«Одних лишь найденных улик с лихвой хватит, чтобы поднять по тревоге весь отряд Ночных Ястребов. С какой стати мне лезть на рожон и устраивать с мадам Шэрон дуэль один на один? Мы же можем навалиться на нее всем скопом!» — мысленно подчеркнул Клейн.

Завершив призыв, он со свистом вернулся в таинственное пространство над серым туманом. Окутав себя Духовностью, он стремительно рухнул обратно в реальный мир, воссоединившись с собственным телом.

Он быстро задул и спрятал свечу, развеял невидимую духовную стену и мышью выскользнул из спальни мадам Шэрон. Юноша бросился назад тем же путем, каким и пришел, но времени на то, чтобы вернуть задвижку балконной двери на место, у него уже не оставалось.

Съехав вниз по водосточной трубе и перемахнув через забор с противоположной от парадного входа стороны, Клейн скрылся в саду. Перебежками, таясь в тенях, он добрался до соседнего квартала и лишь там позволил себе нанять дорогущую ночную карету, чтобы отправиться прямиком на Зотланд-стрит.

Мадам Шэрон, облаченная в изящное черное платье, которое лишь подчеркивало ее обольстительную красоту, неспешным шагом поднялась на второй этаж. Отослав горничную, она повернула ручку и распахнула дверь своей спальни.

Ее невинный, влажный взгляд внезапно застыл. В глазах отразились тончайшие, почти прозрачные и невидимые невооруженному глазу нити. В них не было ни малейшего духовного сияния, и они до жути напоминали волосы больного человека. Если не знать об их существовании заранее или не обладать весьма специфическим зрением, заметить эту паутину было бы попросту невозможно.

А сейчас… все эти нити были порваны, безвольно свисая к полу.

Мадам Шэрон слегка прищурилась и перевела тяжелый взгляд на массивный сейф мышиного цвета.

— «3–0217».

Поскольку за вратами Чаниса в Тингене хранилось не так уж много Запечатанных артефактов, Клейн без труда вспомнил, что именно капитан собирается запросить:

— «Номер: 0217».

— «Название: Зеркало медиума».

— «Уровень угрозы: 3. Представляет определенную опасность, требует осторожности при использовании. Выдается исключительно для операций с участием не менее трех оперативников».

— «Уровень секретности: Полноправные члены Ночных Ястребов и выше».

— «Способ запечатывания: Содержание в абсолютном, лишенном света мраке».

— «Описание: Задняя часть зеркала покрыта амальгамой, а на лицевой стороне виднеются три небольшие трещины».

— «Следователь, первым вступивший в контакт с артефактом, посмотрел в него и увидел отражение плачущей длинноволосой женщины. А затем он с ужасом обнаружил, что эта женщина вылезает прямо из зазеркалья».

— «Многочисленные эксперименты показали: образы, возникающие в зеркале, практически всегда разнятся. Даже если один и тот же человек посмотрит в него несколько раз кряду, он столкнется с совершенно разными сущностями. Уровень их угрозы также варьируется, но все они неизменно атакуют того, кто смотрелся в зеркало первым».

— «Самый опасный сценарий — увидеть в отражении самого себя».

— «Если в зеркало никто не смотрится, но при этом на него падает свет, каждые три часа в нем самопроизвольно появляется случайный образ».

— «Артефакт не обладает признаками живого существа».

— «Приложение: Изначально это было самое обычное зеркало, принадлежавшее одному медиуму. Так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день этот медиум не посмотрелся в него и не совершил весьма пугающее, необъяснимое самоубийство».

Действительно, в арсенале за вратами Чаниса в Тингене было не так уж много артефактов, пригодных для прямого столкновения между Потусторонними. «3–0217» казался весьма неплохим выбором… Клейн не стал спорить. Выбежав в коридор, он направился прямиком в комнату отдыха и выдернул оттуда «Бессонного» Кенли.

Сегодня ночью Лойо дежурила у врат Чаниса, Леонард взял выходной, а Сика Трон патрулировала кладбище Рафаэля и другие участки. Новые сотрудники должны были прибыть лишь в воскресенье. Поэтому Данну оставалось выбирать лишь между Фраем и Кенли. Рассудив, что мадам Шэрон принадлежит к Секте Демонессы и вряд ли имеет дело с некромантией, капитан остановил свой выбор на последнем.

