— Мы справимся, — Лок встал по одну сторону двери, Торс по другую.

Ждали, прислушиваясь к разговору.

— Вивьен, ты уверена? — голос пожилого мужчины, властный, с хрипотцой.

— Абсолютно, отец, — ответила женщина. — Я видела их в детстве. И я никогда не забываю лица.

— Если ты ошиблась…

— Я не ошиблась!

Лок коснулся ручки двери. Тихо, осторожно. Не заперто. Переглянулся с братом, одними губами считая:

— Раз… два… три!

Они ворвались внутрь.

Торс первый — выбил дверь плечом, она слетела с петель, грохнулась на пол. Лок следом — руки уже полыхают огнём, готовые метать смерть.

За столом сидел седовласый мужчина с властным лицом и цепким взглядом. По бокам от него — двое молодых парней, похожие друг на друга как близнецы: тёмные волосы, холёные лица, надменные взгляды. У окна стояла девушка — невысокая брюнетка с пышной грудью, затянутой в шёлковое платье цвета вина.

Секунда замешательства. Глаза расширяются, рты приоткрываются.

— Кто вы? — первая их реакция.

Вивьен присмотрелась. Её лицо исказилось, глаза расширились.

— Отец, это они! — закричала она, отступая к стене.

Старик вскочил, опрокидывая кресло. Братья тянутся к оружию — один к мечу на стене, другой к кинжалу на поясе.

Торс рванулся вперёд, к старику. Глава едва успел выставить руки — водяной щит возник между ними, но Торс пробил его одним ударом. Вода брызнула во все стороны, капли разлетелись по комнате.

Кулак впечатался в грудь старика. Хруст костей, сдавленный вопль. Тело отлетело к стене, впечаталось в книжные шкафы. Книги посыпались, страницы разлетелись как снежная метель.

Лок атаковал братьев. Огненный шар полетел в первого. Юноша отбил его водяным хлыстом, пламя зашипело, угасло в облаке пара. Но второй шар уже летел следом, и третий. Слишком быстро, слишком много.

Один попал в цель. Взрыв, крик, запах горелого мяса. Тело загорелось как факел, заметалось по комнате. Пламя перекинулось на гобелены, побежало по стенам.

Второй брат выхватил кинжал, прыгнул на Лока. Лезвие сверкнуло, целя в горло. Лок увернулся — новое тело было гибче, быстрее. Кинжал просвистел мимо, рассекая воздух.

Лок перехватил руку нападавшего, вывернул. Хруст, вопль. Кинжал упал на пол. Огонь охватил кулак Лока, впечатался в лицо противника. Запах паленой плоти, дикий крик. Юноша упал, катаясь по полу, пытаясь сбить пламя.

Вивьен бросилась к окну, пытаясь сбежать. Но Торс уже был там. Огромная фигура загородила путь. Девушка замерла, глаза расширились от ужаса.

— Пожалуйста, — прошептала она, отступая. — Мы же не враждовали…

Лок подошёл к ней, схватил за волосы, дёрнул назад. Она вскрикнула, упала на колени.

— Как ты нас узнала? — прорычал он.

— Видела в детстве, — всхлипывала девушка, слёзы катились по щекам, размазывая краску. — Вы похожи были на себя. Не убивайте! Я умоляю…

Оглядел в комнату. Кабинет выглядел как после урагана. Горящие гобелены, разбитая мебель, тела на полу. Огонь охватил стены, дым поднимался к потолку. Судя по звукам снаружи Ульрих закончил с остальной охраной и зашёл к нам.

— Кто знает ещё? — спросил Торс, нависая над девушкой огромной тенью.

— Никто! Только я и мои братья с отцом. Знали… — девушка захлёбывалась слезами.

Подошёл ближе. Девушка молодая, лет двадцати. Лицо искажено страхом, губы дрожат, глаза покраснели от слёз.

— Что ты хотела? — спросил я.

— Продать информацию Биар, — она дрожала. — Поднять род в аристократической лестнице.

— Мы же не враждовали. Вы не участвовали в перевороте, — снова качал головой Лок. — Зачем? Вам так нравится лизать жопу Биар?

— А какой выбор⁈ — в сердцах выкрикнула девушка. — Какой выбор?

— Выбор есть всегда… — наклонился Лок.

Остановил его жестом. Не хочу ещё крови тем более от девки. Сосредоточился на её кристалле души.

