Я среагировал мгновенно — метнул заларак с такой силой, что воздух вокруг спицы завибрировал от напряжения. Чёрный снаряд ударил противника точно между лопаток, пройдя через всё тело насквозь. Маг застыл, его лицо исказилось в гримасе шока и боли. Кровавый клинок рассыпался, не долетев до Витаса.

Мой друг обернулся, заметил меня и кивнул в знак благодарности. Затем продолжил командовать обороной, как будто ничего не произошло.

Пришлось бежать за своим артефактом. Я вытащил его из тела поверженного кровяша. Ощутил, как души внутри бьются в тщетной попытке освободиться. Их ярость делала артефакт только сильнее.

Битва медленно, но верно склонялась в нашу пользу. Число врагов уменьшалось с каждой минутой. Кровяши пытались перегруппироваться, но мои монстры не давали им такой возможности. Ам, грозовые волки и морозные паучки методично истребляли противников, загоняя в ловушки и разрывая на части. Наши стрелки тоже не давали врагу передышки. Под командованием Витаса они отстреливали тех, кто пытался пробраться к слуге. Жора своей магией льда блокировал пути отступления, создавая ледяные стены и шипы, о которые кровяши разбивались, как волны о скалы.

Я же двигался по полю боя, атакуя особо опасных магов. Заларак в моей руке собирал урожай… чего-то. Нужно будет потом в этом разобраться. Понятно одно: он становится сильнее. Ледяные шипы и ядовитые шары расчищали мне путь, устилая землю телами врагов. Мои пальцы, сломанные во время «дружеского огня» у ворот, всё ещё болели, мешая полноценно использовать магию, но я не обращал на это внимания. Адреналин битвы заглушал боль.

На левом фланге внезапно активизировалась большая группа кровяшей. Они вырвались из леса и атаковали наши позиции. Пятьдесят, не меньше.

Я увидел, как Елена и Вероника бросились им навстречу, но даже их нечеловеческие способности не могли сдержать такой мощный натиск. Перевёртыши начали отступать, уклоняясь от кровавых снарядов, которыми их засыпали враги.

— Туда! — крикнул я Медведю, указывая на место прорыва. — Перебрасывай людей на левый фланг!

Фёдор кивнул и тут же начал отдавать приказы. Часть наших стрелков перегруппировалась, направляясь к месту прорыва. Но до них ещё было далеко, а кровяши уже прорвали первую линию обороны.

Я мысленно приказал Аму и грозовым волкам переместиться на левый фланг, затем сконцентрировался на магии льда. Воздух вокруг моих рук начал кристаллизоваться, образуя тонкую изморозь. Температура резко упала — настолько, что дыхание превращалось в облачка пара. Пальцы немели от холода, но я продолжал накапливать силу.

Когда концентрация магии достигла пика, выбросил руки вперёд, направляя всю мощь на прорвавшихся кровяшей. Воздух задрожал, земля под моими ногами покрылась коркой льда, а затем… Настоящий ледяной шторм обрушился на врагов. Сотни острейших ледяных осколков, двигающихся со скоростью пули, атаковали уродов. Они прошивали плоть, разрывали сухожилия, дробили кости. Маги пытались защититься кровавыми щитами, но мой лёд был слишком быстрым, слишком мощным.

Один за другим кровяши падали, превращаясь в окровавленные ледяные скульптуры. Те, кому повезло избежать прямого попадания, были схвачены прибывшим Амом и разорваны на части. Грозовые волки добивали раненых, впиваясь в глотки и разгрызая животы.

Мощная атака льда истощила мои силы. Перед глазами поплыло, колени задрожали. Я опёрся на ближайшее дерево, пытаясь восстановить дыхание. В этот момент и произошло то, чего не заметил.

Один из кровяшей — молодой парень, едва достигший двадцати, — оказался в слепой зоне. Его не задели ни мои ледяные осколки, ни атаки монстров. Он выжидал момент. Кровавое копьё сформировалось в руках мага — тонкое, длинное, почти невидимое в тусклом свете. Он метнул его с неожиданной точностью, целясь мне прямо в голову.

В последний момент я заметил движение. Попытался уклониться, но истощение магического источника… Успел уйти с линии броска, но маг изменил траекторию. Остриё копья скользнуло по лицу, рассекло кожу от виска до подбородка и задело оба глаза. Свет померк. Боль была ослепляющей — иронично, учитывая, что именно так и произошло. Мир внезапно потемнел, перед глазами вспыхнули разноцветные круги, а затем их сменила абсолютная темнота. Тёплая жидкость потекла по щекам.

