— Павел Александрович… — пискнул Лампа, но я лишь махнул рукой.

— Это невозможно! — женщина с макияжем подалась вперёд, её пальцы сжались в кулаки. — Такой результат просто…

Яд вспыхнул на моей руке, заставив дамочку замолчать. Чёрная дымка поползла по пальцам, окутывая ладонь.

— Не стоит, — качнул головой, наблюдая, как алхимики нервно переглядываются. — И, если у них это получится… То вы все встанете на колени, признаете превосходство и принесёте извинения. А потом дадите мне клятву крови, и я, может быть, позволю вам помогать в качестве подмастерьев.

— Нет! — вскинулся один из мужчин, его лицо побагровело от возмущения.

— Ещё чего! — поддержали остальные, сбиваясь в кучку.

— Тише! — лёд ударил рядом с их ногами, раскалывая каменный пол. Осколки брызнули в стороны, заставляя непрошеных гостей отпрыгнуть.

— Но и со своей стороны вам кое-что пообещаю, — продолжил я, когда все вокруг притихли. — Если мои люди провалятся, то получите по десять тысяч каждый.

Глаза алхимиков загорелись при упоминании денег. Они снова начали переглядываться, но теперь с жадным блеском. Двое уже кивали, соглашаясь.

— Хотя вы можете отказаться, — пожал плечами, отмечая, как дёрнулся кадык у самого молодого из них. — Если настолько в себе не уверены и боитесь проиграть самоучке и девчонке… Тогда, может, стоит сменить профессию? — усмехнулся, глядя, как они бледнеют. — Ведь если об этом узнают, а я обещаю, что узнают, кто захочет с вами работать?

Мои слова попали в цель. Алхимики сдались один за другим, соглашаясь на условия. Их гонор куда-то испарился, оставляя место жадности и страху за репутацию.

Смирнов приблизился, его губы подрагивали в нервной улыбке:

— Господин, у вас дар убеждения.

— Не терплю, когда обесценивают меня или моих людей, — кивнул ему.

Пока Ольга готовила материалы и приборы, рядом прошмыгнул Лампа. Его веснушчатое лицо было бледнее обычного, а руки заметно дрожали.

— Павел Александрович, — опустил голову рыженький, теребя край своего яркого пиджака. — Я это…

— Что? — скрестил руки на груди, разглядывая, как парень мнётся.

— Не уверен, что у меня получится, — тихо произнёс он, и его голос дрогнул.

— Почему это? — приподнял бровь, отмечая, что Лампа становится всё бледнее.

— Ну, как бы вам сказать… — склонил голову парень, переминаясь с ноги на ногу. Его глаза забегали по полу, словно искали там поддержку. — Я на грани четвёртого ранга, и магия в последнее время меня не слушается. Ну, точнее, плохо слушается. И мне помогал Игорь Николаевич, стабилизировал мой источник, чтобы я мог работать.

— Лампа… — дёрнул щекой, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. — Хочешь сказать, что я и мой род упадём в грязь лицом перед ними?

— Что? — глаза рыжего распахнулись так широко, что, казалось, вот-вот выскочат из орбит. — Как?

Помассировал виски, пока Смирнов объяснял ему ситуацию шёпотом. Лицо парня становилось всё бледнее с каждым словом. В какой-то момент его колени подогнулись, и я едва успел подхватить пацана, чтобы тот не грохнулся в обморок.

Вот как так? Работали до этого спокойно, всё получалось, и именно сейчас, когда на кону пять алхимиков… В висках застучало от досады.

— Господин, — подошла Ольга, комкая передник дрожащими пальцами. — Не беспокойтесь, я помогу Лампе. Видела, что делает отец.

— А чего ты тогда в пол смотришь и тяжёло дышишь? — хмыкнул, заметив её бледность.

— Волнуюсь.

— Оля?

— Я тоже на переходе, — её губы скривились, словно от зубной боли.

— Дочка! — лицо Смирнова просияло, как начищенный медный таз. — Умница ты моя, так быстро растёшь. Я тобой горжусь!

— А теперь для меня переведите на русский язык, — повысил голос, привлекая внимание. — Что это значит?

Судя по всему, энергия нестабильна, поток создать не смогут. Им повезёт, если выйдет вышка.

