Эл Хассен, Борджиа и Леонард Митчелл тоже валялись на земле: кто-то тихо стонал от боли, кто-то тщетно пытался встать.

Клейн только собирался облегченно выдохнуть, как вдруг заметил в двух-трех метрах от себя знакомый предмет.

Железный черный чемодан перестал катиться и лежал, уставившись испещренной трещинами стороной прямо в небо.

Оттуда высунулась тонкая, коричневатая рука.

«Запечатанный артефакт… „2–049“… Твою мать!» У Клейна екнуло сердце. Он тут же захотел отпрыгнуть на несколько метров назад, чтобы вырваться из радиуса действия «2–049».

Оказывается, взрывной волной железный черный ящик отбросило прямо к нему!

И в этот самый миг в голове Клейна раздался резкий гул, а его мысли погрузились в вязкий, непреодолимый ступор.

«Проклятье! Меня взяла под контроль марионетка!»

«Капитан и остальные либо без сознания… либо еще не пришли в себя и не могут даже подняться… Они просто не успеют… разбудить меня…»

«Нет… я должен… спастись сам!»

В глазах Клейна всё превратилось в замедленную съемку из прошлой жизни. Казалось, в каждый сустав его тела и даже в сам мозг, отвечающий за мысли, заливали все больше и больше густого клея.

У него не было ни малейшего желания становиться живой куклой. Цепляясь за ускользающие крохи контроля над собой, юноша отчаянно искал способ спастись.

«Ударить себя… точно… не выйдет… нужна… внешняя сила…»

«Внешняя сила… стоит попробовать…»

Времени на долгие раздумья и колебания не оставалось. За пару секунд ухватившись за спасительную мысль, Клейн заставил свои «заржавевшие» колени сдвинуться с места и сделал один шаг против часовой стрелки.

В то же время он даже не пытался вырваться из невидимой удавки, сдавившей его горло, а лишь мысленно начал читать заклинание:

«Бессмертный… Владыка… Небес…»

Он собирался использовать таинственный мир над серым туманом, чтобы пробудить себя и вырваться из процесса ассимиляции Запечатанного артефакта «2–049»!

Хрусь-хрусь! Колени и лодыжки Клейна издали натужный, скрежещущий звук. Медленно, неестественно изгибаясь, он сделал еще один шаг против часовой стрелки.

«Бессмертный… Владыка… Земли…»

Мысли становились все более тягучими и вязкими. Клейн чувствовал себя старым компьютером, на который разом установили все возможные антивирусы и громоздкие программы: зависая на каждом движении, он с огромным трудом поднял левую ногу и шагнул в нужную точку:

«Бессмертный… Владыка… всего…»

Разум Клейна коченел, мысли ползли со скоростью улитки. Лишь на одних голых инстинктах он заставил себя сделать последний шаг.

На этом этапе он прекрасно понимал: контроль марионетки почти стал абсолютным. Даже если Эл Хассен прямо сейчас вскочит и бросится к нему на выручку, он, скорее всего, уже не сможет его разбудить.

Но неистовая жажда жизни заставила его мысленно выдавить из себя последнюю строчку заклинания:

«Бессмертный… Владыка… Небес… и… Земли…»

Едва последняя мысль угасла, как в голове внезапно взорвались неистовые, безумные вопли и шепотки. Они в одночасье смели его застывшие мысли, разбив их вдребезги на множество неконтролируемых обрывков.

Разум Клейна превратился в бурлящий котел с кашей. Находясь в полубреду, он почувствовал, как его «тело» теряет вес, а Духовность устремляется ввысь.

Бескрайний серо-белый туман и россыпь темно-красных звезд вновь предстали перед его мысленным взором — безмолвные, таинственные и размытые.

Хаотичные мысли Клейна стремительно улеглись. Вновь обретя способность соображать, он увидел величественный, монументальный храм.

— Фух… Слава богу, сработало, — прошептал он, содрогаясь от запоздалого ужаса.

Опираясь на прежние наблюдения, он прекрасно понимал: стоит лишь окончательно угодить под контроль Запечатанного артефакта «2–049», как это будет равносильно смерти. В обычных обстоятельствах от этого не спасли бы ни лекарства, ни какие-либо другие методы.

