Звучит просто. Настолько просто, что даже подозрительно.

— А в чём риск? — уточнил я, вглядываясь в лицо алхимика.

— Ну, для начала я могу развеяться, — поморщился дядя Стёпа, и я заметил, как дёрнулся мускул на его щеке. — Из-за тебя или из-за неё.

Он кивнул в сторону бессознательной Саши.

— Будь у меня возможность, не доверился бы никому, но моя душа уже отделяется от тела. Ещё час, и…

— Мы запомним тебя, о великий дядя Стёпа! — хмыкнул я, пытаясь разрядить напряжение.

— Вот вообще не смешно, — напрягся мужик, и я увидел, как его источник сжался.

— Кто бы говорил… — подмигнул ему. — Кто тут два процента на успех мне давал?

Это подействовало: алхимик усмехнулся, напряжение немного спало.

— Следующий риск в том, что душа сопляка может не захотеть возвращаться в тело, — продолжил он, снова став серьёзным. — Но ты постарайся, запихай засранца в его тушу, а потом вправь ему мозги…

Он внезапно остановился, словно вспомнив что-то важное.

— Не! — дядя Стёпа поднял тощую руку. — Сначала меня верни, а потом вправляй мозги. Это самое сложное. Есть шанс, что… душа сопляка не впустит меня обратно.

Саша тем временем уже зашевелилась. Девушка тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. Посмотрела на меня и прищурилась, проверяя, действительно ли я могу видеть. Я взглянул прямо в её глаза, и она поняла, что зрение вернулось. Кивнула сама себе, поднялась и встала рядом.

Девушка выглядела измученной, почти на грани обморока, но в её взгляде читалась решимость. Она кивнула, показывая, что готова продолжить.

— Итак, — дядя Стёпа хлопнул в ладони, — начнём подготовку!

Мы перенесли всё необходимое на центральный стол. Алхимик методично выкладывал инструменты и артефакты: шесть кристаллов разного размера, медальон с душой Лампы, пуговицу-артефакт для своей души и несколько склянок с разноцветными жидкостями.

— Первым делом надо расположиться правильно, — объяснял дядя Стёпа, укладывая своё — пока ещё своё — тело на кушетку. — Голова — строго на север, ноги — на юг. Это важно для потока энергии.

Я помог повернуть кушетку, а Саша тем временем достала компас из одного из шкафчиков и проверила ориентацию.

— Ты в порядке? — спросил я, наблюдая, как она морщится.

— Нормально, — отрезала девушка, но бледность её лица говорила об обратном. — Давайте продолжим.

Дядя Стёпа тем временем уже делал какие-то пометки мелом на полу вокруг кушетки — замысловатые узоры, руны, символы, значения которых я не понимал. Его движения стали дёргаными, неровными, пальцы периодически теряли чувствительность. Он несколько раз ронял мел, а поднимая его, с трудом удерживал равновесие.

— Проблемы? — спросил я, заметив, как дрожит старик.

— Душа, — выдохнул алхимик, останавливаясь на мгновение, чтобы перевести дыхание, — уже отрывается. Осталось совсем немного времени.

Он указал на свой источник. Я увидел, что ядро пульсировало с перебоями.

— Займись кристаллами, — дядя Стёпа кивнул на стол, где лежали камни. — Работать будем с каждым по очереди. Первый нужен слабый, просто для начального импульса.

Я взял камни в руки, чувствуя, как они откликаются на мою магию. Первый — маленький, размером с ноготь, подойдёт для начала процесса. Второй — крупнее, насыщенного цвета, с каким-то внутренним сиянием. Третий…

— Этот не трогай! — дядя Стёпа внезапно перехватил мою руку, когда я потянулся к кристаллу. — Он самый мощный. Оставь его на самый конец, для моего возвращения.

Алхимик говорил тихо. В его глазах читалась тревога. Он боялся не только за процедуру, но и за себя. Странно было видеть этот страх в обычно самоуверенном человеке.

— А теперь расскажи ещё раз, — произнёс я, не отрываясь от работы, — что именно делает усилитель и как мне это использовать?

Дядя Стёпа коротко взглянул на Сашу, которая отвернулась, словно не желая участвовать в разговоре.

