Едва переступив порог, Клейн и его спутники удостоились весьма радушного приема. Молодая женщина, облаченная в бледно-желтое платье с воланами, проводила их к мягким диванам и с профессиональной улыбкой спросила:

— Чем могу быть вам полезна?

— Мы бы хотели нанять горничную для черной работы, — в такие моменты Клейн и Мелисса неизменно выдвигали Бансона на роль переговорщика.

— У вас есть какие-то конкретные требования? — заученным тоном поинтересовалась женщина.

Бансон, живо припомнив разительный контраст между собственными кулинарными талантами и стряпней Клейна, предельно искренне заявил:

— Она должна хорошо готовить.

— Хорошо готовить? — сотрудница удивленно вскинула брови. — Скажу вам прямо: среди прислуги для черной работы вы не найдете поварих. Может, вам стоит нанять кухарку? Если вам принципиально нужна женщина, в нашей Ассоциации их немало.

— Совсем нет тех, кто умеет готовить? — не удержалась от вопроса Мелисса, видя, как ее тщательно выверенный список терпит фиаско на первом же пункте.

Молодая женщина кивнула с непоколебимой уверенностью:

— Горничные для черной работы — это либо дочери портовых грузчиков, либо деревенские девчонки. Их познания в кулинарии до смешного скудны. И даже после наших базовых курсов максимум, что они могут гарантировать — это то, что от их стряпни вас не скрутит с отравлением.

«…» — Мелисса погрузилась в молчание, на собственной шкуре познав истину: никакой план не выдержит столкновения с реальностью.

— Какая жалость, — немного поразмыслив, Бансон перестроил фразу: — Что ж, тогда мы готовы слегка смягчить условия. Нам нужна та, кто горит желанием научиться готовить и обладает к этому способностями.

«А Бансон-то молодец, соображает на лету… Обойдутся и без моих ремарок…» — Клейн сидел рядышком. Одной рукой опираясь на трость, а во второй сжимая шляпу, он чувствовал себя абсолютно расслабленным и безмятежным.

— С этим не возникнет никаких проблем. На наших кулинарных курсах мы всегда берем на карандаш самых смышленых учениц, — с профессиональной улыбкой отозвалась сотрудница. — Будут еще какие-нибудь пожелания?

— Да, — под тяжелым взглядом Мелиссы Бансон нервно сглотнул, вытащил из кармана тот самый листок и принялся зачитывать требования одно за другим.

Женщина слушала его в полном оцепенении и лишь спустя добрую минуту смогла выдавить ответ:

— Я… я сейчас же отсортирую картотеку и подберу для вас несколько подходящих кандидатур. Вам совершенно не обязательно принимать решение прямо сейчас. Выберите двух-трех, от силы четверых девушек. Я лично приведу их к вам домой для пробного рабочего дня, и уже потом вы решите, кого именно нанять. Разумеется, за эту услугу придется доплатить Ассоциации сверх обычной комиссии, да и продукты для готовки лягут на ваши плечи.

— Хорошо, — Бансон сложил листок и вежливо кивнул.

Сотрудница в желтом платье поднялась, сделала пару шагов к внутренним кабинетам, но вдруг остановилась, обернулась и с неловкой улыбкой попросила:

— Вы не могли бы одолжить мне этот листок? Боюсь, я просто не в силах запомнить столько условий…

— Без проблем, — едва сдерживая смех, ответил Бансон.

Спустя некоторое время девушка в светло-желтом платье вернулась с пухлой стопкой досье и передала их Бансону.

В этих анкетах были скрупулезно прописаны реальные имена кандидаток, год их рождения, семейное положение, описание внешности, состояние здоровья, опыт работы, особые навыки и ожидаемое жалованье.

Воспользовавшись тем, что Бансон и Мелисса с головой ушли в чтение, Элизабет придвинулась к Клейну и тихонько шепнула:

— А у вас нет никаких требований?

— Есть, но весьма размытые, — небрежно отмахнулся Клейн.

Это лишь подогрело любопытство Элизабет:

— И как же вы будете выбирать?

Клейн тихонько усмехнулся. Указав на левый манжет, под которым прятался маятник, он ответил:

— Ну как же! Напишу соответствующее утверждение и буду перебирать кандидаток по одной. Нагадаю ту, что станет идеальной горничной для нашей семьи.

