— Красота! — улыбнулся я в своём СВ.

Состав тронулся, и мы поехали в Томск. Осталось совсем чуть-чуть до дома. Даже не знаю, чем хочу заняться в первую очередь, когда приеду. Разобраться с делами, послушать всех, раздать приказы. А потом можно сходить на охоту. Заглянуть в серую зону, точнее, в её «прихожую». Может быть, даже выйти на таких же королей-хранителей. Посмотреть, что там у нас. Монстров собрать себе в коллекцию. Вкусно поесть, сладко поспать. И нужно будет сбросить напряжение с Еленой и Вероникой. План отличный. Мне нравится.

Я растянулся на кровати, глядя в потолок. Матрас мягкий, подушка пухлая. В таких условиях ехать — одно удовольствие. Интересно, как там Зейнаб справляется с моими землями и русскими солдатами?

Закрыл глаза. Скоро буду дома, в своём особняке, в своём роду. Там, где моя власть безгранична.

Как же приятно было увидеть природу, больше похожую на мою: высокие деревья, леса, реки. Не то что выжженные степи юга. За окном мелькали берёзы, ели, сосны — зелень, которой я не видел несколько месяцев. Даже воздух здесь казался другим — свежим, чистым, наполненным ароматами хвои и диких цветов.

Поезд наш оказался непростой. Много имперских аристократов в нём было. Военных, кроме меня и ещё одного старлея, я не видел. С самого отправления я замечал, как холёные молодые люди в дорогих костюмах бросали любопытные взгляды на моих девушек, когда те проходили по коридору.

Первый инцидент случился, когда Фирата возвращалась с обеда. Я как раз стоял у своего купе, обсуждая меню с проводником. Вышли двое — юноши лет двадцати в костюмах, которые стоили приличную сумму.

— Мадмуазель! — окликнул один из них Фирату. — Позвольте представиться: Аркадий Петрович Шмидт, сын барона Шмидта.

Фирата замерла, как кролик перед удавом. Её глаза за вуалью расширились от испуга.

— Простите, господин, я… Я занята, — пробормотала она, пытаясь проскользнуть мимо.

— Занята? — усмехнулся второй юноша, перегораживая ей путь. — Чем же может быть занята такая красивая девушка в поезде? Разве что… составить нам компанию?

Я сделал шаг вперёд, но решил посмотреть, как Фирата справится. Ей полезно учиться взаимодействию с людьми.

— Я… я служанка, — пробормотала она. — Моему господину нужно…

— Служанка? — протянул Аркадий, окидывая её оценивающим взглядом. — И кто же твой хозяин?

— Я, — улыбнулся и привлёк внимание молодых людей.

Они оба резко обернулись, увидев меня. Мундир капитана, награды на груди, осанка — всё выдавало особый статус.

— Капитан? — удивился Аркадий. — Военный с личной служанкой? Интересно.

— Граф Магинский, — представился я.

Их лица изменились. Не каждый день встречаешь графа на военной службе. К тому же о моём участии в мирном договоре уже ходили слухи.

— Барон Шмидт к вашим услугам, — тут же склонил голову первый. — Прошу меня простить, если мы потревожили вашу… служанку.

— Моих служанок, — поправил я, кивнув на появившуюся в коридоре Лахтину. — И в будущем я бы предпочёл, чтобы вы не тревожили никого из моих людей.

— Конечно, граф, — заверил меня барон. — Мы не знали…

— Теперь знаете, — отрезал я. — Доброго дня!

Молодые люди поспешили ретироваться. Я пропустил Фирату в купе, затем проследовал за ней.

— Господин, я не знала, как поступить, — виновато сказала она.

— Ты справилась, — заверил её. — Но впредь сразу говори, что ты моя служанка. Это отпугнёт большинство охотников до лёгкой добычи.

На этом первый инцидент был исчерпан. Но к вечеру случился второй, когда новые господа заметили моих слуг, а потом ещё одни. Желающих начать подкатывать свои яйца к моим монстрам стало много. СВ у нас были рядом. И чуть ли не каждый час стучались то к Лахтине с Изольдой, то к Фирате.

Пару раз я вежливо объяснил молодым людям, что это мои служанки и их не стоит беспокоить, и уж тем более беспокоить меня, но молодость в штанах затмила рассудок. Поэтому пришлось применить силу.

