— Алес? — шепотом позвала она. — Кто такой Бертрам?

Женщина моргнула, выныривая из своих мыслей.

— Извини?

— Кто такой Бертрам? — повторила Лианна. — Помнишь, при встрече, Эмми сперва приняла Робина за него.

По лицу мачехи скользнула тень.

— Это мой младший брат. — произнесла она, после недолгой паузы.

— Но разве граф Бартон…

— Родной. Умер, много лет назад.

Девушка прижала ладонь к губам. Могла же сама догадаться. Ведь и у отца было немало сестер…

— Ох, прости…

— Это было так давно, что я его почти не помню.

Голос Алесии звучал совсем ровно, словно эта давняя потеря и правда осталась в прошлом. Лия прислушалась к собственным ощущениям. Могла бы она оставаться такой же спокойной, если бы Робин…

Девушка замотала головой. Нет. Даже представить такое невозможно. Должно быть, мачехе тоже горько, просто она умеет «держать лицо». Поэтому лучше не давить на больное, а сменить тему на более приятную.

— Ты рада вернуться туда, где прошло твое детство?

— Хм… — Алес неопределенно пожала плечами. — Все меняется, и замок едва ли остался прежним.

— Думаешь, граф Бартон там все переделал?

— Почему бы и нет. Теперь это его дом.

— Но ведь…

Почему-то развивать тему детства Алесия тоже не захотела. А вместо этого вдруг заговорила совсем о другом.

— Кстати, о твоих вчерашних словах. Ты предлагала запустить на светские приемы художников и потом рассылать дамам портреты.

Лианна подняла брови.

— Я же пошутила.

— Но ведь идея и правда неплоха. Только можно сделать упор не на портретах, а на последних новостях. Или на том, что было на приеме. Дополнить все рецептами и полезными советами, и вот готов первый дамский жур… — она поперхнулась. — Словом, очень тонкая книга на два-четыре листа.

— Выпускать книги имеет право только королевское книжное ведомство. — напомнила девушка. — Да и бумага стоит недешево.

— С ведомством всегда можно разобраться. Насчет цены… — Алес прищурилась. — Я и не предлагаю распространять бесплатно.

Лианна заглянула мачехе в лицо.

— Ты же не думаешь, что кто-то станет за это платить?

— Почему нет? — искренне удивилась женщина. — Далеко не все выходят в свет каждый день. А знать о наиболее значимых событиях хочется…

— Можно пригласить кого-нибудь из подруг. Или нанести визит знакомым, которые и расскажут обо всех новостях. Еще и приправят свои истории последними сплетнями.

Ее слова Алесию не убедили.

— У дамы может не быть знакомых и подруг. Либо она первый день в городе. И вообще, надо смотреть на вещи шире. Знаешь, про Актай тоже когда-то говорили, мол нищая провинция с огромными недоимками по налогам. Если бы Эгар… не утонул, ничего бы не изменилось и по сей день.

Женщина чуть нахмурилась. Однако официальная версия звучала именно так. Прежний наместник утонул. Тело не нашли. А граф Арельс согласился временно занять место своего дяди. Правду знали немногие. И Лианна в этот избранный круг не входила.

— Жаль, что он так и не увидел, как изменился Актай. — выдохнула девушка, не заметив заминки.

— Угу.

Некоторое время они ехали молча, размышляя каждая о своем. О чем именно думала мачеха, Лия не знала. Сама же она не могла выбросить из головы Бертрама. Бедного мальчика, который, должно быть, был очень похож на Робина. Такой же маленький, озорной…

Лианна закусила губу, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Чтобы не допустить их появления, требовалось срочно подумать о чем-нибудь другом. О море… белоснежном замке, утопающем в зелени. Эгар, должно быть, тоже любил те места.

И хотя двоюродного дедушку она толком не помнила, на душе стало еще хуже. Сразу вспомнилось, как тяжело смерть Эгара переживал отец. Даже попросил никогда не упоминать о нем вслух.

Сдерживаться дальше оказалось просто невозможно. Судорожно всхлипнув, девушка уткнулась Алесии в плечо.

— Почему, почему хорошие люди всегда умирают? — прошептала она, чувствуя немой вопрос.

Алес мягко погладила ее по спине.

— Потому что жизнь конечна. Но если тебя это утешит, умирают не только хорошие, но и неприятные личности тоже.

— Не все. — выдохнула девушка, почему-то вспомнив виконта Ормса. И тут же мысленно обругала себя. Ведь решила же никогда о нем не думать.

Да и нельзя сказать, что она желала ему гибели. Нет. Но если с Джером все же случится что-то плохое… Лия прислушалась к своим мыслям, которые явно не стоило озвучивать вслух. Плакать о нем она бы точно не стала.

К концу пути в карете окончательно воцарилось дремотное настроение. И даже у Лианны, которая вовсе не собиралась спать, то и дело закрывались глаза. Долго, душно. Шелест колес перемежался с треском веток, лежащих на дороге.

Одна Алесия продолжала смотреть в окно, явно находясь мыслями где-то не здесь. И все же, в какой-то момент что-то заставило ее встрепенуться.

— Ты только посмотри! — вдруг выдохнула она, отдергивая шторку и запуская в карету желтый вечерний свет.

Лия послушно подалась вперед. Хотя единственное, что ей хотелось сейчас увидеть — стены замка. И ее желание неожиданно сбылось. А еще, сразу стало ясно, что так восхитило мачеху. Девушка даже моргнула, чтобы убедиться, что перед ней не мираж.

Потому что открывшийся вид был слишком… Слишком… Любые слова, что приходили на ум, казались недостаточно выразительными.

— Алесия, это… просто невероятно.

Маленький замок, подсвеченный лучами заходящего солнца, скромно возвышался над зеленой изгородью, расходящейся в обе стороны от белоснежной арки. Сразу за ней начинались низкие округлые кусты, росшие вдоль подъездной дороги. Кое-где виднелись островки цветов.

Ни намека на то запустение, что царило здесь раньше. Внутренний дворик замка тоже сиял чистотой. Он словно приглашал скинуть туфли и пробежаться босиком по теплым камням.

Пожалуй, лет десять назад она бы так и сделала. Но молодой леди, перешагнувшей рубеж юности, подобное поведение, увы, не к лицу. Лианна неслышно вздохнула и скользнула взглядом по вытянутым окнам, где застыли золотые блики от последних крупиц солнечных лучей.

Зрелище оказалось столь завораживающим, что девушка едва не пропустила появление самих хозяев замка. И отвлеклась, только когда над треугольным двором прозвенел голос мачехи:

— Лайон!

Граф Бартон, едва сестра выбралась из кареты, тут же заключил ее в крепкие объятия.

— Алесия! Как же мы вас ждали!

— Поэтому мы и не стали задерживаться в поместье!

— Как дорога?

— Ты должен срочно представить меня своим дочерям!

Несколько фраз прозвучали почти одновременно, заставив мужчину и женщину рассмеяться.

— А это, как понимаю, и есть малыш Робин? — произнес Лайон, отступив от сестры.

Робин сдержанно кивнул. Спросонок он пока еще плохо понимал, что происходит.

Когда граф Бартон перевел взгляд на нее, Лианна внутренне подобралась. Брат мачехи был неплохим человеком. И умом она это понимала. Однако держаться в его присутствии более свободно девушка не могла. Отповедь, прозвучавшая несколько лет назад, и стыд за собственное поведение в Арельсхолме все еще продолжали теплиться где-то в глубине души.

К счастью, Лайон не стал напоминать о прошлом, а ограничился лишь словами приветствия. После чего представил присутствующим своих дочерей.

Анна Мишель и София Шарлотта оказались копиями отца. Светловолосые, зеленоглазые. Если бы не разница в росте, их можно было бы принять за двойняшек. А вот от матери они не унаследовали ни одной черты. Даже улыбки и те были, как у графа Бартона.

Алесия пришла от племянниц в восторг. Лианна же с легкой ностальгией вспомнила Милашу. Виконтессы Бартон, при всем очаровании, выглядели слишком благовоспитанными и едва ли были способны на озорство.

Зато Робин, глядя на них, тоже напустил на себя серьезный вид. Надо же соответствовать приличному обществу.