Я пошатнулся, но не упал. Ярость захлестнула меня, вытесняя боль. Даже не видя, точно знал, где находится кровяш. Метнул заларак в его сторону, вложив в бросок всю свою ненависть и боль. Услышал глухой звук удара, затем короткий, прерывистый вздох. Заларак нашёл свою цель.

— Господин! — донёсся крик Медведя откуда-то справа. — Вы ранены!

— Глаза, — прохрипел я, пытаясь вытереть кровь с лица. — Ничего не вижу.

Но даже в темноте чувствовал, что битва подходит к концу. Крики и выстрелы становились реже, грохот сражения постепенно затихал. Выжившие кровяши в панике отступали, преследуемые моими монстрами и людьми. Ещё ублюдка я убил лично. Почувствовал его присутствие рядом, его страх и отчаяние. Воткнул ему в голову кинжал и вернул в пространственное кольцо.

При поддержке Медведя добрался до того сопляка, схватился за заларак. Ощутил, как артефакт высасывает последние капли жизни из своей жертвы, и улыбнулся, несмотря на жгучую боль в глазах.

Мир вокруг меня был теперь в кромешной темноте. Кровь стекала по лицу. Пальцы были сломаны, на рёбрах наверняка остались трещины от ударов пулемёта, всё тело ныло от многочисленных ран. Но я стоял прямо, сжимая в руке заларак, слушая, как стихают последние звуки сражения.

— Господин! — услышал удивлённый возглас Жоры где-то слева.

— Муж! — пронзительный женский крик, в котором я узнал голос Елены.

— Муж! — вторила ей Вероника с другой стороны.

— Павел Александрович! — это уже Витас, его шаги приближались — тяжёлые, уверенные.

— Вы вернулись! — радостный возглас кого-то из бойцов.

Криков становилось всё больше. Судя по шуму, вокруг собралась целая толпа. Я слышал их дыхание, чувствовал присутствие.

Вдруг меня обхватили две пары рук — сильных, но одновременно мягких. Тёплые тела прижались с двух сторон, обволакивая знакомым запахом. Елена и Вероника. Кожа к коже — видимо, они всё ещё обнажены после трансформации.

— Наконец-то ты дома, — шепнула Елена мне на ухо.

— Теперь никуда от нас не уйдёшь, — добавила Вероника с другой стороны.

Руки девушек скользили по моему телу то ли в попытке найти раны, то ли просто от радости воссоединения. Я чувствовал их дрожь, их возбуждение после боя.

— Вас ранили… — произнёс Витас. Судя по голосу, он опустился на колени рядом со мной. — Из глаз идёт кровь. Срочно помогите господину! Уводите его!

Чья-то сильная рука — кажется, Медведя — подхватила меня под локоть. Аккуратно отделили от «жён» и повели куда-то. Я слышал, как Елена начала протестовать, но Витас что-то ей сказал, и она замолчала.

Судя по звукам, большая часть моих людей осталась на поле боя, вероятно, добивая раненых врагов и обеспечивая безопасность территории. Со мной пошли только ближайшие: Жора, Витас, Елена и Вероника. Подвели к какой-то машине

— Медведь? — спросил я, ориентируясь лишь на звуки и запахи.

— Остался защищать территорию, — ответил Витас, помогая мне забраться в автомобиль. — Как вы и приказали.

— Магов рядом с воротами не трогайте, — распорядился я, вспомнив о мясных хомячках, пирующих на трупах кровяшей. — Сам с ними закончу.

— Будет сделано, — ответил Жора. По звуку его голоса я определил, что он сидит рядом со мной.

Мы тронулись. Елена и Вероника тоже были в машине — чувствовал их запах, слышал их тихое дыхание.

— Мы получили сообщение, что вы заключили мир… — начала Елена.

— И что вас наградили, — подхватила Вероника.

— Подумали: задержитесь, — закончила первая. — А потом слухи пошли, что вас… уже нет.

— Как давно начались нападения? — спросил я, меняя тему.

— Около трёх недель назад, — ответил Витас. — Сначала маленькие группы — разведка, мы их быстро ликвидировали. Но с каждым разом становилось всё больше.