— Удивительная штука, — в голосе алхимика зазвучал профессиональный интерес, перекрывший даже страх перед предстоящей процедурой. — Усилитель магии — один из самых редких талантов. Такие маги не создают собственные заклинания, не атакуют, не защищаются, их единственная способность — увеличивать силу других магов.

Он остановился, подбирая слова:

— Представь, что у тебя есть поток воды из трубы. Обычный маг просто выпускает воду под определённым давлением, а усилитель… Усилитель словно расширяет саму трубу, позволяя пропустить через неё в десятки раз больше.

Я посмотрел на Сашу, которая стояла у окна, делая вид, будто не слышит наш разговор. Её источник действительно имел необычную структуру — непохожую ни на что, виденное мной раньше. Двойное ядро, соединённое тонким энергетическим мостиком.

— И как именно это происходит? — спросил я, заинтересовавшись.

— Контакт, — ответил дядя Стёпа. — Физический или энергетический. Она как бы подключается к каналам другого мага, расширяя их пропускную способность. Вот только это… болезненно. Для обоих.

Саша фыркнула, но продолжала упорно смотреть в окно.

— Высасываешь энергию из того, кого усиливаешь? — спросил я, обращаясь напрямую к ней.

Девушка повернулась ко мне. В её глазах читалось удивление, смешанное с настороженностью.

— Да, — ответила она после паузы. — В основном из источника. Но иногда… из жизненной энергии тоже.

Вот оно что! Усилитель может полностью проявиться, только когда подключился к другому источнику. Забирая чуть-чуть, трансформирует и возвращает куда больше.

— Хватит болтать, — оборвал нас дядя Стёпа, с трудом концентрируясь на своих действиях. — Время поджимает.

Он указал на круг, который начертил на полу вокруг кушетки.

— Девка, встань здесь, — ткнул пальцем на точку у изголовья. — Магинский, ты напротив, у ног. Я сам лягу. Руки вот сюда, — он показал метки на кушетке, куда нужно будет положить ладони.

Мы заняли указанные позиции. Дядя Стёпа лёг, и я заметил, что его тело стало полупрозрачным, словно через него проступали очертания кушетки. Это напрягало. Душа действительно отделялась, и процесс шёл быстрее, чем мы предполагали.

— Слушай внимательно, — голос алхимика стал ещё тише. — Ты берёшь артефакт, кладёшь его мне на грудь. Потом первый кристалл — сюда, — он указал на лоб. — Активируешь свою магию, пропускаешь через камень. Саша усиливает. Я должен почувствовать, как меня вытягивает.

Он замолчал, переводя дыхание.

— Я уйду в артефакт. Ты сразу запечатываешь его и откладываешь. Потом медальон с пацаном — на грудь, и второй кристалл. Снова магия через Сашу, — продолжил он через мгновение.

Судя по сбивчивым объяснениям, старик уже с трудом удерживал мысль. Время истекало.

— А если что-то пойдёт не так? — спросил я.

— Не знаю, — честно ответил дядя Стёпа. — Я умру. Или пацан умрёт, или мы оба. Это эксперимент, Магинский.

Саша поёжилась. По её лицу было видно, что она жалеет о своём согласии помочь.

Я положил ладони на отмеченные места у ног алхимика. Проверил, все ли артефакты под рукой. Первый кристалл был на месте, пуговица для души дяди Стёпы тоже. Медальон с душой Лампы лежал рядом, ожидая своей очереди.

— Готов? — спросил я дядю Стёпу.

— Ни хрена я не готов, — честно ответил он. — Но выбора нет. Давай!

Я взял пуговицу и поместил её на грудь алхимика, прямо над сердцем. Затем взял первый кристалл — маленький — и положил ему на лоб. Краем глаза заметил, как напряглась Саша. Её источник начал меняться. Второе ядро, почти истощённое раньше, вдруг засветилось ярче, готовясь к работе.

— На счёт три, — скомандовал я. — Раз, два…

— Постой! — вдруг остановил меня алхимик, приподнявшись на локтях. Его лицо исказилось, словно от внезапной боли. — Если что-то пойдёт не так… Если я не вернусь… Скажи пацану, что не хотел красть его тело. Я просто… пытался спасти нас обоих.

Эта внезапная искренность застала меня врасплох. Дядя Стёпа, всегда язвительный, самоуверенный, внезапно показал свою человечность.