«Чего еще ожидать от эликсира, дарующего сверхъестественные силы…» — Клейн поднял правую руку, завороженно разглядывая переливающуюся золотисто-желто-красную жидкость в своей ладони.

Крестет Сесима, всё это время хранивший абсолютное молчание, наконец подал голос, тихонько рассмеявшись:

— Можешь не переживать. По крайней мере, я не заметил ни единой ошибки в твоем процессе варки.

— Я нахожусь здесь именно для того, чтобы подстраховать тебя на случай непредвиденных осложнений после принятия зелья. Так что пей смело. Если проблема не окажется фатальной, я смогу вытащить тебя с того света.

Клейн с благодарностью кивнул, но всё же поставил пузырек с зельем «Клоуна» обратно на стол.

Отмотав серебряную цепочку, спрятанную под левой манжетой, он перехватил ее нерабочей рукой. Позволив кулону из желтого кварца ровно повиснуть над самым горлышком бутылочки, он опустил его так низко, что тот едва не касался поверхности жидкости.

Для Потусторонних других путей метод лозоходства годился лишь для получения простых ответов «да» или «нет». Разумеется, если исходных данных катастрофически не хватало, а заклинатель пытался гадать методом исключения, маятник просто застывал на месте, констатируя провал прорицания.

Но Клейн, будучи истинным «Провидцем», уже давно выяснил опытным путем: его маятник способен не только отвечать «да» или «нет», но и размыто указывать на степень уверенности этого ответа.

Его глаза потемнели, обратившись внутрь себя. Юноша принялся беззвучно повторять:

«Это зелье несет в себе угрозу».

«Это зелье несет в себе угрозу».

…

Спустя семь повторений он приоткрыл глаза и увидел, что кулон из желтого кварца описывает круги по часовой стрелке. Вот только амплитуда вращения была до смешного крошечной.

«По часовой стрелке означает „да“. Значит, зелье действительно таит в себе угрозу… Но крошечная амплитуда говорит о том, что уровень опасности минимален… Хм, любое зелье несет в себе риск потери контроля, так что без вреда тут никак не обойтись. Минимальный уровень угрозы — это лучшее доказательство того, что с зельем всё в полном порядке…» — Клейн облегченно выдохнул. Привычным движением намотав цепочку обратно на левое запястье, он надежно скрыл маятник под манжетой.

Наблюдая за этим представлением, Крестет не удержался от тяжелого вздоха:

— … Ты и впрямь до мозга костей профессиональный Провидец.

— Нужно использовать свои сильные стороны на полную катушку. Но при этом нельзя слепо полагаться на гадание и мнить его всесильным, — негромко парировал Клейн, вновь беря в руки пузырек с зельем «Клоуна».

«Стоит мне лишь выпить его, и я стану Потусторонним 8-й Последовательности…»

Едва эта мысль промелькнула в голове, Клейн отбросил все сомнения. Резко вскинув руку и запрокинув голову, он залпом влил в себя всю жидкость.

Горечь! Невыносимая горечь!

И никакой газировкой тут даже не пахло!

В это мгновение он на собственной шкуре познал истину: внешность бывает обманчива. Его лицо исказила такая гримаса отвращения, словно он проглотил лимон. К горлу подступил тошнотворный ком, но выплюнуть зелье он уже не мог.

В следующую секунду Клейн почувствовал, как к лицу приливает кровь. Те же самые метаморфозы стремительно охватили и всё остальное тело.

Он был абсолютно уверен, что прямо сейчас напоминает сваренного в кипятке лобстера. А его дух тем временем словно вырвался из телесной оболочки. Разделившись на мириады тончайших игл, он слился с каплями зелья и безжалостно вонзился в каждую клетку его естества.

Это было совершенно непередаваемое чувство. Ему не требовался микроскоп, чтобы «разглядеть» собственные клетки. Клейн просто стоял на месте и воочию «наблюдал», как инородная сила вторгается в самые сокровенные глубины его организма.

В эти мучительные секунды он чувствовал себя бездушным механизмом, которому прямо наживую перепаивают микросхемы и меняют шестеренки.

Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем в его сознании кристально ясно отпечатался его собственный силуэт. Это было сродни тому, как певец слышит свой собственный голос в наушнике-мониторе.

Опираясь на это жутковатое, иллюзорное отражение, Клейн с удивлением обнаружил, что теперь способен с ювелирной точностью контролировать каждое сокращение мышц лица и малейшее движение тела.

Одновременно с этим в ушах нарастал оглушительный гул. И сквозь эту звуковую завесу он вновь услышал те самые безумные вопли и шепотки, от которых был избавлен так долго:

— Хорнакис… Флегрея… Хорнакис… Флегрея… Хорнакис… Флегрея…

Хух… Клейн визуализировал наслаивающиеся друг на друга светящиеся сферы. Медленно погружаясь в медитацию, он капля за каплей обуздывал вырвавшуюся из-под контроля Духовность, загоняя ее обратно в рамки.

И в этот самый миг к нему пришло абсолютное, непоколебимое осознание: его продвижение увенчалось успехом.

Отныне он — Потусторонний 8-й Последовательности. Отныне он — «Клоун».

Дождавшись, пока цвет глаз Клейна вернется в норму, Крестет Сесима с улыбкой произнес:

— Можешь немного размяться. Привыкни к изменениям в теле и постарайся нащупать ключевые способности, дарованные зельем «Клоуна».

Клейн кивнул. Рассудив, что ему может понадобиться наставление старшего диакона, он не стал стесняться присутствия посторонних. Следуя отработанным за последнее время движениям, юноша шагнул вперед, скрутил корпус, замахнулся и резко выбросил вперед руку, нанеся мощный прямой удар.

Хрясь!

До его ушей донесся четкий, хлесткий звук рассекаемого кулаком воздуха. Клейн почувствовал, как сила инерции многократно превзошла все его ожидания.

В это мгновение он ощутил себя пассажиром резко затормозившего поезда. Окончательно потеряв равновесие, он всем телом завалился вперед.

«Проклятье! Сейчас опозорюсь не хуже Леонарда…» — пронеслась в голове паническая мысль. Клейн уже приготовился к болезненному падению, как вдруг с удивлением осознал, что даже в таком скверном положении способен эффективно управлять своими мышцами, телом и центром тяжести!

Позвоночник, сухожилия и связки напряглись одновременно. В долю секунды перенеся вес, он застыл в весьма причудливой, нелепой позе, но при этом твердо устоял на ногах.

«Хм…» — Клейн, на которого снизошло озарение, выполнил еще несколько серий движений. Теперь он был абсолютно уверен: его главным приобретением стала феноменальная координация. В обычных обстоятельствах он практически больше никогда не потеряет равновесие.

«Чувствую себя неваляшкой… С такими талантами впору идти в цирк акробатом… Да уж, пройтись по водопроводной трубе теперь проще простого… Чего еще ожидать от зелья „Клоуна“…» — пока эти мысли мелькали в голове, юноша перешел к проверке силы, ловкости и скорости.

«Хм, мои физические данные теперь ничуть не уступают нынешней форме наставника Гавейна. А уж когда я окончательно освоюсь и проведу пару профильных тренировок, стану еще сильнее… Более того, с таким ювелирным контролем над телом овладеть боевыми искусствами будет сущим пустяком…» — Клейн остановился и задумчиво кивнул.

По его первоначальным прикидкам, ему потребовалось бы не меньше полугода, чтобы стать мало-мальски сносным бойцом — сносным по меркам простых обывателей. Но выпив зелье «Клоуна», он понял, что на это уйдет от силы месяц, а то и пара-тройка недель. Вскоре он превратится в полицейского, в совершенстве владеющего рукопашным боем.

В этом и заключалась пропасть между Потусторонними и обычными людьми.

«Таланты» Потусторонних, каждый из которых зависел от пути, в каком-то смысле уже находились далеко за пределами человеческих возможностей!

Крестет безмолвно наблюдал за тем, как новоиспеченный «Клоун» выполняет один кульбит за другим. Дождавшись, пока юноша замрет на месте, старший диакон едва заметно кивнул:

— Как и ожидалось, это зелье, ориентированное на рукопашный бой.