— Например? — Клейну вдруг стало страшно.

Карета мчалась по почти пустынным улицам. Данн достал трубку и понюхал табак:

— Когда нам кажется, что дело закрыто и все вернулось на круги своя, ужас может нагрянуть вновь самым пугающим и жутким образом.

— Несколько лет назад мы расследовали дело одного культа. Они заставляли верующих совершать массовые самоубийства в качестве кровавой жертвы, чтобы угодить своему злому божеству. Когда очередь дошла до одного из сектантов, инстинкт выживания победил его глупость, фанатизм и действие галлюциногенов. Он тайно сбежал и заявил в полицию.

— Это дело передали нам. Пустяковая задача, ведь среди культистов не было Потусторонних, а божество, которому они поклонялись, их лидер выдумал сам — просто чтобы наживаться на людях и удовлетворять свои извращенные желания, растеряв последние остатки человечности.

— Нам хватило всего двоих оперативников и поддержки полиции, чтобы успешно разобраться с культом; ни один не ушел. А что касается того заявителя, мы также убедились, что на нем не осталось следов злых духов, не висит проклятие, и тем более нет никаких психологических травм, расщепления личности или других странностей.

— Впоследствии он построил неплохую карьеру, женился на прекрасной женщине, у них родились мальчик и девочка. Казалось, все тени прошлого покинули его, а былой ужас и кровь растворились без следа.

Сказав это, Данн Смит усмехнулся:

— Но в марте этого года, будучи финансово благополучным, любящим мужем и отцом прекрасных детей, он умер. Задушил сам себя в собственном кабинете.

Багровый свет луны лился в окно кареты, освещая фигуру Данна Смита.

В этот миг его самоироничная улыбка показалась Клейну жуткой. До невыразимого жуткой.

«Задушил сам себя…» — Клейн беззвучно втянул холодный воздух, словно уже предвидя свой собственный трагический финал.

«Даже если ему удалось избежать смерти сейчас, это лишь временная отсрочка?»

«Как решить эту проблему раз и навсегда?»

«Стать Потусторонним и дать отпор?»

В карете повисла тишина. В голове Клейна роились бесчисленные мысли, сменяя друг друга.

В этом тягостном молчании карета ехала долго и очень быстро.

Как раз в тот момент, когда Клейн решился отбросить стеснение и попросить у Данна Смита совета, как с этим справиться, экипаж остановился.

— Мистер Смит, мы прибыли к дому Уэлча, — донесся до них голос кучера.

— Выходим, — Данн поправил свой длинный, до колен, черный плащ. — О, я представлю ее заранее. «Эксперт» официально маскируется под самого известного медиума в графстве Ахоа.

Отложив в сторону свои мысли, Клейн с любопытством спросил:

— А кто она на самом деле?

Данн развернулся вполоборота и ответил с бездонной глубиной в серых глазах:

— Настоящий «Медиум».

«Настоящий медиум…» — мысленно повторил Клейн это описание, ничего не ответил и вслед за Данном Смитом вышел из кареты.

Дом, который снимал Уэлч в Тингене, представлял собой отдельный особняк с садом. Снаружи, за коваными воротами с ажурными узорами, пролегала дорога, достаточно широкая, чтобы по ней могли ехать четыре кареты одновременно. По обеим сторонам дороги через каждые пятьдесят метров стояли уличные фонари; они отличались от тех, что Клейн видел в своей прошлой жизни, — это были газовые фонари высотой примерно с взрослого мужчину, удобные для зажигания.

Черный металл плотно прилегал к стеклу, образуя решетку и создавая классические «произведения искусства», похожие на переносные фонари, в которых танец холода и тепла сливался воедино, а тень сосуществовала со светом.

Ступая по дороге, залитой тускло-желтым светом, Клейн и Данн Смит прошли через полуоткрытые железные ворота и вошли на территорию, арендованную Уэлчем.

Прямо напротив ворот пролегала заасфальтированная дорожка, шириной в две кареты, ведущая прямо к двухэтажному дому.

Слева от нее находился сад, а справа — газон; легкий аромат цветов и свежий запах зелени сплетались воедино, успокаивая душу и радуя сердце.

