— Окончив омовение, убедитесь, что все шторы плотно задернуты, а дверь заперта на ключ. Затем зажгите свечу и поставьте ее перед зеркалом. Благоговейно вознесите молитву божеству, в которое верите. Вопрос должен быть предельно простым, избегайте сложных формулировок… Повторив молитву семь раз, возьмите зеркало и легонько бросьте его на пол. Именно легонько… Запомните узор, образованный осколками — это и есть откровение, дарованное божеством… А теперь я подробно расскажу о нескольких основных символах.

«Фух, это ортодоксальное гадание на волшебном зеркале», — Клейн с облегчением выдохнул. Медленно войдя в переговорную, он вернулся на свое прежнее место и одним глотком допил остатки кофе «Саутвилл».

Под «ортодоксальным» подразумевалось то, что ты действительно мог получить откровение, но истолковать его было практически невозможно.

А вот если на этом этапе ответ получал Потусторонний, то он мог напрямую увидеть в зеркале определенные образы и почерпнуть вполне ясную информацию!

Поскольку вариантов символов из осколков было великое множество, лекция Хайнаса затянулась. Даже когда Эдвард Стив закончил сеанс гадания для клиента и вернулся в переговорную, лектор все еще не закончил.

Клейн не стал расспрашивать Эдварда о том, на что тот гадал и какой метод использовал. Это было негласным правилом среди предсказателей. Отыгрывая роль «Провидца», юноша, разумеется, был обязан строго его соблюдать — если только собеседник сам не заговорит об этом.

— Я заметил, что зачастую наши толкования выходят слишком уж расплывчатыми. Словно мы пытаемся угодить всем подряд, чтобы каждый мог найти в них описание своей ситуации, — Эдвард сделал глоток сиборнского черного чая и тихо вздохнул. — Например: «На вашем пути будет много препятствий и невзгод, но в конце вы увидите свет в конце тоннеля». Хе-хе, вот только никто не знает, когда именно этот свет появится. Или вот: «Ваше путешествие пройдет не совсем гладко, но вы точно доберетесь живым». И правда, мертвецы ведь не придут ко мне с претензиями.

Поскольку Эдвард не застал начало лекции Хайнаса о «гадании на волшебном зеркале», он попросту пропустил её мимо ушей.

— Ошибка выжившего, — с улыбкой добавил Клейн.

Суть «ошибки выжившего» сводилась к тому, что выводы часто строятся на данных, полученных только от живых, «выживших» людей, игнорируя мертвых, из-за чего результаты получаются искаженными.

— В точку! Император Россель и впрямь был великим философом, — восхищенно воскликнул Эдвард.

«…» — Клейн поднес к губам пустую кофейную чашку и сделал вид, что отпил глоток.

Весь остаток дня члены клуба увлеченно обсуждали астролябии и волшебные зеркала, лишь изредка подходя к Клейну и Эдварду, чтобы вовлечь их в беседу.

И каждый раз Клейн, добросовестно выполняя свой долг неофициального сотрудника Ночных Ястребов, старательно уводил их мысли подальше от всего, что могло быть связано с потусторонним или таить в себе опасность.

Однако то, ради чего он сюда пришел, так и не увенчалось успехом: в клуб заглянуло несколько клиентов, но ни один из них не выбрал его в качестве предсказателя.

«Может, в следующий раз стоит самому предлагать услуги? Выдавать что-нибудь в духе: „Вас преследует злой рок“, „Вскоре вас постигнет несчастье“, „Вам ни в чем не будет сопутствовать удача“? Нет, это уже не „Провидец“, а какой-то балаганный шарлатан…» — предаваясь этим мыслям, Клейн невольно покачал головой и горько усмехнулся.

Взяв трость и поднявшись, он попрощался и покинул клуб.

В половине шестого вечера Эдвард Стив, надев пальто и уже собираясь выйти из Клуба гадателей, вдруг заметил знакомую фигуру.

— Добрый вечер, Глейсис. Давно не виделись, — с улыбкой поприветствовал он товарища по увлечению. Тот, как обычно, был облачен в строгий костюм с черным галстуком-бабочкой, а из нагрудного кармана на цепочке свисал монокль.

