Нашёл свой вагон — почти в начале состава, довольно новый, с чистыми окнами. Проводница — полная женщина с круглым лицом — сверила мой билет и пропустила внутрь. В вагоне пахло углём, металлом и чем-то вроде мастики для пола.

— Ваше купе — третье по коридору, господин капитан, — сказала она с уважением. — Чай будет через час после отправления.

Я кивнул и направился к своим местам. Купе оказалось чистым, с мягкими сиденьями и свежим бельём. Окно выходило на перрон, где всё ещё суетились люди, прощаясь или встречая пассажиров.

Занял место внизу. Закрыл глаза и мысленно вызвал подданных. Одна за другой в купе появились Лахтина, Изольда и Фирата. Первые две сразу же огляделись, оценивая обстановку с настороженностью хищников на новой территории.

Лахтина, бывшая королева скорпикозов, даже в человеческом обличье сохраняла что-то от своей прежней сущности — резкие движения, пристальный взгляд чёрных глаз, настороженность.

Изольда, мать перевёртышей, держалась с царственным достоинством, привычная к человеческому облику.

А вот Фирата, бывшая песчаная змея, выглядела растерянной и слегка испуганной.

— Занимайте места, — зевнул я, ощущая накапливающуюся усталость. — У нас почти пять дней пути, потом пересадка, и ещё… сколько-то. Тут можно сходить в душ, поесть. Всем говорите, что вы мои личные служанки, в случае чего. Вот вещи.

Вынул из пространственного кольца платья, туфли, нижнее бельё и что там им ещё может потребоваться. Каждая получила своё довольствие. Фирата немного тупила, поэтому за неё действовала Изольда. Девушки, не стесняясь меня, тут же начали переодеваться.

— Фирата, — обратилась к ней мать перевёртышей с едва заметной ноткой превосходства, — позвольте помочь вам с одеждой.

Та кивнула, с благодарностью принимая помощь. Её тёмная кожа контрастировала с белым платьем. Пришлось девушке-негру повесить на лицо вуаль, а на руки надеть белые перчатки. У нас не Османская империя, могут не так понять цвет кожи или принять за шпиона.

Лахтина натянула тёмно-синее платье, застегнула все пуговицы и повернулась ко мне:

— Я готова, господин. Какие будут указания?

— Пока никаких, — ответил я. — Просто будьте рядом, если понадобитесь, и не привлекайте внимания. Считайте это маленьким отпуском.

Мои слова подействовали как заклинание. У всех на лицах появились улыбки и предвкушение от маленького путешествия через страну. После приготовлений дамы тут же упорхнули из купе, отправились знакомиться с поездом. Я остался один.

Так, с чем бы неплохо разобраться по дороге? Заларак, моя кожа, последить за загонами монстров, ещё некромант и инвентаризация. Рискованно искать способ в поезде, как вернуть истинное обличье Фирате и Тариму. Оставлю это до дома. Выспаться и наесться — да… Думаю, заслужил.

Гудок паровоза возвестил о том, что поезд отправляется. Колёса медленно покатились, набирая скорость. Я прислонился к стеклу, глядя, как остаётся позади перрон, станция, а затем и весь город. Впереди ждёт долгий путь домой.

За окном мелькала унылая степь, изредка перемежающаяся чахлыми лесополосами. Скоро наступит настоящая игра — уже не на выживание, а на власть.

Дни потянулись. Я задёрнул шторы в купе, создавая себе подобие укромного уголка. Вагон покачивало на стыках рельсов, колёса монотонно стучали, убаюкивая. Первые сутки почти непрерывно спал, позволяя накопившейся усталости медленно отступить.

Мои «дамы» вели себя по-разному. Лахтина большую часть времени проводила, сидя в купе и наблюдая за пейзажем за окном. Изольда изучала пассажиров, чтобы найти угрозу. А Фирата… Негритянка с манерами змеи умудрилась подружиться с проводницей и теперь получала самый горячий чай и самые свежие булочки.

— Как она это делает? — пробормотал я, наблюдая, как девушка возвращается с полным подносом угощений.

— Улыбается и хлопает ресницами, — фыркнула Лахтина. — Примитивно, но эффективно.