Почувствовал, как что-то изменилось. Эфир внутри забурлил, вырвался на свободу. Поток серебристой энергии хлынул из меня, окутал девушку. Она пискнула — высоко, пронзительно. Её тело задрожало, начало распадаться на части. Кожа трескалась, плоть распадалась на составляющие.

Эфир перекинулся на тела убитых — старика и братьев. Те тоже начали распадаться, превращаясь в чистую энергию. Серебристые нити втягивались обратно в меня, неся с собой жизненную силу.

Через секунду от людей не осталось ничего. Только опалённая одежда и украшения на полу.

— Ну ты и лютый, Марк! — удивлённо выдохнул Лок.

Поморщился. Хреново… Контроль над эфиром слабеет с каждым часом. Срочно нужны основы духа, артефакт и кристалл души.

— Что мы делаем дальше? — спросил Лок.

— Хватаем их монстров и гоним к какому-то роду, — потёр виски, пытаясь унять пульсирующую боль. — Вписываемся в их ряды. Охотимся и двигаемся к цели.

— А потом Биар! — оскалился Лок, в его глазах плясали огоньки предвкушения.

Звук выстрела разорвал воздух!

Эфирный кинжал сформировался на лету, полетел в сторону звука. Тело упало в дверном проёме — какой-то молодой парень в ливрее слуги. Кинжал вошёл точно в горло, кровь хлестала на пол.

— Ма-ма-марк? — голос Торса звучал странно, сдавленно.

Обернулся. Громила стоял, покачиваясь, лицо побледнело. Руки прижаты к животу, между пальцами сочилась кровь, капала на пол.

— Сука! — выругался, бросаясь к нему.

Торс упал на колени, всё ещё пытаясь зажать рану. Пуля прошла насквозь, оставив рваную дыру в мышцах. Кровь лилась слишком сильно.

— Держись, здоровяк, — подхватил его под руки.

Кровь. Слишком много крови. Она лилась из Торса ручьём, впитывалась в пыльные доски пола, растекалась тёмной лужей.

Громила хрипел, прижимая руки к животу. Пальцы уже не сдерживали поток. Красная жидкость просачивалось между ними, капало на колени. Лицо побледнело, глаза затуманились.

— Торс! — Лок бросился к брату, в голосе паника. — Торс, только не умирай! Не смей!

Отпихнул его плечом, освобождая пространство.

— Отойди! Дай работать!

Разорвал рубашку Торса. Пуля прошла навылет, оставив аккуратное входное отверстие спереди и рваную дыру на спине. Дерьмо. Задеты внутренние органы, судя по тому, как хлещет кровь.

Сосредоточился. Эфир собрался вокруг рук серебристым туманом, потёк к ране. Серебряные нити проникли внутрь, нащупывая повреждения.

Желудок задет. Печень тоже. Кишечник разорван в двух местах. И селезёнка… селезёнка просто в кашу.

— Потерпи, — сказал Торсу, глядя в мутнеющие глаза. — Будет больно.

Эфир устремился глубже, затягивая раны, сшивая ткани. Серебристые нити плели невидимую паутину, соединяя разорванные сосуды, скрепляя повреждённые органы.

— Сука, только Торса мне не хватало потерять, — процедил сквозь зубы. — Единственный адекватный в этой команде.

Лок метался рядом, то пытаясь помочь, то хватаясь за голову.

— Брат, держись! Слышишь? Держись! — кричал он, мешая сосредоточиться.

— Заткнись! — рявкнул я, не отрываясь от работы. — Либо помогай, либо не мешай!

Ульрих оттащил блондина, заставил сесть у стены.

— Дай Марку делать своё дело, — сказал он тихо. — Он справится.

Эфир тёк непрерывным потоком, затягивая раны, восстанавливая повреждённые ткани. Я чувствовал, как истощаюсь — слишком много сил уходило на лечение. Убивать, пожалуйста, а медбрат из меня так себе. Чему-то на собственной шкуре научился. Ладно, выбора не было. Либо спасать Торса, либо потерять его.

Минуты тянулись, каждая казалась вечностью. Мои руки начали дрожать от напряжения, пот стекал по спине, заливал глаза.

— Давай, давай, — шептал я, направляя эфир. — Ещё немного.

Торс застонал, когда серебристые нити зашили последний сосуд. Его веки дрогнули, глаза прояснились.

— Ты… — прохрипел он.

— Тихо, — оборвал я. — Береги силы.

Кровотечение остановилось. Внутренние органы восстановлены. Но Торс потерял слишком много крови — его лицо было белее мела, губы посинели. Ему требовался отдых, много отдыха.