Сквозь стеклянные плафоны лился свет, озаряя караульное помещение перед Хранилищем оружия. Старый Нил, дочитав газету и сделав глоток кофе, поднял взгляд на Клейна:

— Как самочувствие? Успокоился? Может, тебе нужна рюмка чего-нибудь покрепче, выплата жалованья авансом или полноценный выходной?

В этот самый момент Клейн, чье зелье «Провидца» было полностью усвоено, с помощью медитации пытался перенастроить «переключатель» Духовного зрения, чтобы сделать его не таким бросающимся в глаза.

Отныне ему больше не требовалось массировать строго определенные точки для активации способности. Теперь он мог использовать куда более скрытные методы: например, быстро щелкнуть большим пальцем по двум суставам среднего, или же дважды легонько сомкнуть зубы с левой стороны.

Учитывая, что порой ему приходилось держать в одной руке револьвер, а в другой трость, но при этом всё равно требовалось активировать Духовное зрение, Клейн остановил свой выбор на зубах. Двойное постукивание слева — включить, справа — выключить.

Закрепив этот рефлекс путем самовнушения, он открыл глаза и с улыбкой произнес:

— Я лишь внимательно следил за операцией капитана и ребят, так что мне совершенно не нужно успокаиваться.

Произнося эти слова, он дважды легонько стукнул левыми зубами друг о друга, активируя Духовное зрение, чтобы как можно скорее привыкнуть к новому способу.

Кх-кх-кх! Старый Нил внезапно разразился таким сильным кашлем, что его лицо мгновенно налилось краской, став похожим на вареного лобстера.

— Что стряслось? — опешив, с искренним участием спросил Клейн.

Он внимательно изучил ауру старика и убедился, что цвета, отвечающие за здоровье, выглядят вполне нормально. Разве что прослеживалась легкая слабость, но это было вполне естественно для его преклонного возраста.

Старый Нил прочистил горло, и лишь спустя пару десятков секунд его кашель наконец утих. Дрожащей рукой он потянулся за кофе и, сделав крошечный глоток, пробормотал:

— Ошибки… ошибки случаются у всех. Кхм… Я просто подавился собственной слюной… Ну что, приступим к сегодняшним занятиям по мистицизму?

— Хорошо, — Клейн почти беззвучно дважды сомкнул правые зубы.

То, что зелье «Провидца» усвоилось на одну-две недели раньше намеченного срока, вызывало у юноши смешанные чувства радости и досады. Радость была вполне очевидной: он навсегда избавился от угрозы потери контроля, вплотную приблизился к продвижению и скоро должен был обрести новые потусторонние способности. Любой на его месте был бы на седьмом небе от счастья. Досада же крылась в том, что это событие спутало все его планы.

Учитывая, что ему предстояло еще долгое время нести службу в отряде Ночных Ястребов Тингена, Клейн понимал: тайком стать «Клоуном» — далеко не лучший выход. Ему пришлось бы вечно жить в страхе разоблачения, а во время совместных миссий он бы и вовсе не рискнул использовать новые силы, тем самым ставя себя под еще больший удар.

Изначально его план заключался в том, чтобы последовать примеру «Медиума» Дейли. Он собирался подать высшему руководству специальное прошение и, обменяв накопленные заслуги на награду в виде формулы и материалов, абсолютно легально и открыто стать Ночным Ястребом 8-й Последовательности.

Но «овладеть» зельем за один месяц или за целый год — это, как ни крути, две огромные разницы. Клейн был готов стерпеть повышенное внимание Священного Собора и даже не отказался бы от статуса «ключевого кадра». Однако он совершенно не желал вызывать у начальства чрезмерных подозрений. А для этого ему требовалось придумать донельзя убедительную причину своего феноменального успеха.

По его первоначальной задумке, за те недели, что оставались до полного усвоения зелья, он должен был методично закидывать удочки в разговорах с капитаном. Например, невзначай обмолвиться, что каждый поход в Клуб гадателей делает его Духовность более подвижной. Или как бы между делом упомянуть о «Кодексе Провидца», выведенном им на основе регулярных сеансов. Или заранее намекнуть, что в последнее время он всё реже слышит и видит то, чего не должен.

