру Азика. Цвета, переливы, плотность — всё было в абсолютной, ничем не примечательной норме.

«Какая жалость, что лишь находясь над серым туманом, я способен заглядывать в самые глубины Эфирного тела и рассматривать поверхность Астрального…» — легонько постучав по межбровью, Клейн поднялся из-за стола, унося с собой ворох неразрешенных мыслей.

Во второй половине дня Клейн, вернувшись домой, задернул шторы, погрузив спальню в полумрак.

Он достал бумагу и ручку, долго размышлял и наконец вывел строчку:

«В деле о похищении Эллиота присутствовало направляющее влияние сверхъестественных факторов».

Будучи «Провидцем», Клейн на самом деле уже пытался гадать на те несколько кажущихся совпадениями событий, чтобы выяснить, нет ли в их развитии чего-то неестественного. И результаты тогда показали, что он просто накручивает себя.

На этот раз, поддавшись влиянию преподавателя Азика, он вновь придал этой проблеме значение. Усвоив урок из стычки с клоуном во фраке, юноша тщательно продумал «утверждение для гадания», с самого начала исключив любые размытые и двусмысленные формулировки.

«Значит, нужно разбить эти три совпадения на части и погадать на каждое по отдельности…»

Клейн задумчиво кивнул и неторопливо извлек из-под манжеты рукава кулон из желтого кварца.

Левой рукой он взял маятник, позволив кристаллу свободно повиснуть прямо над написанным на бумаге утверждением, почти касаясь его.

Собравшись с мыслями и войдя в состояние медитации, Клейн закрыл глаза и принялся беззвучно повторять про себя:

«В деле о похищении Эллиота присутствовало направляющее влияние сверхъестественных факторов».

Повторив фразу раз за разом, он открыл глаза и посмотрел на маятник. Кулон из желтого кварца описывал крошечные круги против часовой стрелки.

— Снова отрицательный ответ.

Прошептал Клейн. Он еще несколько раз переформулировал утверждение для гадания, но результат оставался неизменным: в том происшествии не было никаких сверхъестественных совпадений.

Следом он по отдельности погадал на «задержку Райела Бибера в Тингене» и на «гадание Селены на волшебном зеркале». И оба раза получил четкий ответ: «всё в пределах нормы».

«Хах, я, настоящий Провидец, позволил какому-то шарлатану, мистеру Азику, одурачить себя? К тому же ни капитан, ни остальные не заметили в этом ничего странного…»

С забавной усмешкой Клейн покачал головой. И всё же, сохраняя осторожность, он решил прибегнуть к «гаданию по снам» для окончательной проверки.

Немного поразмыслив, он изменил утверждение, чтобы адаптировать его под другой метод.

«Истинная причина дела о похищении Эллиота».

Перьевая ручка быстро зашуршала по бумаге. Клейн то и дело останавливался, тщательно подбирая слова.

Перечитав фразу несколько раз, он оторвал листок, подошел к кровати и расслабленно лег на спину.

Сжимая в руке утверждение для гадания, Клейн с помощью медитации стремительно погрузился в сон.

В мутном, искаженном и раздробленном мире он постепенно обрел крупицы осознанности, смутно блуждая в пустоте.

Постепенно перед его взором предстали те самые похитители. Он увидел, как они проигрывают за карточным столом последнюю фишку, как покупают оружие на черном рынке, как несколько раз выслеживают жертву и, наконец, как арендуют квартиру прямо напротив дома Райела Бибера, чтобы обустроить там свое временное логово.

Картины сменяли одна другую урывками, вспышками воспоминаний, но Клейн так и не нащупал в них ни малейшей нестыковки.

Более того, всё увиденное в точности совпадало с теми показаниями похитителей, о которых он читал ранее.

Вынырнув из сновидения, Клейн по отдельности погадал на два оставшихся события. Результат оказался идентичным: всё развивалось по естественным законам, а совпадения были не более чем обычными случайностями.

— Я действительно слишком себя накрутил. Мистер Азик просто любитель-самоучка в гаданиях.

Надежно намотав цепочку маятника на запястье, Клейн с горькой усмешкой покачал головой.

Он уже потянулся к шторам, намереваясь впустить в спальню послеполуденное солнце, как вдруг его пальцы замерли в воздухе.