На меня смотрели с превосходством. Эти алхимики уже считали деньги, которые получат. Сумма небольшая, а вот урон репутации…

Начнут говорить. Потом продавай зелье и доказывай, что мы его сами произвели, а не украли. Хотелось бы винить ребят, но я сам предложил эти условия. Отчасти, чтобы заткнуть новых, которые их обесценивали.

Мозг уже искал решения проблемы. По паучьей сети начали приходить сигналы. Кто-то рядом с моими землями и бывшими Зубаровскими.

В дверь ангара постучали. На пороге стоял промокший Витас. Дождь усилился настолько, что, казалось, кто-то опрокинул на землю гигантское ведро воды.

— Я сейчас немного занят, — оглянулся на Ольгу с Лампой, которые уже колдовали над ингредиентами. — Это подождёт полчасика?

— Не знаю, — Витас тряхнул головой, разбрызгивая капли. — Вы у нового ставленника императора спросите. Во всяком случае, мужик с девкой с разными глазами так представился. Он требует, чтобы его пропустили для осмотра земель и рудника.

Мысленно выругался. Как не вовремя!.

Вернулся в ангар. Мои алхимики уже вовсю работали, но что-то в их движениях мне не понравилось. Дёрганые, неуверенные… Нет, так не пойдёт!

— Оля, ко мне быстро! — рявкнул. — Лампа, тоже тащись сюда пулей!

Девушка подлетела моментально, за ней, спотыкаясь, прибежал рыженький. Проигрывать я не собирался.

Посмотрел на них внимательно — испуганные, растерянные… И тут меня осенило. У каждого же есть свои желания, тайные мечты. Нужно просто нажать на правильные рычаги.

— Ты! — указал на девушку, замечая, как она вздрогнула. — Хочешь поехать со мной в Томск?

— Что? Да! — её глаза загорелись, как два уголька.

— А ты? — повернулся к Лампе.

— Конечно… — оживился рыженький, и веснушки на лице, казалось, засветились. — Это же большой город, там много всего интересного.

— Сделаете эталонку третьего уровня, — улыбнулся, наблюдая за их реакцией, — обещаю вам не только поездку. Устрою развлечения, куплю новые вещи… Что захотите.

— А свидание? — тут же ухватилась за возможность Ольга, её щёки порозовели.

— Будет, — согласился, отмечая, как загорелись глаза девушки. — А тебе, Лампа, выделю комнату побольше. Сможешь жить со своей подругой, когда у вас всё станет серьёзно.

— Правда? — голос рыженького задрожал от восторга.

А теперь закрепим результат. Я притянул к себе Смирнову. Её губы оказались мягкими и тёплыми. Краем глаза заметил, как вытянулись лица у прибывших алхимиков.

— Не подведи меня, — прошептал ей на ухо, чувствуя, как она дрожит.

Ольга застыла, словно статуя. Её пальцы коснулись губ, а щёки залило таким румянцем, что казалось, девушка вот-вот загорится.

— Оставляю их на вас, Игорь Николаевич, — бросил я Смирнову, который смотрел на меня с каким-то странным выражением лица.

Под всеобщие удивлённые взгляды я выскочил под дождь, чувствуя, как холодные капли остужают голову.

Ну что ж, господин новый ставленник императора, давайте познакомимся…

Подошёл к воротам вместе с Витасом и мужиками. Ружья готовы, пулемёт — тоже. Патронов пока нет, но как средство устрашения пойдёт.

Свет фар от пяти машин бил в глаза, превращая капли дождя в серебристые нити. Под большим чёрным зонтом стояли двое — мужчина в военном кителе и уже знакомая мне Саша.

Жмелевский выглядел внушительно: высокий, с военной выправкой. Его китель сидел безупречно, несмотря на непогоду. Седые виски только подчёркивали властное выражение лица. Глубокие морщины залегли у глаз, и складка появилась между бровей. Взгляд — цепкий, оценивающий.

Я вышел со своей территории и направился к гостям, грязь чавкала под ногами.

— Магинский Павел Александрович? — голос Жмелевского звучал уверенно и твёрдо.

— Он самый, — кивнул в ответ, отмечая, как дёрнулся шрам на его левой щеке. — А вы?

Саша метнула в меня недовольный взгляд своих разноцветных глаз и поморщилась, будто съела что-то кислое.

— Жмелевский Виктор Викторович, — представился мужчина, расправляя плечи. Капли дождя стекали по его погонам, — новый ставленник в этой местности. Приехал лично представиться земельным аристократам, которых, кроме вас, как оказалось, больше нет.