— Люди очень странные, — заметила Фирата, ставя поднос на стол. — Реагируют на одни и те же действия совершенно по-разному.

— Ты ещё многого не знаешь о них, — усмехнулась Изольда. — Они сложнее, чем кажутся, и опаснее, чем многие твари.

Мать перевёртышей имела больше всего опыта в общении с людьми. Изольда веками жила среди людей, похищая детей и создавая своих «детишек». По сути, мы чем-то похожи с ней. Я в прошлой жизни танцевал под чью-то дудку и был двойником короля, а она служила монголам. Вот только это не оправдывает её действий.

Попытался ещё раз решить, как с ней поступить, но было лень. Редкое время, когда ничего не нужно делать. Хотелось им насладиться на полную катушку, ведь когда мне ещё представится такая возможность?

Девушки гуляли по поезду, кушали, умывались и спали. Были попытки достать меня разговорами, но после угроз, что верну их в кольцо, — сразу прекратились.

На одной станции у проводницы я выкупил ещё одно купе — через несколько вагонов от моего. Поселил туда Тарима и приказал ему особо не светиться. Пацан и сам не хотел показываться на людях. Привыкший к форме степного ползуна, он чувствовал себя голым и уязвимым в человеческом теле.

Девушки приносили ему еду. И через несколько дней под возмущённые взгляды дам я переселился к бывшему королю степных ползунов. Кто мог подумать, что монстры такие женщины?.. Уже к концу первого дня они начали сплетничать. Решил, что это их способ выпустить пар и расслабиться. Девушки обсуждали солдат, которые ехали в том же поезде: «Все какие-то не такие». А потом они перешли к другим пассажиркам в нашем железном транспорте. У них появилась какая-то своя игра — «Подойдёт ли она в наш род?»

У Тарима же было спокойнее. Я оставил паучков, чтобы следить за монстрами-убийцами, но те вели себя прилично. Была и ещё одна причина оказаться рядом с бывшим королём степных ползунов: хотел узнать о своей трансформированной коже как можно больше. И пареньку очень интересно было делиться со мной знаниями.

— Помимо защиты, наша кожа впитывает энергию, — заявил Тарим, сидя на верхней полке купе. Его тёмная кожа влажно блестела в полумраке. Он до сих пор потел после общения со мной и не смотрел в глаза. — Поэтому, живя с песчаными змеями, мы поглощаем манапыль.

Хм… Интересно. Получается, мне нужна ванна из этой манапыли, чтобы усилить свою защиту и всё остальное? По мере его рассказов я понял, почему начал ощущать яд: из-за слизи степных ползунов. Она чувствительна к этой субстанции, позволяет определять даже мельчайшие дозы.

— Степной ползун может эволюционировать, — заявил негр, глядя на меня своими большими тёмными глазами. Пришлось ему приказать, а то уже достал в никуда смотреть.

Я поднял бровь, ожидая продолжения. Эволюция монстров? Это что-то новенькое.

— Мой отец нашёл очень сильную самку и спарился с ней, — продолжил Тарим, потирая ладони с видимым волнением. — Он стал сильным воином в нашей серой зоне, — парень прокашлялся и добавил: — Среди монстров есть одна особенность, которую все знают. Самки копят силу почти всю свою жизнь, и самец её забирает себе, чтобы защитить потомство, стать санджаком.

Эту тему мы долго обсуждали. Пусть бывший король и не знал многого, но я смог собрать хоть какую-то картинку. В мире тварей тоже есть свои законы. Неразумные они только в самом начале — после вылупления, но Тарим не уверен в том, как все монстры появляются на свет. Точно знает, что в серой зоне. Их выпускают в наш мир через то, что мы считали серой зоной. По мере того, как твари развиваются, поглощают манапыль и кристаллы, обретают не только силу, но и разум.

Дальше первая эволюция. После неё они способны принимать человеческий вид. Чтобы закрепиться на иерархической лестнице, самки ищут сильных самцов. Те сражаются за них, остаются сильнейшие. Они после спаривания снова эволюционируют и возвращаются в серую зону. Там потомство и… На этом знания негра заканчивались.

Но суть я уловил: безмозглых тварей выпускают к нам в мир, чтобы мы не лезли к ним. За счёт магов и всего остального они усиливаются и возвращаются домой уже другими существами.