Он вновь пощупал «Талисман Испепеляющего Солнца» и медный свисток Азика в кармане и с приятным удивлением обнаружил, что ледяная аура свистка вернулась.

Поможет это или нет, Клейн тут же выхватил стопку бумаги для гаданий с ручкой и лихорадочно набросал короткое послание:

«Тот самый ублюдок, что внес хаос в мою судьбу и выкрал череп вашего ребенка, объявился. Он „направил“ Мегос прямо к нам, в охранное предприятие „Черный Терн“ на Зотланд-стрит. Девушка с огромной долей вероятности беременна отродьем еретического бога».

«Ситуация критическая».

Захлопнув ручку и сложив письмо, Клейн, стоя прямо на перекрестке в подземелье, вытащил медный свисток и изо всех сил дунул. В следующую секунду перед ним вырос исполинский, сотканный из белых костей посланник.

В глубоком, погруженном в безмолвие подземном коридоре почти четырехметровый костяной посланник, сжимая в руке листок бумаги, растворился прямо на глазах у Клейна, не вызвав при этом ни малейших аномалий.

Дождавшись, пока вокруг не останется ничего, кроме элегантных газовых ламп на стенах, он спрятал медный свисток Азика и продолжил свой путь к вратам Чаниса.

Еще в процессе написания письма он всё тщательно обдумал и решил, какой именно Запечатанный артефакт собирается выбрать:

Во-первых, Запечатанные артефакты 3-го класса вряд ли способны оказать хоть какое-то влияние на младенца в животе Мегос. Разве что это будет нечто вроде Мутировавшего Священного Знака Солнца — артефакт, таящий в себе непостижимые секреты.

Но прямо сейчас, в подобной критической ситуации, у Клейна не было ни времени, ни желания копаться в тайнах, которые то ли существовали, то ли нет. К тому же любой Запечатанный артефакт имел свои изъяны и ограничения, доставляя владельцу массу неудобств, а порой и неся прямую угрозу. Поэтому юноша без малейших колебаний отмел все артефакты 3-го класса, которые не столько навредили бы врагу, сколько ослабили бы его самого.

Во-вторых, в распоряжении отряда Ночных Ястребов Тингена не было ни единого артефакта 1-го класса, а 2-го класса насчитывалось всего три штуки. Подобная информация относилась к категории секретных, и Клейн не имел права ее знать, но, учитывая экстренную ситуацию, Данн решительно воспользовался «особыми полномочиями» и ввел его в курс дела.

— Данн Смит, удерживая прах Святой Селены, физически не мог взять в руки ни один другой Запечатанный артефакт. Вообще ни один.

А три Запечатанных артефакта 2-го класса, покоящиеся за вратами Чаниса в Тингене, носили следующие номера: «2–030», «2–078» и «2–105».

«2–030» носил название «Неиссякаемый яд». Его происхождение было связано с одним внезапно сошедшим с ума Потусторонним неизвестной Последовательности. Тот перерезал себе запястья и покончил с собой, позволив всей своей крови стечь в обычный, небольшой серебряный кубок. Однако, когда его тело покинула последняя капля, кубок так и не наполнился до краев. Жидкость внутри обрела кристальную чистоту и манящий блеск, источая невыносимое искушение. Говорят, даже один Потусторонний 5-й Последовательности не смог устоять перед этим соблазном, выпил жидкость и рухнул замертво, отравленный на месте.

А после смерти жертвы яд капля за каплей проступал сквозь поры на ее коже, вновь собираясь воедино. Его объем оставался в точности таким же, как и в самом начале — ни каплей больше, ни каплей меньше.

Данн упоминал, что исследователи из Священного Собора всерьез подозревали: этот яд способен прикончить даже эксперта высокой Последовательности. Проблема крылась лишь в том, что высокоуровневые Потусторонние практически не поддавались его искушению. Да и внешние признаки «2–030» были слишком уж специфичными, чтобы выпить его по ошибке. Так что для их устранения пришлось бы сначала изловить их, надежно связать и влить отраву силой. Но если вы уже способны их скрутить, то зачем такие сложности?

