— О, встреть вы меня в банке, боюсь, ваше мнение было бы иным, — мистер Вуд от души рассмеялся.

Обменявшись любезностями, Селена в своем новом длинном платье вприпрыжку повела гостей внутрь. Она то нормальным голосом сообщала, что «Элизабет уже пришла», то переходила на заговорщицкий шепот, адресованный Мелиссе: «Твои братья оказались куда симпатичнее, чем я думала».

«Эй, у меня вообще-то отличный слух… Пусть это и комплимент…»

Клейн со вздохом смотрел в спины идущих впереди шестнадцатилетних девушек.

«Хотя постойте, в моем нынешнем виде до звания „симпатичного“ мне еще шагать и шагать… Боже, мисс Селена, какими же уродами вы нас с Бансоном себе представляли? Один — замкнутый, неряшливый тип с бледной кожей и потухшим взглядом, а второй — лысеющий и рано постаревший старик?»

Клейн машинально потер переносицу и принялся прилежно практиковать Духовное зрение.

«Мисс Селена абсолютно здорова, эмоциональный фон — сплошной восторг и счастье… А вот у мистера Вуда-старшего намечаются небольшие проблемы с легкими. Ну да, вон и трубка торчит…»

В отличном настроении Клейн сканировал ауры присутствующих.

— Элизабет, смотри, Мелисса пришла! — радостно крикнула Селена кому-то впереди.

Навстречу им вышла девушка в голубом кружевном платье. У нее были вьющиеся от природы каштановые волосы и очаровательные пухлые щечки, выдающие юношескую припухлость.

Клейн на секунду остолбенел. Он прекрасно знал эту особу.

На подпольном рынке артефактов он лично помогал ей выбрать амулет!

Элизабет поздоровалась с Мелиссой, а затем перевела взгляд на Бансона и Клейна.

Она замерла, слегка нахмурившись, словно силясь что-то вспомнить.

Но уже в следующую секунду на ее лице расцвела улыбка, и она как ни в чем не бывало вежливо с ними поздоровалась.

Клейн тоже сделал вид, что они незнакомы. Под предводительством мистера Вуда братья прошли в гостиную, где их представили брату Селены, Крису, и другим гостям.

Наблюдая, как Бансон, выбрав темой для разговора их соседа мистера Шода, непринужденно и весело общается с Крисом и остальными солиситорами, Клейн невольно почувствовал укол зависти.

«Мне бы такие навыки светской беседы…»

Взяв с углового столика бокал аперитива, он предпочел остаться молчаливым слушателем, лишь изредка кивая и вставляя вежливые смешки.

Вскоре все гости собрались, и званый ужин официально начался.

Поскольку гостей было слишком много, разместить всех за одним столом не представлялось возможным. Поэтому ужин проходил в формате шведского стола. Горничные выносили подносы с говяжьими стейками, жареной курицей, рыбой в кляре и картофельным пюре, расставляя их на разных столах. Лакеи же аккуратно нарезали мясо, чтобы каждый мог взять себе подходящую порцию.

Глядя на изысканные эмалированные тарелки и серебряные приборы, Клейн мысленно присвистнул. Для семьи, принадлежащей лишь к среднему классу, подобный размах казался чрезмерной роскошью.

«Раз уж они так богаты, к чему Крису еще несколько лет копить деньги на свадьбу?»

В памяти всплыли недавние слова Мелиссы.

«Хм, возможно, именно ради того, чтобы собрать подобный сервиз, ему и нужны эти годы. Для таких семей внешний лоск и статус важнее всего!»

Размышляя об этом, Клейн взял фарфоровую тарелку, подошел к столу и наколол на вилку кусок мяса в медовой глазури.

В этот момент к нему подошла Элизабет с ее очаровательными пухлыми щечками. Глядя на еду, она тихо произнесла:

— Так вы, оказывается, брат Мелиссы… Спасибо вам. Селена просто в восторге от амулета, который я ей подарила. Говорит, стоило ей его надеть, как она сразу почувствовала прилив сил и здоровья.

«Селена… Амулет…»

Клейн тут же вспомнил, как эта юная леди объясняла причину покупки на рынке:

«Подарок на день рождения для подруги, увлекающейся мистицизмом!»