Таким образом, верхушка Ночных Ястребов пришла бы к выводу, что он, выполняя свои «задачи», просто бессознательно пошел по пути Дейли, причем продвинулся на нем куда дальше.

В результате их внимание сфокусировалось бы на систематизации этих закономерностей и изучении «метода отыгрыша». А подозрения в адрес самого Клейна свелись бы к минимуму, ограничившись лишь стандартными, дежурными проверками.

«А заодно это помогло бы капитану нащупать ниточку к самому „методу отыгрыша“…» — мысленно добавил юноша. Для него Данн Смит был поистине великолепным начальником. Если закрыть глаза на его дырявую память, в нем не было ни единого изъяна. Поэтому Клейн искренне желал, чтобы тот избавился от риска потери контроля и стал лишь сильнее.

Конечно, у Клейна был и другой вариант: просто подождать год, а уже потом подавать особое прошение. Это свело бы все риски к абсолютному нулю. Но череда пугающих совпадений и тот самый красный дымоход из «гадания по снам» буквально кричали о том, что ему нужно наращивать силу как можно скорее.

«Значит, в ближайшие две недели мне придется провести еще три-четыре подобные „подготовительные“ беседы с капитаном… А затем я официально подам прошение… Заодно можно будет заглянуть на подпольный рынок и прицениться к нужным материалам… Наверняка они стоят целое состояние…» — быстро скорректировав планы, Клейн вернул всё свое внимание урокам мистицизма.

Время текло секунда за секундой. Когда долгожданный обеденный перерыв был уже не за горами, старый Нил допил свой кофе и, неторопливо собирая разбросанные по столу вещи, с усмешкой произнес:

— Твои теоретические занятия подходят к концу. Судя по твоим сегодняшним успехам, ты уже вполне созрел для того, чтобы начать изготавливать собственные талисманы.

— Именно этим я и планировал заняться в ближайшие дни, — с довольным вздохом отозвался Клейн.

Талисманы, о которых шла речь, кардинально отличались от тех простеньких амулетов, что он смастерил для брата и сестры. Их создание требовало сложной ритуальной магии, но зато они наделяли владельца особыми способностями, незаменимыми в пылу сражения.

Впрочем, эти низкоуровневые талисманы не были панацеей. Заложенная в них Духовность со временем истощалась, поэтому их приходилось «обновлять» каждые две недели. К тому же для их активации требовались специальные заклинания — их нельзя было пустить в ход по одному лишь желанию.

Кроме того, арсенал доступных Ночным Ястребам талисманов строго ограничивался «сферой влияния» Богини Вечной Ночи. На данный момент Клейн мог изготовить лишь три их вида. Первый — «Талисман глубокого сна», действие которого копировало убаюкивающее пение Данна Смита или Леонарда Митчелла. Второй — «Талисман упокоения», способный усмирять призраков, фантомов, зомби и водяных, а также дающий определенный эффект против мстительных духов и злых демонов. И третий — «Талисман грез», позволяющий заклинателю проникать в сновидения выбранной жертвы.

Поскольку все эти эффекты дублировали способности «Полуночного поэта» и «Кошмара», ни Данн, ни Леонард не видели нужды таскать их с собой. А вот «Сборщик трупов» Фрай и «Бессонные» Лойо с Кенли обычно держали при себе парочку подобных артефактов. Впрочем, они редко пускали их в ход, так что им то и дело приходилось таскаться к старому Нилу на «перезарядку».

В этот момент старик искоса взглянул на юношу и с усмешкой добавил:

— Насколько я помню, из-за твоих частых тренировок квота на материалы в этом месяце уже исчерпана. Собираешься заглянуть на подпольный рынок?

Клейн на секунду опешил, а затем с болью в сердце закивал:

— Да.

Он прекрасно знал расценки на эти ингредиенты. Ему оставалось лишь молиться, чтобы всё получилось с первого раза, без лишнего перевода драгоценного сырья…