«…» — Элизабет впала в ступор. Лишь спустя добрый десяток секунд она слегка растерянно закивала: — И в самом деле, самый простой и надежный метод… Как я могла забыть, кто вы на самом деле…

Она осеклась на полуслове. Мелисса, обладающая поразительным чутьем, заметила их перешептывания и вперила в них пристальный взгляд.

Окинув брата и подругу долгим, изучающим взглядом, девочка напустила на себя вид глубоко задумавшегося человека.

«Эй, сестренка, только не выдумывай себе лишнего! У нас просто обычная светская беседа…» — Клейн легонько откашлялся, решительно придвинул к себе часть анкет и сделал вид, будто увлечен чтением.

Вскоре они сузили круг поисков до трех кандидаток, чьи зарплатные ожидания колебались от четырех сулов и восьми пенсов до пяти сулов и двух пенсов в неделю.

Бансон не стал торговаться и сбивать жалованье горничных, переключив весь свой переговорный пыл на сотрудницу Ассоциации, сбивая размер дополнительных комиссионных.

После весьма оживленной, но дружелюбной дискуссии он умудрился скостить плату с двухнедельного жалованья служанки до одной недели. Правда, им пришлось согласиться на дополнительный сул в качестве оплаты за карету, на которой сотрудница привезет девушек для пробного дня.

Ударив по рукам, компания распрощалась с Элизабет. Трое Моретти сели в общественный экипаж и поехали обратно на улицу Нарциссов.

Всю дорогу Клейн ловил на себе цепкие, оценивающие взгляды Мелиссы, от которых ему становилось жутко не по себе. Едва переступив порог дома, он намеревался пулей взлететь на второй этаж.

— Клейн, — окликнула его сестра. Тщательно взвесив каждое слово, она с предельной торжественностью заявила: — Если ты планируешь обручиться с Элизабет, тебе придется вкалывать втрое больше. Ее отец — весьма успешный торговец импортом и экспортом, а мать — дочь баронета… то есть, как у нас говорят, лорда…

«Погодите-ка, обручиться? С каких это пор⁈» — Клейн обернулся и уставился на сестру в полнейшем, абсолютном недоумении.

«До чего же далеко зашли ее фантазии…»

— Нет, мы вовсе не… — Клейн не успел договорить, как Бансон с улыбкой перебил его:

— Пусть Элизабет и впрямь немного молода, а статус ее семьи заметно превосходит наш, но я всё же считаю, что вы друг другу отлично подходите. Просто тебе придется подождать пару-тройку лет. Она учится в грамматической школе, метит в университет, так что о свадьбе можно будет думать лишь лет через шесть-семь. Впрочем, вы вполне можете для начала обручиться.

«…И зачем вы вообще заглядываете так далеко вперед…» — Клейн мысленно выдохнул и произнес:

— Я вовсе не влюблен в Элизабет. Эм, если быть точным, мне просто не по душе девушки, которые настолько младше меня. Мне нравятся те, что постарше.

«На самом деле, в разумных пределах возраст для меня не проблема, но только не сейчас…» — бессильно добавил он про себя.

— Постарше? — Мелисса слегка нахмурила брови. — Значит, тебе нужно решить вопрос с женитьбой как можно скорее.

— А? — Клейн, совершенно сбитый с толку внезапными скачками женской логики, растерянно переспросил: — Почему это?

Мелисса с абсолютно серьезным видом пустилась в объяснения:

— Пока ты накопишь достаточно денег на свадьбу, тебе стукнет двадцать пять или двадцать шесть. Девушки постарше к этому возрасту либо уже давно замужем, либо обручены. Ты что, собираешься ухаживать за вдовой?

«Да что за чушь…» — Клейн в полном оцепенении мысленно ответил ей фразой на чистом китайском.[137]

«Пусть я и не до конца всё поняла, но звучит чертовски логично…» — Сью и Форс переглянулись. Серьезно кивнув, они забрали документы, поднялись со своих мест и откланялись.

Проводив взглядом двух леди, которых выпроваживал его помощник, седовласый Айзенгард выудил из кармана жилета латунный брелок. Это была крошечная, раскрытая книжица, в самом центре которой красовался вертикальный глаз.