Я перелопатил горы литературы и прописал целую кучу лора, но я прекрасно понимал: важнее всего — правильно подать историю. Рассказать ее размеренно, не забегая вперед. Именно поэтому я намеренно замедлил темп первой части и выпустил целых четыреста десять тысяч слов в бесплатном доступе. Мне хотелось честно и обстоятельно раскрыть сюжет, прописать персонажей и нарисовать этот мир. Я не гнался за дешевыми кульминациями, а стремился показать вам именно те картины, которыми так хотел поделиться.

Отдельное спасибо опыту работы над «Мастером боевых искусств»[121]. Благодаря этому роману я научился делать захватывающими даже самые обыденные, повседневные сцены и обрел способность рассказывать истории ровным, литературным слогом.

Раньше я лишь учился самовыражению — впрочем, любой писатель наделен этим талантом от природы. Но теперь мне кажется, что я начал постигать искусство сдержанности. Зачастую я просто описываю события, избегая авторских оценок. Я передаю эмоции исключительно через действия, диалоги и мимику, напрочь отказываясь от внутренних монологов героев. А порой я лишаю сцену даже этого, оставляя лишь сухую, ледяную констатацию фактов — как, например, в той главе с фабричной девчонкой, отравившейся свинцовыми белилами. И я искренне надеюсь, что смогу удерживать эту планку качества в ключевых эпизодах «Повелителя тайн».

Пожалуй, структура этого романа — самая продуманная и выверенная из всех моих книг. В ней полно скрытых деталей и сюжетных перекличек, так что, уверяю вас, ожидание того стоит.

Вот, собственно, и все мои мысли и эксперименты, связанные с этой книгой. Надеюсь, она пришлась вам по душе. И я очень рассчитываю на вашу поддержку в виде платной подписки. В конце концов, мне тоже нужно на что-то жить, покупать жене одежду, платья, сумки и копить на дом.

Я всегда был человеком приземленным и никогда этого не скрывал. А еще я невероятно ленив и обладаю весьма скверным характером.

Когда-то я подумывал организовать собственный фан-клуб, как это делают другие авторы. Но потом решил: «Ой, да ну его, это же столько мороки и усталости…» И на этом всё заглохло.

Потом я хотел завести страничку в Weibo[122], чтобы собрать аудиторию. Но снова подумал: «Ой, да ну его, это же столько мороки и усталости…» И на этом всё снова заглохло. Я уже даже не вспомню, когда в последний раз там что-то публиковал.

Я создал официальный аккаунт в WeChat[123] и даже пытался туда что-то пописывать. Но опять эта мысль: «Ой, да ну его, это же столько мороки и усталости…» В итоге обновления там выходят раз в сто лет.

Я даже пробовал нанимать людей, чтобы они вели мой аккаунт за меня. Но когда я читал то, что они там публиковали, мне становилось так стыдно и неловко, что я тут же прикрыл эту лавочку.

Фух… Пожалуй, пришло время заключить с самим собой перемирие. Признайся честно: ты — ленивый ублюдок. Человек, совершенно не умеющий общаться с людьми. Человек, который до смерти боится потерять лицо. Человек, который на дух не переносит, когда его отвлекают по пустякам. Ты — тот самый кусок грязи, который даже к стене не прилепишь.[124]

Возможно, единственное, что я умею и действительно хочу делать хорошо — это писать романы. Рассказывать истории, которые живут в моем сердце.

Вот такое у меня вышло примирение с собой. Я больше не хочу жить, ломая себя через колено. Не хочу гнаться за популярностью и аудиторией. Что касается блогов — вспомню, значит, напишу. Появится идея — опубликую. Нет — ну и бог с ним. Хотя, признаться честно, «примирение с собой» — это лишь красивая, литературная формулировка. На деле это называется «окончательно сдаться и пустить всё на самотек». Здесь можете мысленно поставить смеющийся смайлик.[125]

Что ж, время откровений подошло к концу. Завтра на рассвете, а если точнее — сегодня ночью, через пару минут после полуночи, я выложу новые VIP-главы. Заранее прошу вашей поддержки: оформляйте подписку и кидайте лунные билеты. Обещаю устроить настоящую бурю прод! Честное слово, у меня есть запасенные черновики![126][127]

Да, я выложу как минимум… как минимум пять глав! А может, даже и все шесть!

