Хрясь! Твердая черная трость с серебряным набалдашником со свистом обрушилась на шею Сириса, оставив на коже багровый рубец.
Хрясь! Хрясь! Хрясь!
Клейн, словно обезумев, продолжал охаживать врага тростью, пока Сирис, покачиваясь, окончательно не рухнул на землю.
— Хух… хух… хух… — опираясь на трость, Клейн жадно хватал ртом воздух. Он не сводил глаз с поверженного врага, до смерти боясь, что тот вдруг снова вскочит.
Сейчас голова Сириса больше напоминала разбитый вдребезги спелый арбуз. Тошнотворные наросты на его коже начали стремительно рассасываться. Тело конвульсивно дернулось еще пару раз и замерло окончательно.
Клейн не стал спешить с осмотром трупа. Отбросив трость, он выудил из кармана запасные серебряные пули и одну за другой загнал их в каморы револьвера.
Лишь покончив с этим, он взял себя в руки. Подавив приступ тошноты, юноша присел на корточки и принялся шарить по карманам черного двубортного фрака убитого Сириса.
Глава 104
Мистер Z
Один карман, второй, третий… Клейн быстро извлек на свет перепачканный кровью бумажник, читательский билет библиотеки Девилла, пару скрепленных вместе латунных ключей, пустую трубку, кинжал в ножнах и несколько аккуратно сложенных листов писчей бумаги.
Отложив всё, кроме писем, прямо на землю, он выпрямился и мимоходом заглянул в бумажник. Внутри оказалось лишь несколько банкнот на общую сумму около десятка сулов да горстка медных пенсов.
«А бумажник-то весьма недурной работы… Какая жалость…» — беззвучно вздохнул Клейн, позволяя мыслям немного поблуждать.
Не потрать он сегодня львиную долю своей заначки, покупка нового бумажника уже точно стояла бы в его повестке дня.
Покачав головой, Клейн развернул листы и принялся бегло читать текст:
«Уважаемый мистер Z!»
«Прошу, позвольте мне объясниться. То, что мы с Хайнасом продали дневник семьи Антигон, не было ни глупостью, ни предательством. Пока эта тетрадь находилась в наших руках, она не проявляла ровным счетом никаких аномалий».
«Я подозреваю, что этот дневник живой. Что это зловещий артефакт, наделенный собственной жизнью и разумом. Невероятно опасная вещь, которую необходимо запечатать».
«На разных этапах и перед разными людьми он демонстрирует совершенно разное содержимое!»
«И это предположение полностью подтвердилось информацией, полученной от нашего агнца в полицейском управлении».
«Хотя то, что дневник показывал нам, выглядело абсолютно достоверным и подкреплялось множеством фактов, я убежден: лишь в руках истинного потомка семьи Антигон он обнажит свой настоящий облик».
«Когда дневник попал к нам с Хайнасом, мы смогли прочесть в нем лишь какие-то бытовые мелочи из жизни семьи Антигон, общие сведения о Стране Ночи на главной вершине Хорнакиса, а также те три рецепта зелий Последовательностей, которые мы передали вам ранее».
«Как вам известно, Тайный Орден владеет путем „Провидца“ и обладает непревзойденными навыками выслеживания. Поэтому мы с Хайнасом сочли, что дальнейшее хранение дневника — это неоправданный риск. Его ценность на тот момент попросту не перевешивала смертельной угрозы».
«У нас не было времени дожидаться вашего ответа. Обсудив всё, мы решили продать манускрипт Уэлчу, живущему по соседству. Он увлекался коллекционированием древних реликвий и старинных текстов, и у него водились деньги. А о том, что произошло дальше, вам уже известно».
«Это первое, что я хотел прояснить. И в тот самый момент, когда я пишу эти строки, Хайнас уже мертв. Причиной смерти назван внезапный сердечный приступ во сне. Я абсолютно уверен, что это была милость нашего Господа — Он уберег его от ужасной участи попасть в лапы еретиков».
«Я был вынужден залечь на дно в надежном, скрытом убежище и теперь даже носа на улицу не сую. К счастью, тот самый агнец сообщил мне, что Хайнас привлек внимание еретиков вовсе не из-за дневника семьи Антигон и не потому, что его личность раскрыли. Всё дело в том, что он по собственной глупости взял себе ученицу, рассчитывая постепенно обратить ее в нашу веру».