«2–030» непрерывно, безостановочно соблазнял всех окружающих существ отведать свое содержимое. Владельцу приходилось концентрировать всю свою волю, чтобы противостоять этому зову. Стоило лишь на долю секунды расслабиться, как руки сами собой, словно повинуясь старой привычке, подносили отраву к губам.

Едва Данн успел закончить описание, как Клейн тут же вычеркнул этот Запечатанный артефакт из своего списка.

«2–078» носил говорящее имя «Врата Смерти». Внешне он выглядел как самая обычная деревянная дверь. Однако любое существо, переступившее ее порог, мгновенно падало замертво. Эксперты высоких Последовательностей в тестах не участвовали, так что их реакция оставалась загадкой.

Этот артефакт обладал признаками живого существа и то и дело порывался сбежать. Он умел менять свою форму, виртуозно маскируясь под уже существующие двери. И если владелец допускал оплошность, упуская его из-под контроля, ему приходилось быть предельно осторожным. Следовало категорически избегать любых дверей поблизости и покорно ждать подмоги на месте, либо же в буквальном смысле пробивать стену, чтобы выбраться наружу.

Клейн поначалу подумывал взять именно «2–078». Но, тщательно всё взвесив, пришел к выводу: интуиция мифического существа наверняка обострена до предела. Чудовище без труда распознает подделку и ни за что не шагнет во «Врата Смерти». Так что в реальном бою проку от этой штуки будет немного.

В конечном итоге его выбор пал на «2–105».

Этот Запечатанный артефакт звался «Вор кровеносных сосудов». Он представлял собой толстый, окоченевший кровеносный сосуд. Любой, кто прикасался к нему, независимо от наличия защиты, тут же начинал лишаться жизненных сил. Поначалу это было почти незаметно, но если контакт длился больше получаса, последствия становились пугающе очевидными. Данн рассказывал, что один сектант 5-й Последовательности продержался целых два часа. И за это время он превратился из тридцатилетнего крепыша в дряхлого, сгорбленного старца с дряблой кожей, редкими седыми волосами и полностью выпавшими зубами.

Главной же особенностью «2–105» было то, что его владелец получал шанс украсть одну способность у любой цели в определенном радиусе. Жертвами могли стать даже эксперты высокой Последовательности, хотя вероятность этого была заметно ниже.

Кража длилась ровно десять минут. В течение этого времени жертва полностью лишалась украденного навыка, в то время как владелец артефакта мог виртуозно применять его на практике. По истечении срока способность испарялась, а обворованному приходилось ждать до следующего дня, чтобы вернуть себе утраченные силы.

«Сработает или нет, но это хоть как-то поднимет наши шансы на победу с жалких пяти процентов до десяти. К тому же я, как-никак, Король Желтого и Черного, повелевающий удачей… Да и вообще, наша главная цель — перестраховаться и подготовиться к худшему. До драки дело может и не дойти… Остается лишь молиться, чтобы подкрепление прибыло как можно скорее…» — Клейн замер перед дверью комнаты дежурного, отбросив последние сомнения.

Что же касалось негативных последствий «2–105», то юноша ничуть о них не тревожился. По одной простой причине: он вовсе не собирался использовать его сам…

Его план заключался в том, чтобы спихнуть эту дрянь Леонарду. В конце концов, у него самого уже был «Талисман Испепеляющего Солнца», а заодно и медный свисток Азика, чья сила, возможно, больше не подавлялась.

«Мой дорогой однокурсник-поэт, настало время продемонстрировать свои истинные секреты…» — беззвучно пробормотал Клейн, заметив стоящую на пороге караульной комнаты Сику Трон.

Эта седовласая, черноглазая женщина, источающая ауру безмятежности и по совместительству подрабатывающая писательницей, помолчала несколько секунд и произнесла:

— Оставайся здесь и охраняй врата Чаниса.

— Моя сила превосходит твою, да и опыта у меня куда больше.

«Вот только у вас нет Талисмана Испепеляющего Солнца…» — усмехнулся про себя Клейн, а вслух ответил с улыбкой: