Ускорив шаг, Клейн спустился к вратам Чаниса и в полном молчании принял смену у Лойо.

Усевшись в караульной комнате, он то и дело выуживал свои серебряные карманные часы, наблюдая за тем, как медленно, секунда за секундой, утекает время.

Спустя неведомо сколько времени в ушах Клейна внезапно зазвучал иллюзорный, наслаивающийся друг на друга шепот.

Бросив взгляд на тыльную сторону ладони, где проступили четыре черные точки, он мгновенно всё понял: «Справедливость», «Повешенный» или «Солнце» возносят ему мольбы.

Вот только ответить им прямо сейчас он не мог. Ему оставалось лишь терпеть, пока шепот не стихнет, терпеть новые приступы молитв и ждать следующего утра, чтобы вернуться домой.

Едва отперев входную дверь, Клейн увидел, как горничная Белла тщательно протирает обеденный стол, а сестра Мелисса и брат Бансон, облаченные в выходные наряды, спускаются по лестнице.

— Разве вы не ходили на мессу только на прошлой неделе? — с легким недоумением спросил юноша.

Бансон лишь усмехнулся:

— Я вполне могу понять провалы в памяти человека, который не сомкнул глаз всю ночь.

— А? — Клейн растерялся еще больше.

— Сегодня первый день продажи билетов на «Возвращение графа», — поспешила прийти на помощь Мелисса.

Клейн хлопнул себя по лбу и машинально снял шляпу:

— Я так закрутился в последнее время, что у меня это совершенно вылетело из головы.

«Особенно за эти три дня…» — со вздохом добавил он про себя.

Мелисса бросила на него заботливый взгляд:

— Твой завтрак на кухне. Поешь и сразу же ложись спать. А мы с Бансоном подумали: раз уж мы всё равно идем в город, то почему бы заодно не заглянуть на мессу в собор Святой Селены.

— Хорошо, — Клейн помахал брату и сестре на прощание. Наскоро проглотив завтрак, он поднялся к себе в спальню.

Выполнив все необходимые приготовления и сделав четыре шага против часовой стрелки, он перенесся над серым туманом. Там он увидел, что темно-красные звезды, соответствующие «Справедливости» и «Повешенному», безостановочно, иллюзорно пульсируют.

Вытянув правую руку и высвободив Духовность, Клейн увидел перед глазами размытую картину и услышал голос мисс «Справедливости»:

…

— Я молю вас прислушаться.

— Из-за инцидента с Цилангосом мой отец нанял Потустороннего мне в телохранители. Более того, за мной ведется тайное наблюдение, о котором я даже не догадываюсь. Мне чудом удалось выкроить минутку, чтобы вознести вам молитву. Я хочу попросить отгул на следующее собрание. Искренне надеюсь, что вскоре эта шумиха уляжется.

Клейн машинально скользнул взглядом по размытой картинке и увидел клубящийся пар, огромную ванну с подрагивающей водой и саму мисс «Справедливость», плотно закутанную в полотенце.

Поспешно отведя глаза, он принялся вслушиваться в мольбы «Повешенного».

Его формулировки разительно отличались от слов «Справедливости», но суть сводилась к тому же: он просил отгул из-за последствий, вызванных смертью Цилангоса.

Клейн едва заметно кивнул и поочередно ответил на их молитвы:

— Я знаю.

Следом он направил мысленный импульс в багровую звезду, символизирующую «Солнце»:

— Грядущее собрание временно отменяется.

Город Серебра.

Деррик Берг стоял на тренировочном плацу, внимая наставлениям. Небо над его головой всё так же тонуло в вечном мраке, лишь изредка озаряясь вспышками ослепительных молний.

Внезапно перед его глазами всё поплыло. Он увидел густой туман, древний, подобный жилищу великанов дворец и восседающего в самом сердце серой мглы господина Шута.

— Грядущее собрание временно отменяется.

Пока эхо этих слов еще звенело в воздухе, мир вокруг Деррика вновь обрел свои привычные очертания.

Его ничуть не удивило подобное чудо, ведь перед каждым собранием господин Шут предупреждал его именно таким образом.

Деррик машинально вскинул голову и посмотрел на женщину, стоящую перед ними. Это была старейшина из Совета Шести Города Серебра, «Пастырь» Ловия.