Едва переступив порог, Клейн вдруг почувствовал, как волоски на его теле встали дыбом, и он начал нервно оглядываться по сторонам.

Ему казалось, что в саду, в тени газона, на крыше дома, за качелями, в каждом темном углу за ним наблюдают чьи-то глаза!

Хотя здесь было совершенно пусто и безлюдно, Клейн чувствовал себя так, словно оказался на оживленной улице.

Этот жуткий контраст, это странное ощущение заставили его тело напрячься, а от копчика вверх пополз ледяной холодок.

— Здесь что-то не так! — не выдержав, он открыл рот, чтобы предупредить Данна.

Данн, шедший сбоку с неизменным выражением лица, спокойно ответил:

— Не обращай внимания.

Услышав такие слова от Ночного Ястреба, Клейн, превозмогая пугающее до мурашек чувство, будто за ним следят, подглядывают и оценивают, но он не может найти источник, шаг за шагом приблизился к парадной двери особняка.

«Если я побуду в такой обстановке подольше, то точно стану неврастеником…» — когда Данн протянул руку, чтобы постучать, Клейн снова быстро обернулся и окинул взглядом двор: цветы покачивались на ветру, но ни единого силуэта видно не было.

— Входите, джентльмены, — донесся из дома слегка неземной голос.

Данн повернул ручку, толкнул дверь и, войдя внутрь, обратился к сидевшей на диване женщине:

— Дейли, есть результаты?

Люстра в гостиной не горела. Кожаные диваны — один большой и два поменьше — стояли вокруг журнального столика из мрамора.

На столике горела свеча, но ее пламя отливало ярким синим цветом, покрывая полуоткрытое пространство гостиной, столовой и кухни колеблющимися, жуткими оттенками.

Прямо посередине длинного дивана сидела дама; она была одета в черную мантию с капюшоном, на веки и щеки были нанесены синие тени и румяна, а открытые запястья обвивала серебряная цепочка с подвеской из белого кристалла.

При первом же взгляде на нее у Клейна возникло необъяснимое чувство: она вырядилась как самый настоящий медиум…

«Она что, занимается косплеем самой себя?»

Медиум Дейли, обладавшая демонической, пугающей красотой, скользнула своими мерцающими изумрудными глазами по Клейну и, посмотрев на Данна Смита, произнесла:

— Первоначальные духи исчезли, включая духов Уэлча и Наи, а малыши, которые сейчас здесь, ничего не знают.

«Духи? Медиум… Так те невидимые наблюдатели только что были духами? Их тут так много?» — Клейн снял шляпу, прижал ее к груди и, слегка поклонившись, сказал:

— Добрый вечер, мадам.

Данн Смит, в свою очередь, вздохнул и произнес:

— Действительно, сложная ситуация…

— Дейли, это Клейн Моретти. Попробуй узнать, сможешь ли ты выяснить что-нибудь с его помощью.

Взгляд медиума Дейли тут же переместился на Клейна; указав на одноместное кресло сбоку, она сказала:

— Присаживайтесь.

— Спасибо, — Клейн кивнул, в несколько шагов подошел к креслу и послушно сел; его сердце невольно забилось быстрее.

Будет ли он жить или умрет, пройдет ли все гладко или его секрет раскроют — все зависело от того, что произойдет дальше!

И больше всего его угнетало то, что он сам не имел ничего, на что мог бы опереться, и ему оставалось лишь уповать на свою особенность…

«Это действительно очень скверное чувство…» — с горечью подумал Клейн.

Пока Данн садился на двухместный диван напротив него, медиум Дейли достала из потайного кармана на поясе два стеклянных пузырька размером с большой палец.

С улыбкой глядя на Клейна своими изумрудными глазами, она сказала:

— Мне понадобится небольшая помощь. В конце концов, вы не враг, и я не могу действовать столь прямолинейно и грубо. Это вызовет у вас дискомфорт, боль и даже может оставить серьезные последствия. Я дам вам немного аромата, обеспечу достаточную мягкость и смазку, чтобы вы понемногу раскрылись и по-настоящему погрузились в это чувство.