«Эх, если бы я только знал… Впрочем, забудь. Я всё равно не смог бы забрать награду, это попросту немыслимо…» — с легкой досадой он аккуратно сложил газету и устремил взгляд в окно мчащегося экипажа.

Именно в этот момент к нему пришло окончательное осознание: история с «Вице-адмиралом Ураганом» Цилангосом подошла к концу. Оставались лишь мелкие штрихи вроде той самой стопки дневников Росселя, которой должен был расплатиться «Повешенный».

Баклунд, район Чевуд.

Форс Уолл, чье лицо скрывала элегантная шляпка с вуалью, и Сью Дилча неспешно шли по улице, направляясь к ближайшему отделению банка «Бафат».

— Деньги всегда испаряются так незаметно, — со вздохом протянула Форс.

Сью с искренним пониманием закивала:

— И не говори.

— Какое счастье, что «Грозовая усадьба» пришлась публике по душе. Гонорары всё еще продолжают капать на мой счет. Иначе мне бы пришлось обивать пороги клиник и больниц, умоляя взять меня обратно в доктора, — с облегчением и легкой тревогой добавила писательница.

Сью замолчала на несколько секунд, а затем осторожно спросила:

— Слушай, а это расследование по делу Цилангоса никак не ударит по твоей писательской карьере? Вдруг мы уже попали на карандаш к Карателям или Ночным Ястребам…

— Нет, на карандаш попала исключительно ты, — тихонько рассмеялась Форс. — Кто бегал в полицейский участок с заявлением? Ты. Кто отправлял анонимки? Ты. И кто успел прославиться в криминальных кругах и на закоулках Восточного района? Тоже ты. А я, Форс Уолл, всего лишь популярный нынче автор бестселлеров.

— … — Сью на мгновение опешила. — Выходит, всё это время ты просто составляла мне компанию?

Форс кокетливо поправила волосы и, понизив голос, ответила с улыбкой:

— А разве тебе не кажется, что это был весьма занимательный опыт? Хм… По правде говоря, эта затея подарила мне массу вдохновения. Мой следующий роман будет посвящен хитросплетениям судеб, закрученным вокруг одного внезапного убийства.

Сью окончательно лишилась дара речи. Опустив голову, она молча побрела вперед и так ушла в себя, что едва не пропустила нужный поворот, пока Форс вовремя не дернула ее за рукав.

И в этот самый миг до их ушей донеслись звонкие крики мальчишек-газетчиков:

— Экстренный выпуск! Экстренный выпуск! «Вице-адмирал Ураган» Цилангос убит в Баклунде!

— А? Что? — Сью и Форс растерянно переглянулись, не веря собственным ушам.

Лишь когда газетчик пробежал мимо, раз за разом надрывая глотку одной и той же фразой, до них наконец-то дошел смысл сказанного.

— Что? Цилангос мертв? — Форс отказывалась верить в происходящее.

— Он и впрямь мертв! Но как он мог так внезапно отдать концы! — ошарашенно выпалила Сью, которая еще минуту назад всерьез опасалась кровной мести от этого безжалостного пирата.

Разве всё не должно было идти по нормальному плану? Сначала — найти зацепки и вычислить мотивы Цилангоса. Затем — собрать команду опытных Потусторонних и устроить блестящую засаду. И лишь потом, в ходе тяжелой битвы, повергнуть морского волка… А в итоге пират просто взял и помер, когда они даже не успели закончить первый этап! Помер так легко и буднично!

Форс и Сью уставились друг на друга, застыв на обочине, словно две мраморные статуи.

Спустя пару десятков секунд Сью сорвалась с места, подлетела к газетчику и купила утренний выпуск «Газеты Тассок».

Это издание по праву входило в тройку самых тиражных газет Королевства Лоэн.

— Ого… Цилангос действительно мертв. Застрелен телохранителями герцога Нигена… О Богиня, телохранители герцога Нигена — это же… — Сью вовремя прикусила язычок, проглотив окончание фразы: «могущественные Потусторонние».