Эта пугающе могущественная воительница то и дело меняла ледяную жестокость на мягкую улыбку, объявляя собравшимся подросткам, что отныне они пополнят ряды патрульных отрядов и отправятся зачищать окрестности от монстров во тьме. И это больше не будет простой тренировкой.

«Старейшина Ловия так ничего и не заметила… Ее состояние становится всё более и более странным. Неужели это из-за того, что в числе ее выпасаемых душ затесался злой дух, равный по силе эксперту высокой Последовательности?» — мысли Деррика пустились в вольное плавание.

Вернувшись в спальню, Клейн рухнул на кровать и почти мгновенно провалился в сон. Ему снились события последних нескольких дней.

Внезапно он почувствовал, как кто-то отчаянно его трясет, и резко распахнул глаза.

Прямо перед собой Клейн увидел исполинскую костяную руку.

Гигантская рука на мгновение замерла, швырнула зажатое письмо прямо на кровать и бесследно исчезла.

«Ответ от мистера Азика…» — с внезапным озарением понял Клейн, подхватывая послание.

Клейн с трепетом и предвкушением развернул письмо и принялся читать ответ Азика:

«…Описанная тобой картина натолкнула меня на кое-какие мысли. Первое, что пришло мне в голову — вампиры и „Мутанты“».

«Истинные, первородные вампиры оказались на грани вымирания еще до того, как драконы и гиганты навсегда покинули историческую сцену. С тех пор они встречаются крайне редко. Те кровопийцы, о которых мы привыкли судачить, те, что фигурируют в фольклоре и страшных сказках — это скорее Потусторонние. Если мне не изменяет память, в одном из путей существует магическое зелье, которое так и называется — „Вампир“».

«Если твой начальник уже скатился в состояние полубезумия, вполне вероятно, что он по ошибке или незнанию выпил именно это зелье. Смешение двух разных путей неминуемо ведет к потере контроля. Хм, я смутно припоминаю: путь „Ночи“, который ты называешь путем „Бессонного“, на высоких Последовательностях совместим с путями „Смерти“ и „Гиганта“. Но путь „Вампира“ в их число не входит».

«Разумеется, нельзя исключать и того, что твой начальник пошел на этот шаг вполне осознанно. В конце концов, „Вампиры“ могут похвастаться завидным долголетием, превосходным здоровьем и невероятно привлекательной внешностью. Ради подобных даров многие готовы мириться даже с полубезумным состоянием».

Клейн ошеломленно застыл. Он и помыслить не мог, что мистер Азик снабдит его столь бесценной информацией.

«Путь „Смерти“ — это путь „Сборщика трупов“. То, что он совместим со „Следователем“… тьфу, с „Бессонным“ на высоких Последовательностях — эту тайну я выудил из дневников императора Росселя. Но кто бы мог подумать, что, начиная с 4-й Последовательности, к ним можно примешать еще и путь „Гиганта“… А ведь именно по этому пути идут жители Города Серебра. В наши дни он известен как путь „Бога Войны“… Я давно подозревал, что Король Гигантов Ольмир и есть тот самый древний Бог Войны…»

«Хм, в записях Росселя черным по белому сказано, что Церковь Богини Вечной Ночи и Церковь Бога Войны ненавидят друг друга и не терпят малейшего примирения… Неужели всё дело в том, что их пути взаимозаменяемы на высоких ступенях?»

«Если опираться на эту гипотезу, то вечная вражда между тремя древнейшими Церквями — Повелителя Бурь, Вечного Пылающего Солнца и Бога Знаний и Мудрости — обретает вполне логичное объяснение. Ведь подвластные им пути „Моряка“, „Барда“ и „Читателя“ тоже наверняка можно смешивать на высоких Последовательностях!»

«А если вспомнить Бледную Эпоху на закате прошлой Эры… Главными виновниками гибели Смерти наверняка стали именно Богиня Вечной Ночи и Бог Войны…»

«Капитан в повседневной жизни ведет себя абсолютно нормально. Если не брать в расчет его дырявую память, в нем нет ни капли безумия. Так что вариант с зельем „Вампира“ можно смело вычеркивать!»