«Значит, эта подруга — Селена? Селена увлекается оккультизмом?»

Клейн слегка нахмурился, но вежливо улыбнулся:

— Скорее всего, сработал эффект плацебо.

Сказав это, он приготовился выслушать очередную порцию дифирамбов в адрес императора Росселя.

Однако Элизабет лишь недоуменно хлопнула ресницами:

— А что такое плацебо?

— Это исключительно психологический эффект. Порой, если мы свято верим в свое исцеление, организм действительно идет на поправку, — вкратце пояснил Клейн.

— Нет, она сказала, что этот амулет совершенно не похож на те, что она покупала раньше. Ощущения совершенно другие, — упрямо стояла на своем Элизабет.

Склонив голову набок, она с любопытством посмотрела на Клейна:

— Ни за что бы не подумала, что брат Мелиссы окажется экспертом в области мистицизма.

— Знаете ли, я ведь изучаю историю, а там без столкновения с подобными вещами никуда, — Клейн изящно перевел тему и поинтересовался: — Вы тоже учитесь в Тингенской технической школе?

— Нет, раньше мы с Селеной и Мелиссой учились в одной школе, но потом они перевелись в техническую, а я поступила в Ивос, тут неподалеку, — со всей серьезностью ответила Элизабет.

Общественные школы в этом мире не имели ничего общего с бесплатными государственными учреждениями. Они выросли из лучших грамматических школ и ставили своей целью подготовку учеников к поступлению в университеты. Обучение там стоило баснословных денег, а приемная комиссия тщательно изучала родословную каждого абитуриента. Даже обычной семье среднего класса такая роскошь была не по карману.

Элизабет не стала задерживаться. Выбрав себе еду, она упорхнула обратно к Селене.

Поздравив виновницу торжества, гости плавно перешли к развлечениям. Клейна и Бансона усадили за карточный стол играть в техасский холдем с малым блайндом в полпенни и большим в один пенни. Мелисса, Элизабет, Селена и остальные девушки поднялись на второй этаж — то ли поболтать, то ли заняться какими-то своими играми.

Клейну сегодня откровенно не везло. За два десятка раздач ему ни разу не пришла стоящая карта. Оставалось лишь смотреть флоп и сбрасывать, отсиживаясь в роли простого наблюдателя.

Он в очередной раз приподнял уголок карт — червовая двойка и пиковая пятерка.

«Может, рискнуть и блефануть?»

Поразмыслив пару секунд, Клейн так и не набрался смелости, благополучно подавив в себе искушение смухлевать с помощью гадания.

Он сбросил карты в пас, постучал по столу, показывая, что не уравнивает ставку, и поднялся, чтобы сходить в уборную.

«Россель и здесь умудрился отличиться своей маниакальной страстью к копированию… Даже название „техасский“ сохранил, притянув за уши какое-то нелепое оправдание…»

Покачивая головой, мысленно проворчал Клейн.

Но внезапно он замер как вкопанный, а его зрачки сузились.

Его интуиция кричала: на втором этаже происходит какая-то странная мистическая пульсация!

Странная, искаженная и едва уловимая пульсация промелькнула так быстро, что Клейн едва не списал ее на галлюцинацию.

Если бы он не овладел своей Духовностью на достаточно высоком уровне, то наверняка бы проигнорировал эту аномалию.

Вспомнив о сестре, находящейся на втором этаже, Клейн нахмурился. Покрепче перехватив трость, он обогнул уборную и свернул к лестнице семьи Вуд.

Юноша быстро поднялся наверх и, ориентируясь на остаточные следы, уловленные Духовным восприятием, подошел к двери гостиной возле балкона.

«Должно быть здесь…» — тихо пробормотал Клейн, подняв руку и дважды легонько постучав по межбровью.

Сквозь стены и деревянную дверь его взору предстали ауры. Большинство из них имели вполне нормальные цвета и размытые контуры.

Но поверхность одной из них рябила зловещим черно-зеленым свечением, которое медленно, но верно разъедало ее изнутри.

«Я так и знал, что-то не так», — лицо Клейна стало предельно серьезным. Правой рукой он снял серебряную цепочку, намотанную на левое запястье.