Посмотрев на Свейна, застывшего перед трупом монстра, а затем бросив взгляд на Карателя, который только что отвлекал врага на себя и теперь помогал подняться своему полубессознательному товарищу, Клейн внезапно ощутил непередаваемую, щемящую грусть.

Кем бы они ни были — Ночными Ястребами, Карателями или оперативниками Механизма Разума, — у них почти не было шансов стать героями. Всё, что они делали, навсегда останется сокрытым от глаз обывателей, покоясь в засекреченных архивах. И всё же опасности и страдания, которые выпадали на их долю, были до ужаса реальными.

«Возможно, настанет день, когда моим врагом окажется мой собственный товарищ…» — беззвучно вздохнул Клейн, всей душой прочувствовав ту свинцовую тяжесть, что крылась за словами «Ночные Ястребы», «Каратели» и «Механизм Разума».

В этот момент старый Нил тяжело выдохнул и произнес:

— Пойдем отсюда. Не будем им мешать.

— Хорошо, — Клейн поднял свою трость. Он уже собирался зашагать прочь, но вдруг заметил, что старик всё еще баюкает левую руку, и с тревогой спросил: — Вы ранены?

Старый Нил хмыкнул:

— Зацепило отлетевшей щепкой. Будь я помоложе, непременно бы увернулся. К счастью, это сущие пустяки.

Он слегка разжал правую руку, позволяя Клейну увидеть крошечную, всё еще кровоточащую ранку на тыльной стороне левой ладони.

Убедившись, что ничего серьезного действительно нет, юноша стал спускаться по трапу, с восхищением заметив:

— Мистер Нил, вы оказались куда хладнокровнее, чем я себе представлял. Монстр находился от вас меньше чем в двух метрах, а вы умудрились с каменным лицом произнести заклинание и метнуть талисман.

И хотя сорвавшийся Каратель, превратившийся в чудовище, бросился именно на Клейна, старый Нил всё это время стоял к нему почти вплотную.

Услышав похвалу, старик тут же добродушно рассмеялся:

— Я, между прочим, ветеран Ночных Ястребов. Из всех передряг, в которых мне доводилось бывать, эта стычка не войдет даже в первую десятку. Помню, как-то раз мы с Данном патрулировали кладбище Рафаэля. Один из мертвецов неведомо как обратился в зомби, вылез из могилы и затаился в тени деревьев. А я как раз проходил мимо и в упор его не заметил. Искал себе укромный уголок… хе-хе, ну, ты понимаешь. И тут этот гад прыгает мне на спину и мертвой хваткой вцепляется в горло!

Слушая этот рассказ, от которого кровь стыла в жилах, Клейн с любопытством предположил:

— И даже в таком положении вы сумели хладнокровно применить талисман? Или пустили в ход какое-то заклинание «Тайнозрителя», не требующее долгой подготовки?

Старый Нил покосился на него и тихо хмыкнул:

— Нет. Просто Данн вовремя утащил этого зомби в глубокий сон. Я рассказал тебе эту историю лишь для того, чтобы ты усвоил: Ночной Ястреб обязан верить не только в себя, но и в своих товарищей.

— … — Клейн помолчал несколько секунд, после чего наполовину в шутку, наполовину искренне произнес: — Мистер Нил, сегодня вы просто кладезь мудрости.

Старик сделал легкий прыжок, ступив на доски причала, и с пренебрежением в голосе парировал:

— Это всё потому, что обычно ты видишь лишь самую незначительную часть моей натуры.

Вдвоем они покинули доки, проделав весь путь обратно к бару «Злой Дракон».

Клейн убрал револьвер в кобуру, прислонил трость к стене и скинул пальто. В свете газовых фонарей он принялся придирчиво осматривать ткань на предмет повреждений.