Описание придуманных сновидений и их подробное толкование растянулось еще листов на пять. Затем шел рассказ об уборке, воспоминания о зиме и краткий пересказ пары прочитанных книг.

Рукоделие, рассуждения о смысле жизни. И просьба передать старой нянюшке, что воспитанница ее не забыла. Любит, помнит, вспоминает о детских днях…

К тому моменту, как была поставлена последняя точка, руку буквально сводило от усталости. Еще бы — около двадцати рукописных страниц. Кистью. Но в целом, девушка была собой довольна.

А вот останется ли довольным граф?

Нортман внимательно посмотрел на жену. На листы в своих руках. Прищурился. И кивнул в сторону кресла.

— Присаживайтесь, графиня. Надеюсь, вы не возражаете, если я прочту их при вас?

Читал граф долго. Очень долго. Спустя часа полтора, Алес заподозрила, что супруг просто над ней издевается. Иначе как еще объяснить тот факт, что каждый лист изучался по десять-пятнадцать минут? И если сперва он действительно пробегался глазами, то оставшееся время граф просто смотрел в одну точку с самым невозмутимым выражением лица.

Минуты тянулись медленно. И девушка невольно задумалась, что те методы, которые сработали с падчерицей, к Арельсу явно применять не стоит. Пожалуй, ему хватило бы упрямства не только подтверждать каждый свой приказ, но лично контролировать выполнение.

Измором графа не возьмешь. Не тот характер. Так что лучше сделать ставку на внезапные и короткие «вылазки», как это было с совой.

Устав изучать интерьер библиотеки, Алесия скрестила руки на груди и стала смотреть на мужа. Нортман поднял глаза.

— Что-то не так, графиня?

— Ну что вы. Просто захотела полюбоваться вашими чертами лица. — она даже не скрывала иронии.

Однако мужчина, судя по всему, принял ее слова за чистую монету.

— Не трудитесь. Вам все равно не удастся очаровать меня, как виконтессу или слуг. Я вас насквозь вижу.

Алес негромко хмыкнула, тем самым продемонстрировав отношение к его словам. Но взгляд не отвела.

Вообще, если отбросить собственные предпочтения, в ее родном мире Арельс, пожалуй, имел бы успех. Правильные черты лица, неплохая кожа. Трудно рассмотреть разрез глаз с такого ракурса, но брови красивые. Да и ресницы ничуть не хуже, чем у нее. Подбородок хорошо очерчен. Форма губ… ну в целом, неплоха. Прямой породистый нос, с едва заметным шрамом на переносице.

Конечно, прям красавчиком мужчину не назовешь. Но далеко не урод. Внешность чуть выше среднестатистической…

А еще… кажется, он не слишком любит, когда его так вот пристально разглядывают. Потому что чтение пошло вдвое быстрей, а последний лист и вовсе, был едва удостоен взглядом.

— Ну как, я ничего не упустила? — с невинным видом поинтересовалась девушка, когда Нортман закончил.

— Упустили. — с неожиданной язвительностью отозвался граф. — Вы пропустили целых два дня, когда описывали погоду. Но, полагаю, граф Бартон вас простит.

— Ох, нет! — изобразив легкую панику, Алесия подскочила к столу. — В таком случае я должна все переписать!

Граф Арельс накрыл стопку листов ладонью. А в глазах его промелькнули насмешливые огоньки.

— Просто составьте дополнение к основному письму. И пометьте его, как вторую часть. — посоветовал он.

Алес стиснула зубы. Она совершенно не планировала, чтобы весь этот поток сознания отправился к брату. Но не отбирать же бумагу силой?

— Ваше сиятельство, я вынуждена настаивать. Мне нужно переписать письмо и… и просмотреть его на предмет возможных ошибок.

— О… Не беспокойтесь, ошибок в нем нет. У вас вполне грамотная речь. Что же касается прочего, я уже дал совет, как вам следует поступить. Корреспонденция отправляется в столицу примерно через двадцать дней. Так что время у вас еще есть.

Несколько секунд продолжалось противостояние взглядов. И Алесия осознала, что ей придется отступить. Да, неприятно, но тут граф ее переиграл. Что ж, один-один.

Она сделала шаг назад, и даже нашла в себе силы изобразить улыбку.

— Хорошо. На днях я принесу второй экземпляр. Думаю, мне найдется о чем еще рассказать брату.

Библиотеку Алесия покинула с гордо поднятой головой. Внешне она была само спокойствие. Но внутри… Внутри происходил шабаш демонов, каждый из которых пытался предложить свое решение проблемы.

Выкрасть письмо? Нельзя. С графа станется обвинить в пропаже кого-нибудь из служанок. Например, ту же Агнету. И выгнать из замка.

Подменить письмо на более осмысленное? А если супруг решит перед отправкой его еще раз перечитать?

Просто испортить бумагу, вылив на нее стакан воды? Не подходит по той же причине, что и первый пункт.

Позволить отправить эту ерунду брату?

Девушка бессильно сжала кулаки. Лайон, возможно, все поймет. И даже отнесется к посланию с юмором. Но в любом случае, он лишь зря потратит время, читая полную бессмыслицу.

Но другого выхода тут пожалуй и нет. Сама сглупила, недооценив противника. Погрузившись в мрачные мысли, Алес не заметила, как дошла до первого этажа.

Служанки, протиравшие пыль на каминных полках, одновременно присели в поклоне. У обеих девиц в волосах было по атласному цветку. А в глазах симпатия, с желанием услужить.

— Ваше сиятельство, будут какие-то распоряжения? — хором осведомились девицы.

Но Алесия только покачала головой.

— Если понадобитесь, обязательно дам знать. А так, вы — умницы. Холл просто сияет чистотой.

Это было не совсем так, но преданность надо поддерживать. Пусть даже и комплиментами. Служанки просияли.

— Мы тут еще не совсем закончили, госпожа. Хотим еще протереть окна и почистить стены от копоти.

— Хорошая идея.

— А из комнат для мытья мы уже вычистили всю древесную пыль, что оставалась после работ. — вдруг сообщила рыжеволосая девица. — Может, там еще надо что-нибудь сделать?

Алесия резко остановилась, вспомнив про бани. С этой дурацкой совой и письмом, она чуть не забыла о действительно важных вещах. Да, хотелось немного «уколоть» мужа. Но пора возвращаться к собственным делам.

И для начала, узнать у экономки, говорила ли та с графом, насчет банных печей. И если да, то каким был положительный ответ? Она улыбнулась, вспомнив комедию из родного мира. «Укрощение строптивого» кажется?

Там героиня тоже была не слишком довольна своим избранником. Впрочем, у Орнеллы Мути был хотя бы выбор — укрощать или не укрощать. А методы, к которым прибегала итальянская красавица, в нынешних реалиях просто неприменимы. Хотя граф тоже, тот еще упертый, кхм…

Алес повернулась к служанкам.

— Мне нужна Тария. Она у себя?

Девицы переглянулись.

— Э-эм… Кажется… Вроде…

— Она недавно выходила во двор. Вроде, говорила что-то про конюшни.

— Да-да, — закивала рыжеволосая служанка. — Тария на днях упоминала, что у нас новый конюх. Должно быть, она отправилась узнать, хорошо ли он справляется с работой.

— Позвать ее, ваше сиятельство?

Алесия на секунду задумалась, потом махнула рукой. Вместо того, чтобы гонять туда-сюда старую женщину, можно и самой прогуляться до конюшен. Подышать свежим воздухом, развеяться. Ну и заодно посмотреть, что там в хозяйственных постройках, и как.

Парни-конюхи явно не ожидали, что к ним заявится графиня. Обычно с проверками приходил лично граф, и строго спрашивал за любую небрежность. И слуги хорошо знали, что за дурное обращение с лошадьми одними плетьми не отделаешься.

Можно и места лишиться. А еще, получить такие рекомендации, что потом даже к купцам не устроишься. Зато жалование было более чем щедрым. И без задержек. Поэтому парни старались на совесть.

Первое, на что Алесия обратила внимание — чистота. В стойлах было едва ли не чище, чем в замке. Деревянный пол выскоблен так, что по нему можно ходить босиком. Солома свежая, лошади ухоженные. В жестяных поилках чистейшая вода.