Паук рванул с места. Его лапки двигались с такой скоростью, что, казалось, вообще не касались земли. Ветер бил в лицо, глаза слезились.

«Какого?.. Мои твари решили меня спасти? Это что же там такое появилось, раз даже конелев по сравнению с ним — детская игрушка?»

Очередная ветка хлестнула мне по щеке. Папаша-паук лавировал между деревьями, как заправский гонщик, что явно не очень хорошо отражалось на моём лице. Ам радостно повизгивал, болтаясь в воздухе.

— Собака сутулая, прекрати веселиться! — прошипел я, сплёвывая листву, попавшую в рот.

В этот момент ударил высокий писк, от которого заложило уши. Судя по грохоту и треску падающих деревьев позади, наш новый «друг» решил составить компанию. Этот звук быстро приближался. Выходит, скорость у твари — что надо.

— Быстрее! — крикнул я, вытаскивая очередной лист из волос.

Паук прибавил ходу. Теперь ветки хлестали не просто часто, а непрерывным потоком. Моё лицо превратилась в один сплошной ожог.

— Ве-се-ло! — радостно выл Ам, которому, похоже, происходящее напоминало аттракцион.

— Я тебе устрою весело! — пообещал медведю, уворачиваясь от особо толстой ветки. — Вот доберёмся до дома…

Позади что-то взревело. Звук был такой, словно водили железом по стеклу. Я обернулся посмотреть, что там за нами гонится, но не получилось. Папаша вилял между деревьями так, что всё перед глазами плыло.

Граница серой зоны приближалась, вот только тварь, бежавшая за нами, не отставала. По связи с папашей-пауком пришёл чёткий образ: я должен взять кристалл и захотеть выйти, создать проход. Спорить не стал.

Камень материализовался в руке. Сжал его, следуя инструкциям паука. Граница. Раз! Для остальных могло показаться, что я летел. Собственно, примерно так и было. Мы вырвались из серой зоны на такой скорости, что в ушах свистело.

На ходу запихнул Ама в пространственный карман. От его восторженного воя уже звенело в голове. Отдал приказ папаше стать невидимым, что тот немедленно исполнил. Вот только почему-то резко остановился. По инерции я продолжил полёт уже самостоятельно, а потом эффектно проскользил по земле, вспахивая её своими ногами.

— Господин умеет летать? — произнёс неуверенно кто-то из охотников.

— Наш хозяин и не то может! — тут же поддержал его другой голос.

Моё появление вышло эпичным, ничего не скажешь. Вот только я зарылся в грунт по самые колени и теперь пытался выбраться, чувствуя себя репой из детской сказки.

Рядом тут же оказался Витас. Его лицо покрывала причудливая смесь крови и какой-то зелёной жижи.

— Павел Александрович! Был прорыв! — выпалил он, помогая мне встать. — Тварей много. Никогда столько разом не видел, даже у Зубаровых.

— Потери? — прервал его, отряхивая землю с одежды.

— Десять человек ранены, но это новенькие. Погибших нет, — в голосе Витаса звучала неприкрытая гордость. — Мы убили всех!

— Молодцы! Уходим! — скомандовал я, всё ещё пытаясь отдышаться после полёта.

— Люди уже относят тела тварей на территорию, — продолжил Лейпниш, вытирая с лица жижу. — Думаю, за час справимся.

В этот момент что-то с чудовищной силой ударилось в границу серой зоны. Грохот прокатился по лесу, заставив птиц сорваться с веток. Мужики разом напряглись, выставляя оружие.

А потом невидимую преграду начало растягивать, словно тонкую резину. Граница серой зоны выгнулась пузырём, истончаясь на глазах. В этой полупрозрачной плёнке показалась голова — массивная, покрытая чёрным хитиновым панцирем.

По бокам шевелились жвала размером с человеческую руку, между ними сочилась какая-то светящаяся жидкость. Фасеточные глаза горели багровым светом, а над ними топорщились длинные усы, похожие на стальные прутья.

«Бе-жать! — донеслось по паучьей сети. — Опасность, враг, смерть!»

— Быстро! Уходим отсюда! — крикнул я Витасу. Интуиция и рефлексы подсказывали прислушаться к тому, что мне сообщают твари.

Оставшиеся тут группы похватали тела убитых монстров и рванули вперёд. К сожалению, что-то пришлось оставить.Слишком тяжело, а нам нужна скорость. Лейпниш буквально пинками заставил тех, кто не хотел расставаться с добычей, двигаться. Папаша-паук бесшумно скользнул на своё место среди охотников.

Я наблюдал за организованным отступлением, пока мы быстро, но без паники двигались прочь. Никогда не видел, чтобы монстры так реагировали на других тварей. Даже мелочь в страхе забивалась под камни, когда эта хрень почти появилась.

«Похоже на гигантского скорпиона, — мелькнула мысль. — Что же в реальности — только сам долбанутый создатель этих тварей знает».

Отправил большого паука на своё место, чтобы сеть многоглазых продолжила работу.

Мы неслись по лесу. Никто ничего не говорил, лица у всех серьёзные. Я и Витас замыкали наш отряд. В случае нападения сможем сдержать тварь, ещё капитаны подключатся. Была мысль остаться и дать бой. Вот только какой в этом смысл? Глупо рисковать людьми, если не знаешь, с чем имеешь дело. Особенно сейчас, когда отряды только сработались, появилось новое оружие и каждый знает своё место. Поставленные задачи я выполнил, монстров мы получили, причём много. Тоже схватил парочку, так что выход можно считать успешным.

До особняка добрались быстро. Мужики, возбуждённые успешной вылазкой, наперебой делились впечатлениями, пока тащили добычу к алхимикам:

— Такой охоты не было лет двадцать!

— А как господин время выбрал! Прямо к прорыву!

— Да, — один из них понизил голос. — Ходит слух, что если у главы рода Магинских чешется левая пятка, то это сигнал.

— Брешешь! — тут же включился в беседу другой мужик.

— А я чего? Что услышал, то и говорю, — оправдался собеседник.

Улыбнулся, я ведь просто пошутил тогда Витасу и Медведю, а они… Вот же придурки.

— И ни одного погибшего, это ж надо! — перехватил инициативу в обсуждении успехов другой. — Всё потому, что тренировались… Я теперь ещё больше буду выкладываться.

— Да, видели, как командиры с новыми ружьями сильных тварей валили?

— А хозяин-то! В серую зону зашёл, как к себе домой… Самый сильный земельный аристократ.

Я кивнул настрою мужиков, в целом всё в рамках задуманного. Люди должны верить в успех, особенно после стольких лет неудач, когда Магинских жали все кому не лень.

Тем временем у ангара алхимиков царило настоящее столпотворение. Новички и старожилы с одинаково ошарашенными лицами разглядывали гору добычи. Ольга что-то быстро записывала в толстую тетрадь, пока Лампа сортировал тела по размеру.

— Господин, — Смирнов протиснулся ко мне, его очки запотели. — С таким количеством материала мы точно выполним ваш заказ! Даже больше сможем сделать.

— Вот видишь, — подмигнул ему. — А говорил, что не получится. Столько людей старались, рисковали жизнью ради этого. Как вы сможете их подвести и меня?

На последнем слове сделал акцент. Отец Ольги поджал губы и подключился к разбору нашей добычи.

К нам подошёл Николай Тёркин, на его лице играла довольная улыбка:

— Павел Александрович, можно вас на минуту? Есть хорошие новости.

Отошли в сторону, подальше от суеты вокруг ангара.

— Первые успехи по руднику, — понизил голос Николай. — Достали десять кристаллов.

Паренёк воровато оглянулся, словно собирается продать мне сейчас что-то запрещённое, причём в публичном месте. Из куртки достал свёрток, ещё раз бросил взгляд на окружающую суету. И передал кристаллы.

Я развернул грязную тряпку. Не понимаю, почему их нельзя в мешочек положить или во что-то похожее? Оценил размер: средние… Мысленно оборвал сам себя: «Ещё недавно радовался грамму манапыли, а сейчас?»

— Отлично! — улыбнулся, похлопав Тёркина по плечу. — Вы молодцы.

— Но… — он замялся, нервно потирая шрам на шее. — Как нам быть с учётом? Ведь по законам империи мы обязаны отчитываться за каждую штуку и всё сдавать ставленнику императора. Если поймают…