К счастью, его «ритуал на удачу» и таинственный мир над серым туманом явно выходили за рамки этих самых «обычных обстоятельств»!

Сделав пару шагов взад-вперед, Клейн принялся обдумывать свое нынешнее положение:

«Я ведь не могу оставаться здесь вечно?»

«Если дождусь, пока капитан и остальные очнутся или подойдут ближе, я просто не смогу объяснить им, что со мной произошло…»

«Сейчас от „меня“ там осталось лишь физическое тело. Я стал больше похож на живого мертвеца, чем настоящие зомби…»

«Но если рискнуть и вернуться, нет никаких гарантий безопасности… А что, если „2–049“ снова возьмет меня под контроль?»

Среди этого вихря мыслей Клейн внезапно хлопнул себя по лбу и со смешком пробормотал:

— Похоже, я до сих пор так и не свыкся со своей ролью «Провидца»!

Едва договорив, он мгновенно материализовался во главе длинного бронзового стола, усевшись в кресло с высокой спинкой, украшенное таинственным символом.

Клейн протянул руку и взял возникшую из ниоткуда перьевую ручку.

Вжик, вжик! На иллюзорном листе белой бумаги появилась короткая фраза:

«Возвращаться в реальный мир безопасно».

Затем Клейн извлек из кармана проекцию своего маятника. Проведя здесь несколько собраний, он уже давно заметил: любые предметы, которые он носил с собой в реальности, проецировались в пространство над серым туманом, пусть и выглядели слегка призрачными.

Взяв серебряную цепочку в левую руку, он опустил кулон из желтого кварца так низко, что тот почти касался бумаги — самого «события».

Дождавшись, пока маятник замрет, он полуприкрыл глаза и с абсолютно безмятежным сердцем принялся мысленно повторять написанное:

«Возвращаться в реальный мир безопасно».

Раз за разом, не пропуская ни единого шага, Клейн проводил полноценное гадание методом лозоходства.

Открыв глаза, он увидел, как кристально чистый желтый кварц медленно раскачивается, увлекая за собой серебряную цепочку во вращение по часовой стрелке.

«По часовой — да, против — нет… Возвращаться в реальный мир безопасно…» Клейн с облегчением выдохнул. По привычке убрав цепочку, он высвободил свою Духовность, окутал ею тело и сымитировал стремительное падение вниз.

Туманная пелена и темно-красные звезды размылись и рванулись вверх. Вскоре Клейн увидел собственное застывшее тело, а также коричневатую марионетку, наполовину высунувшуюся из железного чемодана. Приглядевшись, он заметил, что Запечатанный артефакт, кажется, прекратил всякую активность.

Ощущения от физического тела хлынули в мозг. Юноша уже собирался пошевелить рукой, чтобы проверить свое состояние, как вдруг его ушей коснулся голос, принесенный порывом ветра:

— Хочешь, чтобы тебя разбудили? Поклянись выполнить одну мою просьбу, и я тебя спасу.

— Мне нужно, чтобы ты забрал тот самый дневник семьи Антигон и отдал его мне.

— Если согласен — кивни. Я знаю, что этот жест тебе еще под силу.

«Кто это? Хм, „2–049“, похоже, больше не пытается взять меня под контроль… Ну да, артефакт не воздействует на одного и того же человека непрерывно, должен быть какой-то интервал между воздействиями…» — Клейн едва не подпрыгнул от неожиданности, но внешне остался абсолютно неподвижным.

В этот момент невидимый собеседник торопливо добавил:

— Если выполнишь поручение, получишь дополнительную награду. Я знаю, что ты «Провидец». И мне прекрасно известно, что у Церкви Богини Вечной Ночи нет рецепта 8-й Последовательности для этого пути. Зато он есть у нашего Тайного Ордена, и мы готовы им поделиться.

— Скажу честно: когда-то я сам был «Провидцем», иначе ни за что не рискнул бы вернуться. И чтобы доказать свою искренность, я раскрою тебе секрет прямо сейчас. Зелье 8-й Последовательности, следующее за «Провидцем», называется «Клоун».

«Клоун»? Тайный Орден… От изумления Клейн едва не выпал из своего оцепенелого «марионеточного» состояния.

Ему и в страшном сне не могло привидеться, что пути «Провидца» и «Клоуна» как-то связаны.