Однако Эдвард тут же обратил внимание на то, что Глейсис выглядит просто ужасно: лицо осунулось, а его мягкие светло-русые волосы казались сухими и безжизненными.

— Добрый вечер, Эдвард… кхе-кхе. — Глейсис, держа в руке шляпу, внезапно прикрыл рот кулаком и надсадно закашлялся.

Эдвард обеспокоенно спросил:

— Ты выглядишь так, будто перенес тяжелую болезнь.

— Очень тяжелую. Дело дошло до двустороннего воспаления легких. Если бы моей жене не посчастливилось наткнуться на одного искусного аптекаря, который дал мне чудесное лекарство, боюсь, в следующий раз мы встретились бы уже на кладбище, — в голосе Глейсиса сквозил пережитый ужас пополам с облегчением.

— О Боже, поверить не могу! Ты же всегда пылал здоровьем! А посмотри на себя сейчас — краше в гроб кладут! Я ведь гадал тебе на прошлой неделе, и не было ни малейшего намека на серьезную хворь, — Эдвард удивленно взмахнул тростью.

— Мои собственные гадания показывали то же самое. Видимо, мы с тобой еще не стали настоящими предсказателями. К тому же… к тому же… — Глейсис внезапно вспомнил о событиях минувшего понедельника, и его лицо мгновенно стало предельно серьезным.

В этот момент к ним подошла красавица Анжелика и с вежливой улыбкой поклонилась.

Обменявшись приветствиями, она сначала поинтересовалась здоровьем Глейсиса, дала пару советов, а затем как бы невзначай обмолвилась:

— Мистер Глейсис, тот самый мистер Моретти, который в прошлый раз обращался к вам за гаданием, сегодня вступил в наш клуб.

— Тот самый, что гадал у меня? — глаза Глейсиса тут же вспыхнули. — О Боже! Где он?

— Он уже ушел, — Анжелика и Эдвард в недоумении переглянулись, не понимая причин столь бурной реакции.

Глейсис взволнованно зашагал взад-вперед:

— Если он появится снова, а меня не будет в клубе, умоляю, обязательно узнайте, когда он придет в следующий раз!

— Глейсис, да в чем дело? Этот Клейн Моретти что-то с тобой сделал? — озадаченно спросил Эдвард.

Глейсис вскинул руки и, встретив пытливые взгляды Эдварда и Анжелики, с жаром ответил:

— Он потрясающий, невероятный, просто феноменальный…

Резко опустив руки и сделав акцент на трех эпитетах подряд, Глейсис во все горло выпалил:

— Врач!

Половина восьмого вечера. За обеденным столом семьи Моретти.

— Клейн, почему тебе, будучи консультантом, тоже приходится приходить так рано? Разве эти срочные дела охранной компании не таят в себе опасность? — Бансон наколол на вилку кусочек картофеля из тушеной с картошкой говядины, с затаенным беспокойством упомянув утренний инцидент.

Клейн осторожно выплюнул косточку жареной рыбы и, будучи готовым к подобным вопросам, ответил:

— Нужно было срочно переправить в Баклунд партию исторических документов. Мне пришлось присутствовать при описи, чтобы убедиться, что ничего не пропало. Сам понимаешь, эти любители махать кулаками ни черта не смыслят в древнем фейсакском языке.

Выслушав его ответ и прожевав еду, Бансон невольно вздохнул:

— Знания и впрямь невероятно важны.

Воспользовавшись моментом, Клейн достал оставшуюся пятифунтовую банкноту и протянул ее брату:

— Это премия, которую я сегодня получил. Тебе как раз давно пора купить приличный костюм.

— Пять фунтов⁈ — в один голос воскликнули Бансон и Мелисса.

Бансон взял купюру, осмотрел ее со всех сторон и, наполовину удивленно, наполовину недоверчиво, протянул:

— А эта охранная компания и впрямь на редкость щедрая…

Его собственное жалованье составляло всего один фунт и десять сулов в неделю. За четыре недели набегало ровно шесть фунтов — всего на фунт больше этой премии! И на эти деньги он умудрялся содержать младших брата и сестру, оплачивать вполне сносное жилье, кормить их мясом два-три раза в неделю и каждый год покупать по несколько новых вещей!

— И вы даже не сомневаетесь в моих словах? — нарочито поинтересовался Клейн.

Бансон усмехнулся: