Что-то влажное коснулось ноги. Я опустил взгляд: Ам тёрся об меня своей чешуёй, оставляя тёмные разводы на штанине. Рядом лежал мёртвый огнелис с разорванным горлом и вспоротым брюхом. Судя по тому, как выломаны рёбра и вытащены внутренности, медведь основательно поработал над добычей.

Монстр поднял морду, показал когтем сначала на тушу, на меня и потом себе в рот. А взгляд такой, словно я у него последний леденец отнимаю.

— Спасибо, но я сыт. Он твой.

Ам с довольным урчанием впился в остатки огнелиса. Я поднял взгляд к небу, прислушиваясь к ощущениям. Мои паучки, расставленные по периметру, не замечали ничего подозрительного. Но интуиция подсказывала: скоро. Слишком силён удар по репутации теней, чтобы оставить всё как есть. Интересно, долго ещё ждать?

Заларак был уже наготове. Я держал его между пальцами, постепенно напитывая усиленным ядом. Тем самым, что появился после встречи с отравленным кинжалом твари. Артефакт едва заметно светился, готовый сорваться в любой момент.

Словно в ответ на мои мысли за спиной что-то зашуршало. Я обернулся. Там стоял вчерашний гость. Сквозь дыру в его ноге просвечивал лес, на руке не хватало пальцев. При этом ни капли крови, только чернильная темнота внутри ран.

— Теперь ты умрёшь, жалкий ублюдок, — прошипел он.

— Ну давай, приступай, — спокойно ответил я, чувствуя, как заларак пульсирует от накопленной энергии.

Осталось только дождаться первого шага противника. Я специально выбрал открытое место: здесь тени будет сложнее использовать свои трюки.

Фигура убийцы начала меняться. Сначала его кожа потемнела, становясь похожей на жидкие чернила. Затем очертания тела размылись, превращаясь в бесформенное пятно. Оно потекло ко мне, оставляя в воздухе шлейф тьмы.

Заларак выскользнул из пальцев, прочертив алую нить. В тот же миг тень материализовалась, метнув свой отравленный кинжал.

Я выставил ледяной щит, понимая, что заларак сейчас попадёт твари прямо в глаз. Но противник снова растёкся чернильной лужей.

Развернул артефакт следом… Краем глаза заметил какое-то движение. Ам, оторвавшись от своей трапезы, прыгнул наперерез летящему кинжалу. Глухой удар, и оружие вошло в тело монстра. Заларак впился в тёмную лужу, из которой донёсся крик боли.

Медведь рухнул почти у моих ног. Я мгновенно отбросил щит, опустился рядом. Кинжал застрял возле самого сердца, чёрный яд уже растекался по телу. Дрожащей рукой поднёс ладонь к носу Ама, проверяя дыхание.

Его не было…

Внутри меня что-то оборвалось. Кровь застучала в висках, а перед глазами поплыло от ярости. Тень материализовалась в человеческую фигуру метрах в десяти от нас. Убийца явно наслаждался моментом.

— Какая досада! — прошипел он сквозь маску. — Прикончил тварь, а не тебя… Но ничего, ты у меня тоже получишь, барончик!

Я медленно выпрямился. Заларак в руке пульсировал от накопленной энергии. Тень же плавно переместилась вправо, оставляя за собой чернильный след. Её силуэт подрагивал, готовясь к атаке.

Противник ударил первым. Чёрная субстанция растеклась лужей и тут же взметнулась вверх десятком острых щупалец. Я едва успел выставить ледяной щит. Тёмные жгуты разбились о преграду, осыпаясь каплями.

Заларак сорвался с пальцев, прочертив алую линию в воздухе. Тень снова растеклась, уходя от удара, но на этот раз я был готов. Лёд хлынул потоком, сковывая землю вокруг противника. Чернильная лужа заметалась, пытаясь найти путь к отступлению. Убийца был вынужден материализоваться. Его фигура соткалась из тьмы — искажённая, с провалами ран от предыдущей схватки. В руке блеснул новый отравленный клинок.

Тварь метнулась вперёд со скоростью, недоступной обычному человеку. Удар, ещё удар — лезвие высекало искры из моего ледяного щита. Я отступал, выжидая момент. Противник явно выдыхался, его движения стали медленнее, чуть менее точными.

Очередной выпад я встретил контратакой. Заларак впился в плечо убийцы, впрыскивая усиленный яд. Тварь дёрнулась, пытаясь уйти в тень, но тело уже не слушалось. Тёмная субстанция словно застыла, превращаясь в вязкую массу.

— Что… Что ты сделал? — прохрипел он, царапая шею скрюченными пальцами.

— Понравился новый яд? — процедил я сквозь зубы. — Специально для тебя приготовил, тварь!

Мой клинок материализовался из пространственного кольца, меч легко вошёл в грудь убийцы. Кровь брызнула фонтаном, заливая траву. Я провернул лезвие, наслаждаясь предсмертным хрипом твари. Но этого мне было мало.

Выдернул меч и ударил снова — в шею, разрубая маску вместе с головой. И снова, но уже в живот, выпуская внутренности. Тёмная масса медленно растекалась по земле, вот только больше не пыталась собраться воедино.

Тень дёргалась в конвульсиях, пока мой клинок кромсал её на куски. С каждым ударом я чувствовал, что ярость только нарастает. За Ама! За попытку убить меня во сне. За наглость императора, посмевшего прислать убийцу.

Когда от элитного бойца осталась лишь бесформенная масса, я наконец остановился. Руки дрожали от напряжения, сердце колотилось как безумное, а в ушах всё ещё звенел предсмертный крик твари.

Развернулся и бросился к Аму. Из груди медведя торчал проклятый кинжал, а вокруг раны расползались тёмные нити яда.

Опустился рядом, прижал ладони к чешуе. Мой источник отозвался мгновенно, и энергия хлынула по каналам, устремляясь к отравленным тканям. Тьма внутри медведя сопротивлялась, цепляясь за каждую клетку его тела. Я чувствовал это сопротивление, словно пытался вытащить что-то вязкое, упорно не желающее поддаваться.

Пот градом катился по лицу, заливая глаза. Руки дрожали от напряжения, но я продолжал давить, выжимая из источника всё больше силы. Тёмные щупальца яда начали медленно отступать. Слишком медленно…

С каждым ударом сердца отрава проникала глубже. Я видел, как чернильные нити расползаются под чешуёй, подбираясь к самому сердцу Ама. Ещё немного, и будет поздно.

— Держись, скотина… — прохрипел, чувствуя, как першит в горле. — Только попробуй сдохнуть!

Доступ к пространственному кольцу чуть не выскользнул из-под контроля — руки тряслись так сильно, что я едва мог удержать магию. Высыпал на землю целую груду флаконов. Они покатились по траве разноцветным потоком: синие, зелёные, красные… Зелья восстановления, исцеления, выносливости.

Я схватил первый попавшийся, стиснул зубами пробку. В нос ударил резкий травяной запах. Приподнял массивную голову медведя. Демоны, когда он стал таким тяжёлым⁈ Влил жидкость в приоткрытую пасть, следя, как прозрачные струйки стекают по чешуйчатой шее.

Второй флакон. Зелье потекло между клыков, окрашивая их в изумрудный цвет. Третий — янтарная жидкость заструилась по подбородку. Я механически повторял движения, пока рядом не выросла горка пустых склянок. Их звон эхом отдавался в ушах.

Ам слабо дёрнулся. По его телу прошла судорога, сотрясая массивную тушу. Он закашлялся, брызги зелий вперемешку с чёрной жижей разлетелись веером. Дыхание… Есть! Слабое, едва заметное, но есть!

Надежда вспыхнула внутри, и я влил в медведя новую порцию магии. Лёд заструился по пальцам, создавая тончайшую корку вокруг раны. Иней медленно полз по чешуе, кристаллизуясь причудливыми узорами. Может, хотя бы это задержит распространение яда…

Ам снова дёрнулся и затих. Его грудь едва заметно поднималась — всё реже, всё слабее. Каждый вдох давался с хрипом, словно в лёгких что-то мешало. Чёрные прожилки яда проступали даже сквозь ледяную корку.

— Нет… — процедил я сквозь зубы. — Нет, нет, нет!

Выругался так, что даже сам удивился богатству своего словарного запаса. Ничего не помогает! Ни один из известных мне способов не сработал. Да и откуда я могу знать, как лечить монстров? За время, проведённое в этом мире, только и делал, что убивал их. Яд, лёд, магия подчинения — всё заточено на уничтожение.

Даже алхимики делают зелья для людей. А монстры… Они же просто источник ресурсов, верно? Их используют, изучают, только чтобы найти новые способы убийства.