Тут же подключился Тимучин. Луч золотого света вырвался из моего тела, ударив в Цэрэн. К крику боли Зла добавился ещё и женский вопль. Что, сучка, уже не так весело и самодовольно?

Каким-то образом наши атаки с ханом объединились. Два луча — мой и его — сплелись в воздухе, образовав спираль силы, которая обрушилась на обоих противников одновременно.

И Зло с Цэрэн начали… Твою мать! Объединяться они начали! Я не верил своим глазам, но тёмная масса и золотой свет действительно сливались в единое целое.

В этот момент реальность задрожала. Я почувствовал, словно ткань мироздания разорвалась. Звук, от которого пошли мурашки по всему существу — низкий, вибрирующий, не похожий ни на что другое, что слышал раньше. Но я в теле статуи — значит, это реакция души. Физически каменное изваяние осталось неподвижным, но душа содрогнулась от этого звука.

Мы с Ханом замерли, не веря своим глазам. Вообще всё вокруг словно застыло во времени. Ни звука, ни движения, только пульсирующая масса в центре поляны, где сливались Зло и рух. И в этой абсолютной тишине из пространства вышло… Что-то светящееся.

Существо появилось словно из ниоткуда. Просто в один момент его не было, а в следующий… Оно уже стоит рядом с объединяющейся массой двух существ.

Я не мог определить его форму. Оно постоянно менялось, перетекало из одного образа в другой. То человеческий силуэт, то что-то похожее на огромную птицу, то вовсе бесформенное облако света. Но всегда — ослепительно яркое, сияющее так, что смотреть больно даже каменными глазами.

Оно излучало силу. Не просто магическую энергию, а первородную мощь, древнюю, необузданную. Каждое движение этого существа искажало пространство вокруг, будто реальность была слишком хрупкой, чтобы выдержать его присутствие.

Создание посмотрело на Зло и руха, покачало головой, если это вообще можно было назвать головой. Жест был почти человеческим, выражающим неодобрение или разочарование. А потом просто схватило объединяющуюся массу и потащило за собой. Легко, без усилий, будто забирало принадлежащую ему вещь.

Нет! У меня тут вообще-то планы на суку-руха! Она должна восстановить мою душу. Я не для того вкладывал столько ресурсов, чтобы какой-то хрен припёрся и забрал все лавры!

Попытался двинуться, но каменное тело не отреагировало. Совсем. Оно застыло, будто статуя… А, чёрт, это и есть статуя. Но никогда раньше ьело не было настолько… неподвижным. Словно всё вокруг замерло, кроме этого существа.

Перешёл на духовное зрение и тут же пожалел. Ох! Душа внутри этого хрен пойми чего даже через моё мутное зрение сияла так… Что если взять хана и его сестрёнку, выкрутить их настройки на максимум, они всё равно будут как светлячки по сравнению с солнцем. А ещё в нём магии — мама не горюй! Тот сопляк шестнадцатого ранга, который раньше казался невероятно сильным, — просто мусор по сравнению с этим. Что это? Кто это?

Существо двигалось неторопливо, словно у него было всё время мира. Оно несло свою добычу, больше похожую теперь на сгусток серого тумана с золотыми и чёрными прожилками, и направлялось к разрыву в пространстве, которого я раньше не замечал.

Разрыв выглядел как трещина в воздухе, через него проглядывала… пустота. Не темнота, не другое место, а абсолютное ничто, отсутствие всего. От одного взгляда кружилась голова, а душа сжималась от первобытного ужаса.

Существо было уже у самого разрыва, когда контроль над каменным телом внезапно вернулся ко мне, словно кто-то щёлкнул переключателем. И что я делаю?

Бегу! Никто не смеет забирать мою добычу! Мы тут с ханом старались, а какой-то хрен припёрся и утаскивает моё… Щас!

Каменное тело двигалось медленнее, чем хотелось бы. Каждый шаг — усилие, каждое движение — борьба с инерцией, но я был полон решимости.

Всё происходило, будто в замедленной съёмке. Я видел, как существо подносит свою добычу к разрыву. Видел, как серый туман с прожилками начинает втягиваться в пустоту. Видел, как мои шансы на восстановление души улетают в никуда. Нет. Не сегодня. Каменная статуя всё равно приближалась к цели, расстояние сокращалось.