Форс смерила подругу взглядом, полным искренней жалости:

— И ты вот так запросто поверила газетной писанине…

— Ну хорошо. Возможно, кто-то другой оказался проворнее нас и разгадал планы Цилангоса заранее. И тогда Каратели, Ночные Ястребы, Механизм Разума или какой-нибудь спецотдел военных объединили усилия и устроили ему безупречную засаду… — Сью на мгновение замерла, а затем протяжно, с облегчением выдохнула: — Зато теперь нам не о чем волноваться. Мы можем спокойно вернуться к своей обычной жизни. Правда, в тот район, где расположен тот самый полицейский участок, нам лучше пока не соваться.

Она покосилась на Форс и с легкой тревогой в голосе спросила:

— Как думаешь, сколько мисс Одри заплатит нам за работу в свете таких событий? Я прекрасно понимаю, что для нее пара сотен фунтов — сущие копейки. Но ведь мы так и не выполнили ее поручение до конца…

— Не бери в голову. Как минимум, именно благодаря нам Цилангос был вынужден высунуться из тени. То, что он засуетился, наделал ошибок и угодил в засаду — в этом есть и наша заслуга, — принялась успокаивать ее Форс. — Зная невероятную щедрость мисс Одри, я ничуть не сомневаюсь: даже если она не выплатит нам всю сумму целиком, половина нам обеспечена.

— Ох, искренне на это надеюсь… — Сью глубоко вдохнула и с мечтательным блеском в глазах прошептала: — Интересно, кому же в итоге достанется та награда в десять тысяч фунтов…

— До чего же завидно! Будь у меня такие деньжищи, я бы уже давно перешагнула на 7-ю, а то и на 6-ю Последовательность! А так мне остается лишь смотреть, как шансы уплывают сквозь пальцы! — Форс тоже не удержалась от вздоха, но быстро взяла себя в руки и добавила: — Сью, давай договоримся: в ближайшее время мы ни за что не будем искать встреч с мисс Одри. Будем ждать, пока она сама не выйдет на связь. Смерть Цилангоса наверняка таит в себе массу пугающих секретов, о которых нам лучше не знать. Если мы сейчас сунемся к ней, то рискуем навлечь на себя смертельную беду.

— Мадам Шэрон? — Данн, судя по всему, прекрасно знал вдову барона Хоя, самую известную светскую львицу Тингена.

Супруга члена совета Мейнарда повернула голову и посмотрела на сопровождавшую ее в охранное предприятие «Черный Терн» худенькую даму, так и не проронив ни слова.

Худенькая леди, облаченная в такие же черные платье и шляпку, тщательно подбирая слова, произнесла:

— Да, мадам Шэрон. Вдова покойного старого барона из семьи Хой. Она… она…

Запнувшись на пару секунд, худенькая леди внезапно взорвалась от гнева:

— Она просто шлюха!

Услышав это ругательство, Клейн тут же вспомнил тот самый пикантный эпизод, который ему довелось подглядеть, и то, как мадам Шэрон, прикрываясь напускной робостью, сохраняла ледяное хладнокровие. Это заставило его еще больше поверить в ходящие по городу слухи, и он невольно проникся сочувствием к покойному старому барону:

«Не то чтобы мадам Шэрон запрещалось выходить замуж во второй раз, но вести себя настолько распущенно… Эх, над могилой старого барона, должно быть, колосится целое поле густой зеленой травы…»[142]

Лицо Данна не дрогнуло. Опустившись на диван напротив, он произнес своим густым, бархатистым голосом:

— Однако это не имеет ровным счетом никакого отношения к тому, является ли она преступницей.

— Вы прекрасно понимаете, как и я, что мадам Шэрон обладает огромным влиянием в Тингене. Если мы начнем следить за ней и вести наблюдение без веских на то оснований, это с легкостью может привести к неразрешимым проблемам и крайне скверным последствиям.

— Она и есть преступница! — с ненавистью выкрикнула худенькая леди. — Она повинна в смерти моего брата! Но ее любовники оказали колоссальное давление на полицию, заставив их состряпать заключение, будто мой брат скоропостижно скончался от чрезмерных возлияний и безудержных плотских утех. Все они — преступники!

«Любовники…» — Клейн еще секунду посочувствовал старому барону, заодно сообразив, кем приходится эта дама. Она была сестрой покойного члена совета Мейнарда.

«Вполне логично. В делах, пропитанных подобными скандалами, прислугу с собой не берут. Довериться можно лишь родной крови…» — юноша с пониманием кивнул.