Спустя несколько минут Данн поднялся из подземелья. В руках он сжимал зеркало, плотно, в несколько слоев, обмотанное черной тканью.

«Признаться честно, не знай я об этом заранее, ни за что бы не догадался, что это зеркало. Оно укутано так, что ни единого зазора не осталось…» — подумал Клейн, подходя к капитану вместе с невысоким Кенли.

— Использовать Запечатанный артефакт «3–0217» будешь ты, — Данн передал зеркало Кенли.

Наблюдая за этой сценой, Клейн вдруг с кристальной ясностью осознал: он ведь уже Потусторонний 8-й Последовательности! Он обрел реальную боевую мощь, и теперь отсидеться в сторонке в роли банального саппорта уже не выйдет.

«Хух, что-то я нервничаю…» — он машинально пощупал левый карман плаща, где лежали «Талисман глубокого сна» и прочие артефакты, убеждаясь, что всё необходимое при нем.

«Единственная загвоздка в том, что ради удобства лазания по трубам я не взял с собой трость. Хм… одолжу у Кенли. У него всё равно в одной руке зеркало, а в другой револьвер, ему и так хватит».

В вихре этих мыслей троица спустилась на первый этаж, поймала карету и помчалась на улицу Орлсна.

По пути Кенли бросил взгляд на Запечатанный артефакт «3–0217» в своих руках и, с трудом скрывая напряжение, произнес:

— Это моя первая миссия такого уровня опасности.

В обычных обстоятельствах при решении сверхъестественных проблем Ночные Ястребы старались избегать использования Запечатанных артефактов.

Раньше, отправляясь в городок Морс для усмирения призраков, они брали Мутировавший Священный Знак Солнца лишь ради подстраховки от маловероятных сюрпризов, поскольку путь был неблизкий и подмога бы просто не успела. Но на этот раз их целью был почти стопроцентный Потусторонний средней Последовательности!

— Не бери в голову. Вполне возможно, мадам Шэрон уже давно сбежала, — попытался подбодрить его Клейн с улыбкой.

Честно говоря, он нервничал ничуть не меньше Кенли.

Данн скользнул по нему взглядом своих глубоких серых глаз и со вздохом заметил:

— Нам нужно сделать всё возможное, чтобы мадам Шэрон никуда не сбежала.

Двадцать минут спустя трое Ночных Ястребов прибыли на улицу Орлсна. Погруженные во мрак сад и дом мадам Шэрон безмолвно возвышались в ночи, словно ничего не произошло.

Клейн отмотал спрятанный под левой манжетой маятник и провел быстрое гадание:

«Внутри таится опасность».

«Внутри таится опасность».

…

Повторив утверждение семь раз, он открыл глаза и увидел, что кулон из желтого кварца вращается по часовой стрелке, причем амплитуда и скорость вращения были средними.

А это означало лишь одно: опасность внутри действительно была. И она была далеко не маленькой, но и не критически высокой!

Опасность была. Не высокая, но и не низкая…

А это означало, что мадам Шэрон всё еще находилась в доме, не попытавшись сбежать…

Клейн на секунду опешил, но тут же сообразил, в чем причина:

Он использовал призыв самого себя, чтобы в облике Духовного тела обыскать сейф и потайную нишу внутри. Он не стал взламывать замок силой, не задел никаких скрытых механизмов или ловушек. Поэтому было совершенно естественно, что мадам Шэрон не заметила, что ее тайна раскрыта. Она наверняка решила бы, что это просто случайный воришка залез в дом, или какой-нибудь частный сыщик по чьему-то заказу пробрался внутрь, но так ничего и не нашел.

В подобной ситуации ослабить бдительность и остаться дома было более чем логичным и разумным шагом.

Впасть в панику и поднять шум из-за малейшей неприятности — это совершенно не вязалось с тем образом мадам Шэрон, который Клейн успел изучить. Эта женщина была расчетливой светской львицей, умеющей хладнокровно притворяться слабой и напуганной. Она годами скрывала свою принадлежность к Секте Демонессы, виртуозно водя всех за нос.