Раз! И я схватил кусок объединившегося Зла и руха. Дёрнул на себя с такой силой, что каменная рука заскрипела от напряжения. Оторвал. Действительно оторвал кусок. Он пульсировал в моей руке — тёплый, почти горячий, с золотыми и чёрными прожилками, переплетающимися в сложном узоре.

Существо повернулось и посмотрело на меня. Не просто посмотрело, а заглянуло в самую суть. Я почувствовал, как оно пронизывает взглядом, видит сквозь каменную оболочку, сквозь душу, сквозь всё, что делает меня мной. В этом взгляде не было ни угрозы, ни злости, лишь бесконечное, всепоглощающее внимание.

Я не мог двигаться, не мог думать. Только существовать под этим взглядом, обнажающим всё до последней мысли.

А потом существо… улыбнулось? По крайней мере, что-то в его постоянно меняющейся форме изогнулось в жесте, который можно было интерпретировать как улыбку.

Вспышка ослепила меня. Реальность вокруг взорвалась белым светом, таким ярким, что он проник даже сквозь каменную оболочку, добравшись до самой души.

Дальше ничего не помню. Только ощущение полёта или падения, трудно сказать. Я летел через пустоту, сжимая в руке свою добычу. Кусок чего-то, что раньше было Злом и рухом.

Сознание угасало, как пламя свечи на ветру. Последняя мысль — надежда, что этого будет достаточно, что я не зря рисковал.

А потом — тьма.

Пришёл в себя резко, словно вынырнул из глубокой воды. Хотел бы посетовать на то, как у меня всё болит, но нет. Я всё ещё в каменной статуе руха-Топорова. Боль — роскошь для живых.

Попытался пошевелиться — получилось, хоть и с трудом. Каменное тело слушалось неохотно, каждое движение требовало концентрации. Поднялся, осмотрелся.

— Чего? — произнёс я вслух, хотя слушать было некому.

Вокруг расстилалась бескрайняя степь. Ни ворот столицы, ни лагеря джунгаров, ни даже следа недавней битвы вокруг.

Я от столицы в… Тряхнул каменной головой, как будто это могло помочь прояснить мысли. Бесполезно. В десятке километров минимум, судя по едва различимому силуэту гор на горизонте.

Нормально на меня «стрельнули глазками». Отбросило, как пушинку. Хотя стоп… Не как пушинку, а как голема, весящего несколько тонн. Сила этого существа выходила за рамки моего понимания.

Потом. Потом разберусь, что это было. Сейчас есть проблемы поважнее.

Глянул на руку, которая ухватила кусочек объединённой сущности. Теперь в ладони лежал диск, очень похожий на тот, что у меня в пространственном кольце с душой Тимучина, только меньше. Он пульсировал мягким серебристым светом с чёрными и золотыми прожилками.

Ну, хоть что-то урвал. А что это? Часть руха и Зла? Новая сущность? Потом разберусь, сначала нужно вернуться.

Осторожно поместил артефакт в пространственное кольцо, там он занял место рядом с диском Тимучина. Два источника силы, два трофея. Внутренний хомяк довольно пискнул, ведь коллекция пополнилась.

Поднялся на ноги полностью. Плюсы голема: вообще плевать на физическое состояние. Усталость, боль, истощение — всё это для тех, у кого есть тело из плоти и крови.

Сразу же побежал в направлении столицы. Внутри диска, где недавно был заперт Тимучин, что-то происходило. Он звал меня, и голос его звучал слабо, надломленно. Нехорошее предчувствие сдавило душу. Что-то пошло не так, очень не так.

Ускорился, насколько позволяло каменное тело. Неуклюжее, тяжёлое, оно не было создано для спринта, но я выжимал из него всё возможное, игнорируя скрип суставов и треск камня.

Порадоваться или обдумать, что произошло, времени не было. Я просто бежал, сосредоточившись на единственной цели — добраться до своего тела. До Тимучина.

Голос хана слабый и какой-то… Мне его интонация не нравится. Неужели он как-то похерил моё тело? Очень этого не хочется. Столько планов, столько дел, и всё насмарку из-за какого-то древнего духа, который не справился с управлением? Нет. Нельзя сейчас об этом думать. Бежать, посто бежать.