«Эта девчонка тайком подглядела его секретные заклинания и провела гадание на волшебном зеркале. И надо же было такому случиться — всё это произошло прямо на глазах у еретика из Ночных Ястребов! Полагаю, дальнейшее развитие событий вы без труда додумаете сами, нет нужды описывать это в подробностях».
«Какая жалость, что статус нашего агнца слишком низок, и ему недоступны мельчайшие детали».
«Судя по всему, еретики так и не вышли на мой след. Их расследование оборвалось благодаря своевременной смерти Хайнаса».
«Поэтому я решил выйти из тени. Для начала я наведаюсь в библиотеку Девилла, чтобы взять еще несколько журналов и попытаться нащупать новые зацепки».
«Семья Антигон, тоже владевшая путем „Провидца“, не могла не предвидеть собственного краха. Они наверняка оставили после себя тайное наследие, скрытый клад для грядущего возрождения!»
«И есть все основания полагать, что этот клад спрятан именно на главной вершине горного хребта Хорнакис, где-то среди руин Страны Ночи!»
Дочитав до этого места, Клейн резко сузил зрачки. Листы бумаги едва не выскользнули из его пальцев.
«Семья Антигон владела путем „Провидца“?»
«Какое поразительное совпадение!»
* * *
Одна за другой эти мысли взрывались в голове Клейна оглушительными раскатами грома. Разум погрузился в хаос, а в душе вновь шевельнулось жутковатое чувство фатума:
«Дневник, убивший прежнего владельца тела и тем самым косвенно спровоцировавший мое перемещение, принадлежал семье Антигон, владевшей путем „Провидца“. Дневник императора Росселя, подтолкнувший меня к выбору именно этого зелья… А ведь сам Россель склонился к „Провидцу“ под влиянием таинственного мистера Заратула — предводителя Тайного Ордена, который тоже владеет этим самым путем!»
«…Всё это чертовски похоже на удушающую сеть, искусно сплетенную самой судьбой».
«И что же за всем этим кроется?»
Клейн, сжимая в руке письма, принялся нервно мерить шагами газон, пытаясь найти в своей памяти хоть какие-то факты, подтверждающие прочитанное.
«Хм, Тайный Орден под предводительством семьи Заратул охотится за наследием Антигонов… Если предположить, что они принадлежат к одному и тому же пути Потусторонних, то их мотивы более чем очевидны. Возможно, они хотят восполнить недостающие звенья в своей цепочке Последовательностей. Или ищут редчайшие материалы для перехода на высокие уровни. А может, жаждут заполучить чужой опыт борьбы с потерей контроля…»
«С этой точки зрения, то, что семья Антигон владела как минимум частью цепочки „Провидца“, выглядит абсолютно логичным».
«Точно! Когда я гадал на зацепки к зелью „Клоуна“, все возникшие образы так или иначе были связаны с дневником семьи Антигон. Единственным исключением стало клеймо того клоуна во фраке из Тайного Ордена… Выходит, истинный смысл тех видений заключался в следующем: каждая картина указывала на реальную возможность заполучить формулу зелья. В каждой крылась ниточка! Вот только я тогда не разгадал их истинный символизм и благополучно всё упустил».
Опираясь на эти два доказательства, Клейн был почти на сто процентов уверен в правдивости письма Сириса. И теперь он наконец-то понял, почему в те моменты, когда он слышал недоступные для других звуки, там неизменно фигурировало слово «Хорнакис».
«Впервые это случилось именно тогда, когда я только выпил зелье „Провидца“!» — с предельно серьезным видом констатировал он про себя.
В то же время он сделал вывод, что для того, чтобы услышать этот жуткий шепот о «Хорнакисе», необходимо соблюдение двух условий: «контакт с наследием семьи Антигон (причем нужно было еще умудриться выжить)» и «принадлежность к пути Провидца».
Неужели в древних руинах на главной вершине Хорнакиса и впрямь сокрыто тайное наследие семьи Антигон? «Нет, даже думать об этом не смей! Из-за одной жалкой тетрадки на тот свет отправилась целая куча народа. Страшно представить, какой кошмар таит в себе полноценный клад!» Клейн инстинктивно замотал головой и перевел взгляд на конец третьего, последнего листа:
