— Да неужели? — спокойно отозвался Нортман. — А если я сейчас волью его содержимое в твою глотку?

Худощавый мужчина дернул плечом.

— А если вы успели подменить содержимое, и теперь собираетесь либо убить меня, либо обвинить в том, чего нет?

Нортман прищурился, но решил пока пропустить наглость мимо ушей.

— Назовите свое имя.

Однако вопрос остался без должного ответа.

— Я как-то не привык трепать его почем зря.

Стоявшие у дверей парни переглянулись. По их мнению, наглеца стоило бы пару раз приложить лицом о стол, однако граф почему-то не торопился пачкать руки.

— Что ж, тогда мне придется назвать его за вас. Интересно, как отреагировал бы ваш отец барон Диорти, если бы узнал, где сейчас его сын?

— Этот выживший из ума старик все равно бы не… — мужчина осекся, но было уже поздно. В глубоко посаженных глазах промелькнула досада. — Быть сыном барона еще не преступление. — вывернулся он.

— Разумеется нет. — Нортман скрестил руки на груди. — А вот покушение на чужую жизнь…

— Вы подменили флаконы, — выплюнул Ромул Диорти, не дав ему договорить. — Не удивлюсь, если теперь там яд. А ваша неприязнь к моему отцу известна всем. Не сумев лишить его должности, вы решили подобраться ко мне…

— Браво! — послышалось вдруг от двери. Из темноты коридора в камеру шагнул человек. Часть лица его была скрыта в тени, однако на губах играла легкая улыбка. — Просто великолепно. Сожалею, если помешал.

Все взгляды обратились к вошедшему.

— Что вы здесь забыли? — поморщился Нортман, узнавая старого Ормса.

Однако пожилого мужчину столь холодный прием не смутил. В уголках серых глаз ярче проступили морщинки.

— Пришел взглянуть на ваш улов. — хмыкнул старый граф, — Ну и заодно узнать, что здесь все-таки происходит? — он скользнул взглядом по ране, украшавшей щеку Диорти. — О-о-о… Этот несчастный тоже встретился с леди Арельс?

— Нет, ваше сиятельство, — подал голос один из солдат. — Только с ее служанкой.

— Какие страшные женщины вас окружают, граф. — в глазах старого Ормса заплясали насмешливые огоньки. — Пожалуй запомню, что не стоит переходить им дорогу. Да и вы лучше не злите их лишний раз.

— Ваше сиятельство! — вклинился Ромул, явно решив, что другого шанса у него не будет. — Прошу о помощи! Меня задержали совершенно незаконно, я благородный человек! А обвинения графа Арельса не имеют под собой никаких оснований.

Граф Ормс проявил к его словам живейший интерес.

— Какие же обвинения, достопочтенный? — поинтересовался он, с тем же благодушным видом.

— Будто я покушался на его жену. Но это просто смешно! Я графиню и в глаза-то ни разу не видел. Ну какие у меня могут быть мотивы?

— Вот это я и желаю узнать. — сухо произнес Нортман. — Вы пытались подобраться к леди Арельс через лакея, ее служанку, и даже через лекаря. Не слишком ли много усилий для человека, не имеющего мотивов?

У Диорти дернулась щека.

— Не понимаю, о чем речь.

Старый Ормс еще раз задержал взгляд на Диорти и чуть вскинул бровь.

— Не там вы ищете, граф Арельс. А ведь ответы буквально на поверхности. Внимательно посмотрите на этого человека и тогда сами все поймете. И чем ему не угодила ваша жена, да и вы сами.

В ответ на его слова повисла звенящая тишина. Солдаты молча переглядывались, не решаясь вмешиваться в дела благородных. Диорти растерянно хлопал ресницами. Нортман, вглядевшись в его лицо, пожал плечами.

— Простите, не понимаю вас.

— Ну что же, сын барона даже никого вам не напоминает?

— Нет.

Ормс, казалось, был разочарован.

— Впрочем, вы не знали его в те годы, в которые знал я. — пробормотал он. — И все же, некоторые фамильные черты должны были навести вас на мысль…

— Диорти не состоят в родстве с Арельсами! — торопливо выдохнул Ромул. Однако в его черных глазах теперь отчетливо читался страх. — Мой отец — старый барон. Это подтвердит кто угодно!

Граф Ормс цокнул языком.

— Ваше желание защитить отца, настоящего отца, похвально. Но неужели вы думаете, что он сумеет вытащить вас из тюрьмы, как вытащил Богудса?

От лица Ромула отлила кровь. Подобная осведомленность стала для него сюрпризом. Нортман встряхнул головой, осознав, что окончательно перестал понимать происходящее. Не самое приятное чувство.

— Граф Ормс. — произнес он, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. — Насколько знаю, это вы замяли побег Богудса…

— Не замял, а допустил. — невозмутимо отозвался пожилой мужчина. — Как иначе бы я узнал, кто за ним стоит? Хотя, подозрения конечно были… Но одними подозрениями сыт не будешь. Вы не задавались вопросом, граф Арельс, почему Богудс всегда винил вас в смерти вашей первой жены?

— Не только он так считал.

— Разумеется. — терпеливо согласился Ормс. — Только у Богудса были, так сказать, более веские причины. Видите ли, во время допроса он упомянул, якобы ваш дядюшка… младший брат вашего отца, сообщил ему по секрету, будто прежнюю леди Арельс убили именно вы. И что вы лично признались в этом Эгару за бокалом вина.

— Но…

— Зачем ему это, не правда ли? Мне тоже показалось странным. Тем более, я читал ваш доклад о поездке на Актай. И знаю, что когда на ваш отряд напали несколько молодчиков, Эгар героически пришел на помощь. То есть, ваша смерть ему не нужна. Но при этом, ваш дядюшка не только взрастил для вас врага, но даже организовал его побег.

— К чему вы клоните? — не выдержал Нортман.

— Для начала, советую вам еще раз взглянуть на человека, что сидит перед вами. — посоветовал Ормс.

Диорти постарался склонить голову как можно ниже, однако это ему не помогло. Нортман просто ухватил негодяя за волосы и поднес к его лицу свечу. Минута, две, прошли в напряженном молчании.

Мужчина сосредоточенно вглядывался в черты, которые от тусклого огонька казались еще острее. Черные, горящие ненавистью глаза, чуть свернутый набок нос, должно быть, от чьего-то удара. Скулы, линия роста волос. Даже форма ушей не ускользнула от его взгляда.

Но когда на разбитых губах появилась ухмылка, картинка сложилась окончательно. Да с такой ясностью, что Нортман тут же отдернул руку.

— Дядюшка всегда жалел, что у него нет сыновей… — произнес он ошеломленно. — Я же верно понимаю…

— Да, граф Арельс. Такую встречу двух братьев трогательной, конечно, не назовешь. Но я готов руку дать на отсечение, что настоящий отец этого молодчика — Эгар.

— Мой отец — барон Диорти. — упрямо повторил Ромул, но Нортман уже его не слушал. Он смотрел только на Ормса.

— Когда вы узнали?

— Гм… — старый граф почесал в затылке. — Пожалуй, когда вошел сюда. Я очень хорошо знал Эгара в молодости, и не мог не заметить, что они с этим молодчиком на одно лицо.

— Но почему дядюшка не признал его сам?

— Это надо спрашивать у него. Я же могу только предположить, что Эгар не собирался раскрывать родство. Зачем? Ведь если с вами и вашей женой вдруг что-то случится, жизнь штука все-таки непредсказуемая, то у вашего дяди все шансы стать опекуном виконтессы. А потом можно выдать ее замуж за своего сына и, тем самым, преподнести ему Арельсхолм. Тем более титулом, пусть и незакрепленным, он парня обеспечил. А значит, для брака бы даже не потребовалось разрешение короля.

Нортман шумно выдохнул и сжал кулаки. Ему отчаянно хотелось возразить, но очень уж рассуждения Ормса походили на правду. Да и то, как Диорти бессильно уронил голову на грудь, говорило о том, что предположения недалеки от истины.

— Это лишь предположение, граф Арельс. — в серых глазах старого графа промелькнула печаль. — Чтобы узнать наверняка, надо доставить сюда вашего дядюшку и допросить. Знаю, вы очень ему доверяли… — Ормс устало потер виски. — Но когда-то Эгару доверял и я.

Эту ночь Алесия провела без сна. Сперва пришлось отпаивать успокаивающим отваром Агнету, которая после пережитого стресса ревела часа два, кляня собственную глупость. Девица была в таком состоянии, что Алес отложила все нотации до завтра.