В третий раз, когда я услышал настойчивый стук в купе Лахтины и Изольды, решил вмешаться. Открыл дверь и увидел уже знакомого Аркадия Шмидта и его приятеля. Оба навеселе, с раскрасневшимися лицами.

— Господа, — начал я, — мне казалось, мы уже обсуждали этот вопрос.

— Да ладно вам, граф! — фамильярно махнул рукой Аркадий. — Мы просто хотели пригласить девушек на бокал шампанского. Что тут такого?

— То, что они заняты, — ответил я спокойно. — И не желают вашего общества.

— А может, сами девушки решат? — предложил второй юноша, делая шаг вперёд. — А то получается, что вы их в рабстве держите. Это в нашей просвещённой империи-то!

Они оба рассмеялись, явно довольные своей шуткой. Изольда, стоявшая позади меня, тихо зашипела. Пришлось незаметно поднять руку, останавливая её.

— Мне повторить ещё раз, — спросил я, чуть понизив голос, — или мы перейдём к более действенным аргументам?

— Что вы сделаете, капитан? — с издевательской улыбкой поинтересовался барон. — Застрелите нас? Здесь не фронт, и вы не можете нам приказывать, потому что мы не солдаты.

Его спутник откровенно пялился на Лахтину, которая стояла у окна, сжав кулаки.

— Правильно, — кивнул я. — Не могу приказывать. Но могу сделать так, чтобы вы добровольно ушли.

— Неужели? — рассмеялся барон. — И как же?

Я действовал так быстро, что они даже не успели среагировать. Лёгкий удар в солнечное сплетение Аркадию, и тот согнулся пополам, хватая ртом воздух. Его друг попытался отскочить, но я схватил парня за запястье и вывернул руку. Хруст сломанной кости эхом разнёсся по вагону. Он не успел даже закричать — я зажал ему рот ладонью.

— Сейчас ты перестанешь шуметь, — прошептал на ухо, — или следующей будет твоя челюсть. Понял?

Он часто-часто закивал, глаза его наполнились слезами. Я отпустил паренька, и тот рухнул на пол рядом с бароном, который всё ещё не мог отдышаться. За всем этим восторженно и возбуждённо наблюдали монстры.

— Господин дерётся за нас! — заявила Изольда.

— Да! — подхватила Лахтина.

— Ещё раз будете глазками стрелять и привлекать сюда мужиков — посажу обратно в пространственное кольцо! — рявкнул я на них.

Вот же бабы… Независимо от того, человек перед тобой или монстр, женщины везде одинаковые.

Шум, конечно, привлёк внимание проводников и других пассажиров. Почти сразу появился начальник поезда — импозантный мужик с усами и при часах.

— Что здесь происходит? — строго спросил он, оглядывая картину: двое молодых аристократов на полу, один держится за руку, второй всё ещё не может отдышаться.

— Несчастный случай, — ответил я спокойно. — Господа не удержались на ногах при резком торможении поезда.

— При каком торможении? — удивился начальник.

— При том, которое было десять минут назад, — невозмутимо ответил я.

— Но поезд шёл ровно…

— Нет, было торможение, — твёрдо сказал, глядя ему прямо в глаза. — Эти молодые люди упали и получили травмы. Я как раз собирался оказать им помощь.

Аристократы на полу молчали. То ли от страха, то ли от боли, но вступать в спор со мной они не решались.

— Я хочу заявить… — наконец прокашлялся барон.

— О вашей неосторожности? — перебил его. — Конечно. Напишете заявление начальнику поезда, он передаст куда следует.

Мой голос был спокоен, но глаза обещали новые страдания, если эти двое решат открыть рот не по сценарию. Они всё поняли.

— Да, о моей неосторожности, — пробормотал барон. — И друга моего тоже.

Начальник поезда переводил недоумённый взгляд с меня на молодых людей и обратно. Было видно, что он не верит в эту историю, но спорить с графом и капитаном — не его уровень.

— Я вызову медбрата, — решил мужчина. — А вы, господа, будьте осторожнее при ходьбе по вагону. Особенно во время… торможений.

Пришлось заплатить начальнику поезда за доставленные неудобства. Но после этого случая молодые люди перестали ползать к девушкам. В таких вот житейских дрязгах пролетела половина пути.